Чтение онлайн

Ханна чувствовала себя абсолютно спокойной, когда Алекс собственноручно открыл ей дверь. Но он был так великолепен в белоснежной рубашке с серой ленточкой и темно-серых слаксах, что ее решительный настрой заметно пошатнулся.

– Проходите, – пригласил Алекс и окинул ее с головы до пят восхищенным взглядом. – Вы просто неотразимы, – не преминул заметить он и повел ее в гостиную.

Ханна обнаружила, что Алекс предусмотрительно позаботился об интимной атмосфере – рассеянный свет нескольких свечей создавал в комнате мягкий полумрак, а приглушенное звучание музыки дополняло впечатление. Алекс предложил ей сесть, потом открыл створки бара.

– Выпьете?

Она кивнула.

– Бокал вина, пожалуйста. – Ханне было безразлично, что пить. Главное – занять чем-нибудь руки, унять их беспокойную дрожь. Рассеянный свет и тихая музыка придавали обстановке интимность, но Ханна не собиралась ловиться на такие штучки.

Алекс подал ей бокал красного вина, и она пробормотала слова благодарности. Потом он сел рядом с ней на диван.

– Надеюсь, вы пошли на поправку, – промолвила она.

Алекс улыбнулся.

– Положа руку на сердце, отвечу: ваша Эдна сотворила чудо. Не знаю, какими снадобьями она меня напичкала, но они помогли. История с ядовитым плющом осталась в прошлом.

– Я рада за вас. – Ханна глотнула вина.

Взгляд темных глаз Алекса прожигал ее. – Надеюсь, ваша поездка в город прошла удачно.

– Замечательно. Кажется, мы почти справились со стариной Максом Уайлдингом. – Он внимательно посмотрел на Ханну, но слов похвалы не услышал.

Вместо этого Ханна равнодушно повела плечами.

– Поздравляю… если, конечно, вы именно этого добивались.

Столь сдержанный отклик поставил Алекса в тупик: он неожиданно понял, что запутался в собственных стремлениях. В самом деле, чего он добивался?.. Вчера, когда его адвокат обсуждал с ним условия будущей сделки, Алекс поймал себя на том, что витает далеко-далеко в облаках. Зачем ему покупать очередную компанию, когда он и так пашет за четверых, чтобы только удержаться на плаву?

Он испугался своих мыслей. Они были совершенно чужды всему, во что Алекс свято верил. Тогда он решительно спустился с небес и с новой энергией ударился в переговоры.

– Именно этого я и добивался, – сказал Алекс резче, чем намеревался, но вовремя смягчил резкость высказывания искренне теплой улыбкой. – Теперь ваша очередь рассказывать, чем вы занимались последние несколько дней. Вам удалось добиться прогресса с той девочкой, чья мать погибла под колесами автомобиля?

Ханна покачала головой с такой печатью грусти на лице, что Алекс мгновенно проникся к ней сочувствием.

– С каждым днем она все больше и больше раскрывается. У нее уже не такой отсутствующий взгляд, но девочка продолжает молчать. – Ханна тяжело вздохнула. – Мне никак не удается подобрать ключик к бедняжке. – Она вздрогнула, когда смуглые пальцы Алекса переплелись в дружеском пожатии с ее собственными.

– Должно быть, мучительно сознавать, что от победы над болезнью ребенка вас отделяет всего шаг, а вы никак не можете пройти его. – Теперь не только рука Алекса согревала ее, его глаза тоже лучились теплом и сочувствием. Прежде Ханне никогда не доводилось опираться на чье-либо твердое плечо, но Алекс совершенно определенно предлагал ей поддержку, и ее затопила волна благодарности. Такой бесценный подарок наполовину сокрушил разделяющие их барьеры, и в глазах Ханны засветилось доверие.

Проникшись небывалым расположением к Алексу, она прошла вслед за ним в столовую, где их ждал приготовленный Джейкобом ужин.

Ханна не заметила, что в столовой тоже царит мягкий интимный полумрак. Ее внимание было целиком поглощено Алексом и произошедшей в нем переменой: впервые он вел себя так открыто и искренне.

За столом потекла непринужденная и легкая беседа. Алекс развлекал ее смешными историями из своей деловой жизни. Ханну очаровало его чувство юмора, которое зажигало в его глазах золотистые огоньки и смягчало суровость его черт. К тому времени, как они вернулись в гостиную и сели с бокалами вечернего бренди, Ханна совершенно расслабилась и успокоилась.

Заметив в дальнем углу комнаты пианино, она подошла к нему и спросила:

– Вы умеете играть?

– Нет, в нашем семействе музыкой увлекалась мама. – На мгновение Ханне показалось, что тема неприятна Алексу, и он собирается сменить ее. Однако Алекс промолчал, хотя лицо его помрачнело, а глаза затуманились грустью. Он откашлялся. – После ужина мама любила присесть за пианино и поиграть. Она говорила, что еда питает желудок, а музыка – душу. – Он помолчал и произнес неожиданно тихо и изумленно: – А ведь я напрочь позабыл об этом.

– Вы были очень близки с матерью, – промолвила Ханна. У нее были основания говорить так уверенно: перед глазами постоянно стояла пляжная фотография Алекса с матерью.

Его отрешенный взгляд устремился куда-то вдаль.

– Иногда мне кажется, что, с маминой смертью я потерял не только единственного друга, но и все хорошее, что было в моей жизни. – Внезапно Алекс расхохотался резким, исполненным горечи смехом и провел рукой по волосам. Быстрота жеста красноречивее слов говорила об испытываемой им боли. – Господи, я становлюсь до ужаса сентиментален!

Ханна поставила бокал с бренди на крышку пианино и подошла к Алексу. Она нежно погладила его щеку и заглянула ему в глаза. Алекс тщетно пытался скрыть охватившие его чувства.

– Алекс, не нужно стесняться своей боли.

Он попытался возразить, но из-за застрявшего в горле комка не сумел вымолвить ни слова. Алекс давно упрятал воспоминания о матери за гранитную оболочку, которой обросло его сердце, и не позволял им выплеснуться наружу. Но под влиянием Ханны в его памяти вновь возродился далекий-далекий образ матери, ушедшей из жизни много лет назад.