Чтение онлайн

— Ну? Так вы и дальше будете изображать из себя умирающего лебедя? Вы же мужчина, ваше сиятельство!

— Я — мужчина? Ах да… я мужчина!

Мужчина одним рывком поднял себя на ноги и пошатнулся от быстрого прилива крови к голове. Селина подставила мне свое твердое плечико. Браул Невергор ответил улыбкой рыцаря, который понимает, что выходить против Дракона без доспехов плохо, а не выходить нельзя, потому что он обещал своей даме достать драконью печень на обед.

Пикси снова атаковали нас. Я еле увернулся от чернильницы, обрызгавшей меня чернилами, и Селина отбила летящую в ее сторону кочергу.

— Так и будем стоять? — поинтересовалась она между делом. Очередной малиновый вторженец усвистал в дальний Угол, пав жертвой сковороды.

— Мне нужно усилить заклинание сна, чтобы разом наш крыть всех, — сказал я.

— Ну так усиливайте!

— Я не помню, как это делается! Постойте! Вот книги! Тут должна быть формула! Прикройте!

Селина прикрыла. Мы двое чувствовали себя, как единственные оставшиеся на поле боя солдаты разбитой армии. Противник наступал, намереваясь разделаться с нами, но мы проявили завидную стойкость. Под шквальным огнем я окунулся в гору книг, что недавно погребла меня под собой, и почти сразу нашел увесистый том под названием «Методика силового баланса чар воздействия». Я его помнил. Именно эта книга чуть не вышибла из меня дух, приземлившись мне на живот. Не иначе перст судьбы. То, что едва не отправило вашего покорного слугу на тот свет, должно было его же и спасти.

Пикси прибывали. Я подозревал, они уже разгромили все, до чего смогли добраться. Дело за малым — устроить нам шикарную головомойку.

— Вы можете быстрее? — поинтересовалась Селина у меня за спиной. — Они что-то замышляют. Мне кажется, они намерены притащить что-то тяжелое!

— Сейчас, сейчас! Где же эта проклятая формула… Эх, если бы я потрудился выучить столь нужную вещь наизусть! — Я листал книженцию, но ничего не находил. Как всегда, когда так необходимо!.. — Проклятье!

Оказалось, я несколько раз проскочил мимо нужного места.

— Вот оно!

— Не орите мне в ухо! — отозвалась Селина. — У меня от ихнего визга и так башка трещит!

— Извините! Сейчас я…

Прокашлявшись, Браул Невергор набрал полную грудь воздуха и тут же поперхнулся. А что еще я мог сделать, когда увидел, как полсотни пикси, кряхтя от натуги, волокут по воздуху тяжелый комод? Они его свистнули из комнаты в конце коридора, и ведь не поленились проделать такой долгий путь, разбойничьи морды! Комод торжественно, словно гроб на катафалке, вплывал в дверной проем и двигался в нашу сторону. Те пикси, что не были заняты переносом тяжести, приветствовали собратьев восторженным визгом.

— Все, нам хана, — сказала Селина, — Читайте! Или я прочитаю!

Я стоял столбом до тех пор, пока служанка в отчаянии не двинула меня кулаком в грудь. Кулак у нее оказался прямо каменный. Иной раз такая метода очень взбадривает, сообщая туловищу необходимую легкость. Особенно если речь идет об угрозе близкого знакомства с дубовой мебелью.

В общем, зачерпнув из загашников остатки храбрости, я стал читать заклинание. Точнее, я прочел их три, последовательно, ибо так требовали правила сцепления отдельных чар. Никогда раньше мне не доводилось применять то, что я применил, да еще в своем доме, но ведь все бывает в первый раз.

Пока я декламировал, пикси волокли комод в нашу сторону. Как только я закончил и взмахнул рукой, комод грохнулся на пол и выплеснул из себя все свое содержимое. Как ему удалось не провалиться в подвал, ума не приложу.

Никогда не видел такого фейерверка, состоящего из повседневных вещей! Селине попало в глаз каблуком сапога, со свистом рассекающего воздух, на что она выругалась и, запнувшись, свалилась возле меня.

Я видел это лишь мельком. Меня интересовали пикси — как подействовало на них сонное заклинание.

Подействовало, можете не сомневаться. Комод грохнулся не просто так — его уронили потерявшие возможность соображать несуны. Кого-то он, наверное, и придавил, однако малиновых зловредников не так-то просто изничтожить, поэтому причин беспокоиться не было. Через мгновение после того, как комод изверг из своей утробы мои вещи, пикси посыпали дождем. Было слышно только, как с глухим стуком, словно погнившие яблоки, разбойники падают на пол. И, заметьте, больше ни единого обидного словечка и смешка. Они заснули.

— Уф, — сказала Селина, поднимаясь. — Наконец-то!

Последний пикси, героически сражавшийся со сном, сделал несколько кривых фигур высшего пилотажа и спикировал вниз, улегшись в раскрытую шкатулку, как в колыбель.

Служанка зевнула и поглядела на меня.

— И часто у вас такое происходит?

— Не то чтобы…

— А где его светлость? Тристан?

— Внизу, в лаборатории. Это все благодаря ему…

— Понятно, я так и знала, — зевнула Селина, потирая глаза. Левый уже окаймлял синяк — результат удара летающим сапогом.

— Он и дома у родителей пакостит? — спросил я. Зевота передалась и мне. Как хорошо осознавать, что в доме ничего не происходит!

— Если говорить правду, то да. Я, конечно, не выношу сор из хозяйских изб, но раз вы сами с этим столкнулись, то юлить нечего.

— Еще как столкнулся. Сегодня на Ярмарке Десяти Чудес мальчишка устроил такое, что мы оба еле ноги унесли. Нам повезло, иначе бы мы сейчас вдвоем сидели в темном сыром каземате городской тюрьмы, где хозяйничают крысы и мокрицы.

Селина махнула рукой:

— Я ходила с ним на Ярмарку. Однажды он сломал карусель.

— Как?

— Бросил какое-то заклинание, и она закрутилась как бешеная.

— И? — спросил я, холодея.

— Те, кто на ней в тот момент катался, разлетелись в разные стороны. Как гуси.

— Гуси?

— Ну, перелетные. Только без крыльев. Представление было — закачаешься!

Выходит, что Тристан на Ярмарке — давно известный клиент. Возмутитель спокойствия и чародей-террорист, исчадие непослушания и подросткового бунтарства. Держу пари, его именем уже пугают детей.