Чтение онлайн

Собачий лай нарастал. Пока невидимые псы сжимали её в клещи. Стефанию травили, будто зверя. Теперь она узнавала голоса волкодавов супруга.

Лошадь захрапела и рванула в сторону, когда наперерез ей выскочил огромный мохнатый пёс. Виконтесса вскрикнула и тут же зажала рот рукой: услышат!

Собака ощерилась и начала наступать, будто изготавливаясь к прыжку. Потом замерла и подала голос, оповещая охотников о том, что жертва найдена.

Стефания стегнула лошадь и понеслась прочь.

Капюшон слетел, цепляясь за ветки, волосы растрепались и забивались в рот. Накидка в паре мест порвалась, один раз даже чуть не задушила виконтессу: зацепилась за сук, и завязки впились в шею. Стефания потратила драгоценные минуты на распутывание тесёмок.

Глаза лихорадочно метались по сторонам.

Её травили, как зверя… А вот и собаки. Любимые псы мужа, которых она ненавидела всей душой, и гончие. Обступают, берут в кольцо…

Виконт где-то рядом: это его голос Стефания слышала пару минут назад. И он скоро будет здесь.

Пожертвовав накидкой, виконтесса понеслась прочь, через снежную целину. Лошадь увязала в ней, передвигалась прыжками, медленнее, чем хотелось бы всаднице. Но и собакам приходилось нелегко: они и вовсе плыли в снегу.

Наконец Стефания выбралась на просеку и, подстёгиваемая страхом, понеслась к заветному просвету впереди. Она не задумывалась о том, что на открытом пространстве станет вдвойне уязвимой, просто желала выбраться отсюда, попытаться найти в чьём-то лице помощь и сочувствие. Её подгоняли гончие, соревновавшиеся в скорости с лошадью.

Стефания резко свернула в сторону, запаниковав: впереди показался всадник. Будучи не очень умелой наездницей, в этот раз она не удержалась в седле и упала в сугроб. Повезло, что успела закрыть лицо руками, а то рисковала бы обезобразить его: под снегом притаились коряги.

Перчатки порвались, острый край ветки расцарапал ладони. Не проткнула - и то хорошо. А вот с плечом было много хуже: оно ныло, резкой болью отзываясь на любое движение.

Стефания кое-как поднялась, отряхнулась, огляделась в поисках лошади и поняла, что бежать поздно. Напротив неё замерли два волкодава, гончие взяли в кольцо. Их заливистый лай звоном отдавался в ушах. Радовала, что они не стремятся растерзать её, только не давали пошевелиться.

– А вот и моя беглая жёнушка, - голос виконта был полон сарказма.
– Загнанная, словно лань. И в таком виде…

Стефания обернулась и увидела его, самодовольного, с охотничьим рогом за поясом. Будто и вправду загонял зверя.

Она с вызовом вскинула голову:

– Решили растерзать меня собаками? Ваша первая жена тоже, кажется, умерла на охоте.

Это была истеричная храбрость, за которой таился первобытный страх.

Ноэль промолчал и посвистал псов. Потом подъехал вплотную к Стефании и потянулся к её руке. Виконтесса дёрнулась и попыталась укрыться за деревьями. Муж поймал её, грубо ухватил за талию, игнорируя крики и бурные протесты, и закинул поперёк седла.

До Овмена виконт не произнёс ни слова.

Они неслись бешеным галопом, будто за ним гнался сам дьявол. Стефания, связанная, с кляпом во рту, словно военный трофей, видела лишь летящие комья снега. Тело ныло от ударов о луку седла, но супругу не было до этого дела, он лишь набросил на неё плащ, чтобы не замёрзла.

Вечером Стефанию развязали, втолкнули в сарай без единого окна, дали кувшин молока и краюшку хлеба, и оставили так до утра.

К ночи следующего дня охотники оказались вблизи Овмена. Уже после полуночи, на загнанных лошадях, въехали в него по подъёмному мосту.

Спешившись, виконт перекинул Стефанию через плечо и понёс в комнаты. Она билась, словно агонизирующее существо, предчувствуя самое худшее.

Ноэль бросил её на пол в тёмной комнате. В этой части замка, одной из башен, Стефания до этого не бывала. Вытащил кляп изо рта и, ухмыляясь, сообщил, что скоро вернётся.

Скрипнувшая дверь сообщила о том, что виконт сдержал обещание.

Чиркнуло огниво, осветив полупустую полукруглую комнату. Из мебели - только кровать, стул и пара стульев. По всему видно, что здесь давно не живут.

– Это будет тебе уроком, тварь, - Ноэль поставил печально знакомый сундучок на стол, развязал супругу и потащил к кровати. Она брыкалась, за что получила болезненный удар в живот. Больше Стефания не сопротивлялась, понимая, что сделает только хуже.

Прижав лежавшую ничком на кровати супругу коленом, виконт раздел её, не заботясь о целостности одежды, извлёк из сундучка верёвки и связал лодыжки. Затем то же проделал с запястьями и подвесил Стефанию к кольцу в стене. Оно было ввинчено с тем расчётом, чтобы человек полувисел-полустоял на коленях, не имея надёжной опоры.

– Что же ты мне подмешала, а, шлюха?

На ягодицы обрушился первый удар плети. Стефания дёрнулась, попыталась отползти, но супруг натянул путы и зафиксировал её ноги вторым мотком верёвки.

Убедившись, что жене никуда не деться, Ноэль вытащил кляп:

– Желаю послушать твои объяснения. Особенно, услышать, кто твои сообщники. Уж не герцогский сынок?

Плеть вновь со свистом опустилась на тело. Ещё и ещё.

Стефания визжала, умоляла - без толку.

Удовлетворившись количеством алых полос на её коже, виконт отбросил плеть и, наклонившись, прошептал:

– Сейчас начнётся самое интересное. Жаль, не смогу после тебя всласть оттрахать, но это мы наверстаем.

Обернув испуганное лицо к супругу, Стефания увидела в его руках блестящий гладкий крюк. Он был странной, вытянутой формы, и не заострён на конце. И загибался крюк неправильно, плавно, и конец гладкий. Гадать, зачем виконту понадобился этот предмет, пришлось недолго…

Ноэль наслаждался, опробовав все вещи из своей коллекции, вводя то по одному, то по два в разные места. Сжимая ягодицы супруги, с удовлетворением наблюдал, как входит железо, дерево и кожа в её тело, представляя на их месте свой член. А Стефания уже не кричала, не молила, а всхлипывала, надеясь, что последствия ограничатся кошмарными ощущениями и болью.