Чтение онлайн

– Тут вы опять промахнулись, – сочувственно поправил я. – Рецидивистом признан не был, двадцать четвертая статья ко мне никогда не применялась. Особо опасным – да, не спорю. Но когда все это было, начальник?! Сейчас же я – двигатель прогресса, уважаемый бизнесмен, один из винтиков рыночной экономики. Убедительно попрошу вас иметь это в виду. Для объективности!

Еще четверть часа Горбин напрасно упражнялся в своих потугах сбить меня с панталыку, а затем отпустил на все четыре, нахально пообещав вскоре снова вызвать. Это чтобы я не слишком обольщался, надо понимать.

Кое-чего капитан все же добился – я вернулся к терпеливо поджидавшему Цыпе в препротивном расположении духа.

– Куда сейчас, Михалыч? – спросил верный телохранитель, запуская мотор «мерса». – Домой или в клуб?

– Давай-ка заглянем на колхозный рынок, – сказал я и невольно усмехнулся, видя мелькнувшее в глазах Цыпы удивление. Но он парень понтовитый, опускаться до уточняющих вопросов посчитал ниже своего достоинства и без лишних слов вырулил со стоянки в общий поток.

Рынок Екатеринбурга носил название колхозного лишь по старой привычке. Уже давно здесь преобладала продукция фермерских хозяйств и разных кооперативных товариществ. Но меня фрукты-овощи сегодня интересовали меньше всего и даже мимо богатых рыбных рядов с их аппетитными запахами прошел, не задерживаясь. Нужный мне товар находился в павильоне садовых удобрений. Там я выбрал две килограммовые пачки калиевой селитры и, доверив их нести ничего не понимающему Цыпе, вернулся к машине.

Второй, необходимый для задуманного, компонент хранился в моей квартире на кухне. И довольно приличный запас, так как обожаю всяческие варенья и готовлю их самолично. Главная задача – поддерживать медленный огонь – ягоды тогда лучше доходят до кондиции. Кстати, как и несознательные строптивые людишки...

Следуя знаку, Цыпа поднялся в квартиру вместе со мной. На кухне, постелив на дубовый обеденный стол газетку, я высыпал на нее содержимое пачек и вбухал туда же два килограмма сахарного песку.

– Перемешай это дело, – повернулся я к соратнику. – А после набей в бутылки. Вон их сколько у батареи скопилось. Заодно избавлюсь от ненужной тары.

– Зажигательная смесь! – наконец-то догадался Цыпа. – Кого спалить требуется?

– Верно мыслишь. Суперзажигательная – при сгорании больше двух тысяч градусов дает. Не хуже напалма. А спалить надо двухэтажную хибару капитана Горбина, которую отыщешь в деревне Адуй. Нынче по ночнику и сработаешь. Чтоб и головешек целых не осталось! Усек?

– А что с хозяевами делать, если дуриком из окон начнут выскакивать? – деловито уточнил предусмотрительный Цыпа, чтобы до конца уяснить задание.

– Не потребуется! – понимающе улыбнулся я. – Мокрухи не будет. Дача давно пустая стоит. Мент ее толкнуть собрался, чтоб поправить свои финансовые делишки.

– А мы ему не позволим! – дробно рассмеялся помощник. – Давненько с таким удовольствием на дело не ходил. Благодарю, Монах! Свинью менту подложить – самый высший кайф! Гадом буду!

– Ладушки! Я знал, что тебе понравится. Сначала в подпол зажигалок накидай, а напоследок – на чердак. Тогда соседи погасить верняк не сумеют.

– Я в курсах! – самодовольно осклабился Цыпленок. – Пожар сварганю одновременно по всем помещениям. Сгорит ментовский дворец, как спичечный коробок! Гарантия!

– Можешь ребят для страховки взять.

– Обижаешь, Михалыч! Сам управлюсь.

– Ладушки. Ты у меня пацан фартовый!

Быстро закончив пиротехнические приготовления, Цыпа ретировался с полной до верху хозяйственной сумкой бутылочно-зажигательных сюрпризов.

Обеденное время еще не наступило, и я решил использовать оставшиеся два часа до привычного визита в клуб с максимальной пользой – прошвырнуться по газетным адресам, что примыкали к Парковому переулку. Так как Цыпу отпустил с машиной, то пришлось ловить такси. Хмуро-немногословный молодой шофер всю дорогу до Посадской подозрительно косился на меня в зеркальце. Тут все ясно – по Екатеринбургу уже третий месяц шла волна нападений на таксистов, часто – со смертельным для последних исходом. Но не буду же я каждому трусливому идиоту объяснять, что сидеть на заднем сиденье – просто моя давняя привычка. А место рядом с водителем всеми специалистами признается как смертельно-опасное при аварии. Но, когда у нужной пятиэтажки я сунул таксисту стотысячную купюру и вежливо попросил меня дождаться, он немного оттаял и впервые дружелюбно-широко улыбнулся в знак согласия.

Указанная в объявлении квартира располагалась на третьем этаже. Крутнув допотопный механический звонок, я, против ожидания, сразу добился результата. Дощатая дверь, из тех, которые не требуют специнструмента и при надобности вышибаются просто плечом, распахнулась, явив мне на обозрение средних лет женщину в дешевом штапельном халатике.

– Я по объявлению в «Ярмарке», – внес я ясность в ситуацию, отвечая на вопрос усталых карих глаз. – Хочу квартирку поглядеть.

– Проходите, смотрите, – радушно предложила хозяйка, пропуская меня в квартиру.

Низкие потолки, совмещенный санузел и внешняя электропроводка подчеркивали убожество двухкомнатного жилья. Балкон и лоджия вовсе отсутствовали. Типичный советский шаблон, что тут скажешь. Понятно, я не имею в виду буквально дворцовых палат разных там партийных функционеров, их подпевал и лизоблюдов. При общеуравнительной социалистической нищете эти-то всегда умудрялись создавать себе личный коммунистический рай, воспринимая лозунг «от каждого по способностям, каждому по потребностям» как руководство к действию, а не как утопическую мечту. Под каждым, ясно, подразумевая лишь себя, а не население страны в целом. Впрочем, и нынешняя «демократическая» элита живет по тем же хапужно-сволочным принципам. Должно быть, потому, что всю власть в государстве крепко держат по-прежнему коммунисты – бывшие или нынешние – без разницы. Закваска-то одна – номенклатурная.

– Вижу, что вы не в восторге, – прервала мои мысли наблюдательная хозяйка. – Зато дом теплый, кирпичный. Не то что современные шлакоблочные!

– Это точно! – сразу согласился я, чтоб приободрить и, по возможности, завоевать некоторое расположение счастливой обладательницы двухкомнатной конуры. – Да и квартирка в общем-то совсем неплохая. Вид из окна просто замечательный – новостройка. Юность напоминает.

Восприняв мой сомнительный комплимент за чистую монету, хозяйка воодушевилась и неожиданно расщедрилась: