Чтение онлайн

— Я займусь этим. Что же касается Винсента, он не выйдет на поле боя, особенно в такую погоду.

— А что будет с тобой?

Эндрю кивнул в сторону документов.

— Десятки тысяч беженцев, особенно дети и кормящие матери, нуждаются в срочной эвакуации и размещении в Суздале. Транспортировка боеприпасов и продуктов питания в Рим теперь будет осуществляться не по суше, а по морю. Возникли проблемы с производством дирижаблей, Калин воюет с Конгрессом, Марк до сих пор не может оправиться после вывода войск из Капуа, надо найти способ помочь Гансу. Все, как всегда.

Она улыбнулась и погладила его по щеке. Это придало ему уверенности. Несколько лет назад у него появились седые волосы, которых с годами становилось все больше и больше. Глядя на себя в зеркало во время бритья, он замечал, что в уголках глаз образовались морщинки, а щеки впали. «Когда тебе переваливает за сорок, — думал Эндрю, — старость начинает приближаться гораздо быстрее». Странно сказать, но он до сих пор чувствовал себя на тридцать с небольшим, как тогда, когда он впервые оказался на поле боя, хотя отражение в зеркале говорило ему об ином. «Сколько еще войн я смогу вынести? Надеюсь, эта последняя. По крайней мере, на наше поколение уже хватит. А если она все-таки закончится нашей победой, что же будет тогда?»

Самой заветной его мечтой на Земле было вернуться в Боуден-колледж, но со временем желание ослабло. В глубине души он понимал: что бы ни случилось с ним в будущем, самые главные события в его жизни разворачивались на поле битвы, а все, что произойдет за его пределами, не принесет ему такого же удовлетворения.

«Я и предположить никогда не мог, что война продлится еще десять лет, — думал Эндрю, — особенно такая война». Он посмотрел на жену и задумался, как сложилась бы его жизнь с ней в мирное время. Господи, как это было бы хорошо! По крайней мере, не было бы этого ужаса и дети росли бы, ничего не боясь.

«Ну так и чем бы я занимался? Преподавал бы, скорее всего. Этот безнадежный оптимист Гейтс спит и видит, что я напишу полную историю Мэн-ского полка».

35-й Мэнский… Даже он уже казался призраком из прошлого. От первоначального состава 1862 года в полку осталось от силы шесть человек. Все остальные занимались подготовкой офицерского состава. А сам полк вытащили из суздальских бараков и отправили на фронт. Как бы он хотел к ним присоединиться. 35-й Мэнский был последней ниточкой, связывающей его с домом.

Он вспомнил Мэн. Теплый летний воздух с легким ароматом сосен и морской воды, полночный крик гагар над озером и канадских уток, летящих на юг с первыми лучами осеннего солнца.

«Завтра снова на фронт. Сколько раз я играл со смертью и побеждал ее. Сколько раз еще ждет меня впереди?» Недавно Эндрю понял, что устал от этой игры, чувства стали притупляться, появилось ощущение, что игра будет продолжаться до тех пор, пока внезапно не наступит тьма. И он молил бога именно о такой смерти. Это было куда лучше, чем умереть под бантагским ножом или в инвалидном кресле у окна в ожидании, что хоть кто-нибудь о тебе вспомнит.

Мэн… Если бы только можно было вернуться на эту прекрасную землю, которая когда-то была для него всем.

— Эндрю?

Кэтлин удивленно смотрела на него.

— Ты за пять минут не проронил ни слова. С тобой все в порядке?

Он улыбнулся:

— Просто немного устал.

Кэтлин наклонилась и поцеловала его в лоб.

— Я надеюсь, не очень, дорогой.

Она взяла Эндрю за руку и подняла его из-за стола. Он снова бросил взгляд на ожидающие его документы. Пэт вернулся на фронт, ему тоже надо завтра ехать туда с проверкой, до этого необходимо все это просмотреть.

— Завтра, Эндрю, завтра, — прошептала Кэтлин в надежде, что хотя бы на несколько минут ей удастся отвлечь его от кошмарных мыслей и мрачных воспоминаний.

— Прекрасный день для сражения! — радостно объявил Пэт, вставая по стойке «смирно» и отдавая честь, сошедшему с бронированного поезда Эндрю. Пэт вернулся на фронт сразу же после собрания и выглядел утомленным. Скорее всего, он не спал всю ночь, руководя эвакуацией.

Даже сквозь шум паровоза до Эндрю доносились артиллерийские залпы. Вдалеке он увидел полуразрушенную виллу, вокруг которой разместилась одна из батарей, стрелявшая по невидимой цели.

— Проверка нашего фланга — сюда направляются по меньшей мере двадцать броневиков.

Пэт вытащил изо рта сигару и показал на рощу слева от виллы, в которой было спрятано полдюжины броневиков, ожидающих врага. Дальше к западу заняла позицию цепь кавалеристов.

— Двинулись на нас эшелонами еще на рассвете.

— Какова ширина фронта?

— Приблизительно пять миль. Но, похоже, главный удар будет нанесен сюда. Хотят отрезать железнодорожную станцию до того, как последняя батарея покинет город.

Эндрю ничего не сказал. Пэт был большим мастером по выводу войск. Последними он собирался выводить броневики, хотя подобная тактика не очень нравилась Эндрю. Если враг подойдет слишком быстро, эти драгоценные машины, возможно, придется бросить, так как их погрузка занимает очень много времени.

Перед глазами Эндрю развернулась мрачная картина. Над охваченным огнем Капуа поднимались черные, зловещие столбы дыма. Темная завеса заслонила утреннее небо, и горящий город освещался скорее языками пламени, чем холодным зимним солнцем.

Вдоль запасных путей, построенных наспех для обеспечения будущей линии фронта, стояли поезда. Солдаты, отошедшие от передовой под покровом ночи, садились в вагоны. Держа в руках жестяные кружки и фляжки, они медленно подходили к пунктам раздачи продовольствия, где кипятились сотни галлонов чая. После чая они получали паек, состоящий из сухарей, тушенки и сушеных бобов, и, не торопясь, шли к вагонам, не обращая внимания на грохочущие вдалеке выстрелы.

От платформы отошел еще один поезд, увозя на запад три полка. Еще пять составов стояли друг за другом, ожидая погрузки последней пехотной дивизии, защищавшей горящий город. Вывод войск проходил без задержек. Два корпуса отправили маршем два дня назад. Еще два корпуса вывезли вчера, и теперь они уже находились в пятнадцати милях отсюда. Два оставшихся корпуса были эвакуированы сегодня ночью. Имея многолетний опыт, железнодорожники отлично справлялись со своей задачей. Эндрю подумал, что их коллега из Соединенных Штатов вряд ли так же удачно провели бы операцию по спасению армии, полностью зависящей от железной дороги.