Чтение онлайн

– Я предлагала вашему отцу уехать - он и слушать не желал. Но ведь если я напишу отказную бумагу, то вас не накажут за невыполнение монаршей воли.

Стефания осторожно высвободила руку и опустилась на стул: не держали ноги. Ивар встал напротив, с жаром заверяя, что возьмёт её замуж с ребёнком. Видя, что виконтесса не верит, качает головой, наклонился и поцеловал.

– Вы прекрасны, вы нравитесь мне. Ну же, улыбнитесь, миледи!

Стефания позволила робкой улыбки скользнуть по губам. Она всё ещё не верила, но Ивар казался искренним, так пытался доказать, что ничего не изменилось. Но виконтесса понимала, что это не так: маркиз выглядел обескураженным, вёл себя скованно и избегал разговоров о ребёнке.

Ивар расспрашивал Стефанию о жизни после последней их встрече и, шутя, напомнил о данном некогда обещании продолжить начатое на постоялом дворе.

– Разве я до сих пор интересна милорду?
– в сомнении покачала головой виконтесса, по привычке поглаживая живот.
– Полагаю, на один раз. Боюсь, я вас разочарую.

– Не разочаруете. Я женюсь на вас, миледи, а ваш ребёнок… Что ж, мы что-нибудь придумаем. Но, обещаю, я никогда не стану вас попрекать прошлой связью.

Стефания не верила, что герцог позволит совершиться этому браку, но не стала разочаровывать Ивара. А тот, оправившись от досады и разочарования первых минут встречи, принялся убеждать, что сумеет настоять на своём. Погладил виконтессу по щеке и ещё раз поцеловал. Она ответила на поцелуй, и вскоре маркиз уже стоял на коленях перед Стефанией, перебирая её волосы, касаясь губами висков, подбородка, выемки на шеи. Виконтесса робко отвечала на его ласки, всё ещё не понимая, наяву ли это.

Потом Ивар поднялся, пожелал ей покойных сновидений, и ушёл, заверив, что в Лагише ей будет намного лучше, чем при дворе.

Следующие два дня прошли буднично: Стефания отсыпалась, немного прошлась по замку, стараясь никого не побеспокоить. Её никто не навещал, при встрече люди кланялись и проходили мимо.

По просьбе госпожи служанка выяснила, дозволено ли виконтессе выходить из гостевой половины, пользоваться библиотекой, гулять по саду. На все вопросы было отвечено утвердительно: миледи ни в чём не ограничивают, как и любую другую гостью.

По вечерам к Стефании заглядывал Ивар. Он выглядел озабоченным, мало говорил, предпочитая слушать виконтессу. Целовал, хотя и не так, как тогда, на постоялом дворе, но неизменно нежно, ласково. Заверял, что она станет самой лучшей маркизой.

– Наш брак не будет формальным, - не допуская и тени сомнения, заявлял Ивар, пресекая малейшие попытки возражения.
– Мне плевать на всех, я способен заткнуть им рот. Принц Эдгар тысячу раз пожалеет, что обидел тебя.

– Милорд, вы берёте невесту с приплодом, - напомнила Стефания.

Теперь она видела, что Ивар не презирает её, по-прежнему любит, только противный голос разума шептал, что наследник Лагиша не может сделать её своей спутницей. Фиктивный брак - максимум, на что ей следовало рассчитывать.

Маркиз выполнит волю короля, женится на другой, высокородной и непорочной, - а Стефании достанется роль любовницы.

– Вы не желаете выходить за меня?
– сверкнул глазами маркиз, отойдя к столу. Плечи гордо выпрямлены, голова вскинута. Дартуа не терпели отказов и щепетильно подходили к вопросам чести.

Стефания промолчала. Она никогда не задумывалась о замужестве с Иваром, и вопрос застал её врасплох. Неудачный первый опыт совместной жизни с мужчиной заставил её быть осторожной и не давать скоропалительных обещаний.

– Милорд, я пока не отвечу ни 'да', ни 'нет'. Нам следует лучше узнать друг друга, и брак, который предлагает Его величество, как нельзя лучше подходит для этого. Если вы пожелаете, я с удовольствием пойду с вами к алтарю, а дальше всё в руках божьих. Одно дело, что вы говорите сейчас, милорд, другое, когда я рожу ребёнка.

– Хорошо, - неохотно согласился маркиз, - пусть будет так. Но наш брак не придётся расторгать. Вы дали мне залог любви, вы позволяли целовать ваши подвязки… Или вы играли, миледи?

Стефания поспешила заверить, что всегда была искренна, что он действительно нравится ей, заставляет сердце биться сильнее, а её слова - всего лишь благоразумие.

– Если вы выйдете за меня, я никуда вас не отпущу, - усмехнулся Ивар и задрал ей юбки. Покосившись на реакцию виконтессы, скользнул руками по чулку, слегка приспустил его и поцеловал тёплую кожу.

Стефании нравились прикосновения его губ, его руки, постепенно забирающиеся всё выше и выше, дальше и дальше. И вот она уже улыбалась, гладила его волосы и заверяла, что её сердце совершенно свободно и открыто для рыцаря с маками на щите.

Разгорячённый маркиз стянул с неё оба чулка и покрыл поцелуями ноги. С досадой глянул на живот, мешавший овладеть любимой женщиной, но отступать не собирался. Оставив на время в покое юбки Стефании, потянулся к корсажу. Он легко поддался пальцам Ивара, а корсет и вовсе не сдержал порыва молодого любовника.

Кажется, маркиз ожидал увидеть несколько иное, потому что несколько минут обескуражено разглядывал видоизменившуюся грудь виконтессы.

– Милорда что-то смущает?
– наконец, не выдержав, спросила она, бегло глянув на обнажённый бюст.
– Ну да, они несколько выросли, отяжелели…

– Просто они чем-то сочатся, - Ивар аккуратно прикоснулся к соску, чуть сжал и внимательно оглядел подушечки пальцев.

– Это незаразно, милорд, но если вы брезгуете… Всего лишь молоко для будущего малыша.

Маркиз кивнул, но ограничился поглаживаниями. Полнота груди ему явно понравилась, он с удовольствием опробовал её, а вот к соскам избегал прикасаться, хотя Стефании хотелось, чтобы их поцеловали. Она боялась, что ласки Ивара ей не понравятся, боялась оскорбить его, поэтому, наверное, не смогла расслабиться в полной мере.

Наконец маркиз уткнулся носом в ложбинку между грудями.

Виконтесса вздохнула, зарылась пальцами в его волосы.

Сердце то сладостно замирало, то пускалось в бешеную скачку.