Брешь

В городском центральном парке стояло теплое осеннее утро, однако солнце было глубоко за серыми тучами, которые медленно надвигались откуда-то из-за горизонта. Высокие железные фонари, стоящие возле дорожек, все еще пытались заполнить светом пространство уходящей ночи.

Девушка небольшого роста шла медленно впереди меня и моей собаки, выстраивая свой прогулочный неспешный шаг. Она была одета в коричневое приталенное пальто, широкие темные джинсы и белоснежные кроссовки, ее волосы прикрывал нежно-голубой платок. В одной руке она держала солнцезащитные очки и маленькую черную сумочку, которую она медленно покачивала из стороны в сторону. В один момент незнакомка внезапно остановилась и направилась к ближайшей скамейке, вероятно, чтобы присесть и насладиться влажным ароматом опавшей листвы или манящей осенней прохладой.

Когда я подошла чуть ближе к ней, моя собака неожиданно потянула меня к ней за поводок и начала яростно лаять и рычать, подняв на уши всю округу. В попытках ее остановить, я увидела, как девушка сняла платок и раскрыла полностью свое лицо. Потеряв дар речи, я закричала что есть мочи и проснулась в своей кровати в холодном поту.

Незнакомка, которую я видела в своем сне, была мной. Мелкая дрожь пронеслась по всему телу. Этот сон не был похож на остальные. В нем я отчетливо видела повзрослевшую девушку со своим лицом, будто смотрела на себя в зеркало. Надеюсь, что это просто очередной страшный кошмар, о котором я вскоре забуду.

Я очень обрадовалась тому, что наступало утро. Солнечные лучи пробирались через мое окно, озаряя светом мою комнату и весь город, который был погружен в сумрак. Я попыталась прогнать прочь все плохие мысли и убедить себя, что не сошла с ума. Посмотрев на часы, что стояли на тумбочке возле кровати, я увидела, что до звонка будильника и школы оставалось всего два часа, и я, не раздумывая, воспользовалась этим временем и попыталась заснуть.

Когда закончился последний урок, я собрала свои вещи в портфель и отправилась домой вместе со своей лучшей подругой Никой. Мы жили в одной стороне, и наши дома были расположены недалеко друг от друга. С Никой я была знакома с детского сада, но наша дружба укрепилась только под конец девятого класса. Она всегда была общительной и веселой, могла найти общий язык с людьми и поддержать в трудную минуту того, кто в этом нуждается. Надо сказать, сегодня она казалась задумчивой и несговорчивой. Ей очень шел рубиновый крабик, собравший ее темно-русые волосы в низкий пучок.

– Как тебе сегодня новая тема по химии? – отвлеченно спросила она.

– Я не поняла сегодня ни слова, что Наталья Васильевна пыталась нам сказать, – ответила я, не скрывая улыбку.

Стоит отметить, что ни в химии, ни в геометрии я не понимала ровным счетом почти ничего и не представляла, где мне это пригодится в жизни. На этих уроках я всегда старалась сидеть тихо, несмотря на то, что сидела на первой парте среднего ряда.

Мы вышли из школы и почувствовали сухой сентябрьский воздух, отдающий свежей прохладой. В первое время ходить в школу после летних каникул всегда было невероятно трудно, особенно, когда понимаешь, что теплые деньки позади, долгие вечерние прогулки станут сокращаться, и уроки будут занимать все оставшееся время. Мы шли по знакомой дороге, которая все десять лет сопровождала нас в школу и обратно.

– Чем будешь заниматься, когда придешь домой? – с интересом спросила Ника.

– Разогрею вчерашний ужин, сделаю домашнюю работу, а дальше пока не знаю, – ответила я. – Не хочешь остаться сегодня у меня переночевать?

– Это отличная идея, купим чипсов и найдем какой-нибудь классный мистический фильм.

Ника знала, что моих родителей не будет какое-то время, потому что они часто вместе уезжают или улетают на самолете в командировку по работе в разные города и острова нашей страны. Им всегда удавалось легко путешествовать и выходить из своей зоны комфорта. Мой папа – главный инженер, а мама работает программистом в научно-исследовательском институте, достаточно популярном месте нашего небольшого городка стратегического значения. Несмотря на то, что родители постоянно работают, они стараются находить в своем расписании окошки для своей дочери. В свободное время устраивают семейные ужины, походы по магазинам, кино, музей и театр. Последнее я обожаю больше всего. Конечно, оставлять ребенка одного дома – не совсем правильно, но я с детства привыкла к ритму жизни моих родителей и мне нравилось ощущать себя взрослой и самостоятельной.

Моя мама всегда говорила, что с детства у меня очень хорошо получалось сочинять фантастические истории, основанные на легендах и вымыслах и, что в этом мы были схожи с бабушкой Аглаей. Я мало, что помню о ней, однако родители часто оставляли меня в ее большом загородном доме. Папа говорил, что мне нравилось проводить время с Аглаей, благодаря ей у меня появилась любовь к чтению и письму. Судя по рассказам родителей, бабушка знала местные легенды и сказания, и могла преподнести их так, будто сама присутствовала на месте событий. Хотя ведь не мудрено, так как она потратила всю жизнь на работу в городском музее и очень гордилась своей профессией. Я могла бы и дальше проводить с ней время, однако жизнь распорядилась иначе. Прошло уже несколько лет после ее таинственного исчезновения. Родители рассказывали, что она ушла собирать в лес ягоды и не вернулась. Я просила своих родителей отвезти меня в ее дом, чтобы освежить старые воспоминания, но они были против. После того рокового дня мама и папа так ни разу и не возвращались в дом Аглаи.

Мы с Никой уже подходили к моему двору, как вдруг я остановилась от внезапного головокружения. Неожиданно перед глазами всплыл ночной кошмар: большие, но холодные бездонные зеленые глаза незнакомки, пристально смотревшие на меня из-под тяжелых век, полностью гладкий лоб и уголки глаз без мелких морщинок. Другая я великолепно держала осанку, и из-за этого шея казалась вытянутой, а плечи расправленными, из-под пальто посверкивала какая-то черная вещица, похожая на камень, губы сияли перламутровым оттенком, а белоснежное лицо было покрыто ярко-розовым румянцем. Она будто отражала уверенность каждой клеточкой своего тела, что полностью мне противоречило.

Я остановилась, стало трудно дышать, будто что-то перекрывало кислород.

– Что случилось? Тебе плохо? – взволнованным голосом спросила Ника, взяв меня под руку.

– Все хорошо. Кажется, я сошла с ума. Возможно, мне нужен психиатр, – обреченно промолвила я.

– Каролина, расскажи мне все по порядку, что случилось? Может быть, ты что-то не то съела в школьной столовой?

– Если бы я знала, что случилось…Сегодня мне приснился какой-то кошмар. Я думала, что про него забыла, но вот мы шли, и он снова всплыл, будто я снова очутилась в небытие, – беспокойным голосом ответила я.

– Что за сон, расскажешь? – без какой-либо ухмылки или даже намека на нее серьезно спросила она.

Я поведала ей то, что видела в мельчайших подробностях и деталях. Мне уже становилось не по себе от этого разговора. Все это казалось какой-то бессмыслицей.

– Так, подожди, может твой сон можно как-то объяснить. Во сколько ты легла спать? Может быть, ты просто не выспалась? Возможно, тебе нужно хорошенько отдохнуть, – ободряюще промолвила она, похлопав меня по плечу.

– Может быть, ты права, я и правда сегодня легла поздновато. Играла до самой ночи в игру на компьютере, долго собирала группу, чтобы пройти в локацию и добыть хорошую экипировку для персонажей, – быстро ответила я.