Бронте
Шрифт:
А теперь, Госпожа, Да благословит Вас Господь!
Прощайте, и полагайте, что я буду Вашим искренним другом.
Роберт Саути».
«Приехать в Озёры! Боже Великий! Поэт, которого знает вся Англия, приглашает меня! Какое счастье!.. И какое горе! На поездку нет денег! И совершенно нет никакой возможности сэкономить, чтобы отложить! Как грустно! Опять препятствия моим желаниям! Надо запретить себе об этом мечтать и думать», – говорила себе в отчаянии Шарлотта, обливаясь слезами.
Брануэлл тоже получил ответ от Вордсворта, который считал его письмо замечательным, он сделал некоторые замечания по поводу поэмы юного автора, но в общем приободрил и обнадёжил. И Брануэлл, поощрённый мнением глубокоуважаемого им поэта, ударился в литературное творчество.
А Шарлотта, отгоняя свою печаль, впрочем, малоуспешно, постаралась сосредоточить своё внимание на обязанностях, которые накладывало пребывание в школе. Нудно и монотонно проходили дни, недели, месяцы её преподавательской деятельности, радости они не приносили. Это так мучительно для творческой натуры, которая стремиться постоянно познавать новое и преображать, трансформировать в идеи и образы. Практически всё своё время Эмили и Шарлотта тратят на то, что им неинтересно. Необходимость делать не то, чего жаждет душа, а то к чему толкают обстоятельства, превращает девушек в унылые и вечно печальные существа. Но сестёр ещё не покинула надежда на благополучие их семьи в будущем, только это и даёт им силы выполнять долг по отношению к своим близким. Но как хочется дать волю своему воображению! «Как заманчив и дорог этот мир грёз, на который совсем нет времени. Но надо ли стремиться к этому, ведь женская доля иная …Как хочется поделиться с другими тем, что не даёт покоя и просится вырваться наружу. И тут же грызут сомнения. Достойна ли, чтобы тебя слушали, читали творения твоей души?! Пожалуй, что ещё не совсем готова. Значит надо совершенствоваться, учиться самой. Как много на свете всего интересного и, что я знаю из этого! Остаётся терпеть и работать», – такие мысли не давали покоя Шарлотте.
Предаваясь вопреки желанию долгу, творческие натуры чахнут в узде ненавистных обязанностей. Эмили, скрепя сердце несла свой крест. В многолюдной школе ей было одиноко, потому что не встретила тут родственную душу. Ночью, когда все вокруг засыпали Эмили могла предаться размышлению. На творчество нужны время и силы, но они отданы работе. А Шарлотту огорчало то, что её милая Эллен уехала в Бате, и уже давно не приходиться надеяться, что вот войдут к ней и скажут: «К Вам приехала Эллен». Так однообразно и буднично прошёл год.
Конец ознакомительного фрагмента.