Чтение онлайн

— Леди Резерфорд, нет! — невольно воскликнула Констанция.

Если они вернутся, все рухнет.

— Поворачивай назад, — велела леди Резерфорд кучеру и холодно посмотрела на Констанцию. — Не будьте дурочкой. Мы должны вернуться.

— Но все рухнет, я не могу…

— Не говорите вздор, — отрезала леди Резерфорд. — Доминик не может заставить вас выйти за него замуж. Если вы этого не хотите, так и скажите, а я скажу, что заберу вас с собой в Лондон.

— Но зачем лорд Селбрук потребовал нашего возвращения?

Леди Резерфорд пожала плечами.

— Скоро мы это узнаем. Может быть, лорд Лейтон понял, что ошибался.

Ее глаза злобно сверкнули, и она отвернулась от Констанции.

Неужели адресаты получили ее письма раньше времени, подумала Констанция. Доминик и его родители узнали, что она сбежала до официального объявления о помолвке. Или горничная, несмотря на полученную от Констанции монету, сообщила дворецкому о ее отъезде? Но как бы там ни было, странно, что лорд Селбрук послал за ними. Она ведь сделала как раз то, что он хотел.

А вдруг это Доминик послал за ней слуг, а не лорд Селбрук? Может быть, он рассердился на нее за то, что Констанция оставила ему всего лишь записку, когда он ради нее готов был пожертвовать своим будущим?

Констанция сжала руки, лежащие на коленях. Она боялась, что не сможет смотреть в глаза разъяренному Доминику. Она помнила, какой гнев сверкал в его глазах, когда он рассказывал о том, что его старший брат сделал с Айви, и не хотела встретить такой взгляд, направленный на нее.

Зачем, зачем она оставила письма!

Обратный путь обернулся для нее настоящим мучением, и к тому времени, когда карета подкатила к дому, Констанция была полумертвой от страха. Она неохотно вышла из экипажа вслед за леди Резерфорд и Мьюриэль и вместе с ними направилась к двери. К ее удивлению, из дома вышли два лакея и принялись доставать багаж из кареты.

Констанция вошла в дом и увидела в холле лорда и леди Селбрук. На лице леди Селбрук была ледяная маска безразличия, лорд Селбрук был вне себя от ярости. Констанция огляделась и увидела, что по лестнице спускается несколько человек, впереди шел Доминик. На нем была рубашка и бриджи, видно было, что одевался он в спешке. Волосы были взъерошены со сна. Он был не сердит, но явно озадачен.

Констанция заметила спускающуюся по лестнице Франческу, она была в зеленом капоте, с распущенными волосами. Среди присутствующих Констанция заметила Каландру и лорда Данборо, а также семейство Нортон. Лица у всех были заспанными, словно их выдернули из постелей.

Констанция снова посмотрела на лорда Селбрука, чувствуя себя еще более озадаченной, чем прежде. Она понятия не имела, что происходит, но, судя по выражению лица графа, он что-то затевал.

— Прекрасно! — воскликнул он, глядя на Констанцию. — Мисс Вудли! Вот, значит, как вы отплатили нам за гостеприимство!

— Отец, что происходит? — резко спросил Доминик, подходя ближе. — Констанция? Почему ты с леди Мьюриэль? — Он окинул взглядом фигуру Констанция, заметив, что на ней перчатки, капор и дорожное платье. — Где ты была?

Констанция бросила взгляд на присутствующих. Не могла же она объясняться с ним при посторонних. Но лорд Селбрук лишил ее и этого шанса.

— А я скажу тебе, что происходит, — прошипел он. — Я проснулся утром и обнаружил, что нас обокрали!

Гости на лестнице потрясенно ахнули. Констанция уставилась на графа. Она всякое могла предположить, но только не такое. Дверь открылась, и вошли лакеи с чемоданом. Резерфорды и Констанция расступились, давая им пройти. Слуги поставили чемодан у ног лорда Селбрука, и, взглянув на него, Констанция с удивлением обнаружила, что это ее чемодан.

— Пропало рубиновое ожерелье леди Селбрук, — объявил граф, глядя в глаза Констанции. — Что вы можете сказать в свою защиту, мисс Вудли?

Констанция потрясенно посмотрела на него.

— Ты что, с ума сошел? — крикнула Франческа с лестницы и сбежала по ступенькам. — Ты же не думаешь, что Констанция взяла это ожерелье?

— Я в этом совершенно уверен, — ответил граф, по-прежнему глядя только на Констанцию. — Иначе почему она сбежала подобным образом? Не странно ли, что мисс Вудли исчезла как раз в то утро, когда пропало ожерелье?

На лестнице зашептались. Констанция содрогнулась от гнева.

— Я ничего не брала в этом доме, милорд, — отчетливо сказала она.

Краем глаза она заметила, что Доминик перевел задумчивый взгляд с нее на отца. Ее пронзила острая боль. Неужели он тоже считает ее воровкой?

— Неужели? — Граф поднял брови и кивнул лакею.

Тот опустился на колени и, развязав ремни, открыл крышку чемодана.

Там, на сложенной одежде, лежала небольшая шкатулка. Лакей повернулся к графу, и тот кивнул. Лакей передал ему шкатулку, и граф открыл ее. Внутри лежал бархатный сверток. Он выглядел странно знакомым, и Констанция почувствовала дурноту.

Граф положил сверток на ладонь левой руки и другой рукой развернул его. На темном бархате замерцало, переливаясь, ожерелье из рубинов и бриллиантов.

— Как вы это объясните, мисс Вудли?

Констанция опустила голову. Наверняка это граф подложил ожерелье в ее чемодан. Это единственное объяснение.

— Это вы сделали! — выдохнула она. — Когда вам не удалось подкупить меня, вы решили положить ожерелье в мой чемодан! Вы знали, что я уезжаю, не так ли?

Констанцию вдруг осенило, и она повернулась к леди Резерфорд. Понятно теперь, почему она была так любезна с Констанцией. Решила, должно быть, воспользоваться предоставившимся ей шансом и отправилась к графу, чтобы объединенными усилиями избавиться от проблемы в лице Констанции.

— Вы вместе это спланировали! — Взгляд Констанции перебегал с леди Резерфорд на лорда Селбрука.

Она не могла понять, зачем им все это понадобилось. Она ведь и так решила уехать, оставить Доминика, для них этого должно было быть достаточно. Но нет. Наверное, они боялись, что Доминик будет упорствовать в своем намерении жениться на ней, что он бросится догонять ее и уговорит вернуться. Вот если бы им удалось при всех обесчестить ее, уверить Доминика в том, что она воровка и смешать ее имя с грязью, тогда он вряд ли стал бы настаивать на браке с Констанцией. Леди Резерфорд и лорд Селбрук сделали все, чтобы она не могла выйти за Доминика замуж, и их совсем не трогало, что они при этом разрушили ее жизнь.