Будь хорошей, девочка
Шрифт:
Вчера я так и не созванивалась с Вероникой, а сегодня утром пришлось набрать ей. Сестра ругала, что я исчезла. Она якобы волновалась за меня. Но разговор тут же перешел к теме о ее беременности и моей помощи, о которой вчера заикнулась. Черт меня дернул сказать, что помогу.
Понятия не имела, что делать дальше. Не хотелось встречаться с Никитой. Что я ему скажу? Привет, моя сестра от тебя беременна, женись на ней. И он тут же кинется в ЗАГС. Ага. Да. Щаз.
Вообще начинала бесить эта обязанность решать проблемы Ники за нее. Что за бред? Девке двадцать лет, и я все еще как мама с ней. Пора завязывать. Но глупый внутренний голос тут же пристыдил меня за трусость перед этим неуловимым Никитой. Да пошел он вообще.
В дверь позвонили и я, даже не глядя на часы, метнулась в коридор.
— Прости, что не позвонила, но… — глаза Вероники замерли на моей фигуре, и сестра в недоумении оглядела мое черное платье-водолазку. — Собралась куда-то?
Просто офигенно наблюдательно с ее стороны.
— Так, небольшая встреча… — отвела взгляд и тут же взяла себя в руки. — Свидание.
Впустила Нику в квартиру, соображая, как поступить. Стоит ли знакомить ее с Кириллом, или подождать более подходящего момента? Все-таки его друг заставил сестру плакать. Может, пока не стоит их знакомить?
— Свидание? — Вероника присвистнула и протопала в кухню, на ходу стягивая шубу. — И ты молчала, что обзавелась ухажёром!
— Мы недавно с ним познакомились, — я пожала плечами, ощущая неизвестно откуда взявшийся трепет при воспоминании о Кирилле. Сердце сбилось с ритма, стоило мне только вспомнить его красивое лицо. — Ты не предупредила, что приедешь. В чем дело?
Скрестила руки на груди, украдкой глядя на часы. Без трех минут. А если он придет?
— Хотела попросить у тебя то платье. Помнишь, красное с вырезом. Завтра заеду к Никите и попробую поговорить с ним по-другому, — Ника хищно ухмыльнулась, и я мысленно порадовалась за сестру. Она молодец, что не теряет надежды. Вдруг у нее все получится?
— Могла бы завтра приехать, зачем сейчас-то?
— Думала поболтать с тобой, а ты, видишь… на свидание собралась.
Нужно поскорее дать ей платье и пусть уезжает. Не хотелось терять ни единой драгоценной минуты. Скоро приедет Кирилл. Веронике пора уходить.
— Сейчас поищу его.
Зашагала в спальню, на ходу вспоминая, на какую полку сунула платье после стирки. А может, на плечиках?
Открыла шкаф и принялась оглядывать ряды вещей в поисках красного, и в этот момент из прихожей донесся звонок в дверь.
Вот черт, только этого не хватало…
Кинулась туда, но голос сестры у двери подсказал, что дело проиграно.
— Я открою…
Щелкнул замок, послышался скрип открываемой двери, и я ступила в коридор именно в тот момент, когда в дверях появился Кирилл.
Не знаю, что удивило меня больше.
Отсутствие бороды или его впервые растерянное лицо.
Кирилл на несколько секунд задержал взгляд на сестре, а потом перевел его вглубь дома на улыбающуюся меня.
Карие глаза полыхнули странной обреченностью, а потом воздух из моих легких выбили слова, произнесенные ошарашенной сестрой.
— Как ты меня тут нашел, Никит?
глава 7
В голову ударил пульс, и горло сдавило. Глаза еще видели перед собой красивое лицо парня, который перевернул мой мир всего за пару дней, а сердце уже покрывалось тонкой корочкой льда.
Никита.
Дрожь прошла по телу и ноги едва не подкосились. Я титаническим усилием воли заставила себя стоять на подгибавшихся ногах, потому что никогда не позволю себе упасть перед ним на колени.
А так хотелось…
Руки мелко затрясло, и я стиснула кулаки, чтобы не выдать предательской слабости.
Никита.
Глаза начало покалывать.
Только бы не разреветься. Дура!
И я сделала вдох, ощущая в груди вместо наполненности только выжигающую душу пустоту.
— Ник, — Вероника обернулась на мой голос и, кажется, теперь пришла в себя. Брови сошлись у переносицы, и моя младшая сестренка, которую я всю жизнь защищала и оберегала, заорала в голос.
— Ты, сука, решила увести у меня парня! — рванула ко мне, но Кирилл ловко перехватил ее, не давая налететь на меня с кулаками. — Мразь, я ненавижу тебя!
Не дрогнула. Ни на сантиметр не сдвинулась со своего места. Лишь рука метнулась к косяку, и я вцепилась в стену, пытаясь удержаться, пока мир вокруг покачивался…
— Ненавижу! — не знала, от чего так больно в груди. Истерический вопль бешеной бабы. Безумной девки. Обиженного ребенка, у которого отобрали конфетку. Это всему виной?
Или же умоляющее выражение лица, которое стало еще привлекательней без бороды. Высокие скулы, точеный нос, и крошечная ямочка на квадратном подбородке.
Но цепляло не это.
Карие глаза цвета горького шоколада смотрели с раскаяньем. Которое никому нахуй не нужно!
— Вон!
Одно слово. Это все, на что меня хватило.
Вероника рыдала, Никита продолжал удерживать ее, но взгляд не отрывался от меня.
— Уходите!
Но они не слышали воплей, которые почему-то так и не вырвались наружу.
Вместо того, чтобы уйти, как я просила, Никита захлопнул дверь и разжал руку, стискивавшую талию сестры, и Ника кинулась в мою сторону, но веское, безапелляционное «хватит» заставило сестру замереть в метре от меня.
Надо же. Никита отдал приказ своей сучке, и та подчинилась. Беспрекословно. Браво!
— Иди на кухню, — он говорил с ней, но смотрел на меня. Все еще.
— Но, Никит…
— На кухню, сука!
Никакие возражения не помогли, Вероника покорно скрылась за дверью, а я все так же из последних сил держалась за косяк, глядя, как самый ненавистный мужчина на свете приближается ко мне.
— Не подходи, — думала, не способна вытолкнуть ни слова из сдавившего колючей проволокой горла, но удалось. — Не смей.