Булочки

Я всегда хотел братишку. Скучно быть единственным ребенком. И поиграть не с кем, и погоняться. Сестренка – это не то. Во что с ней играть? В куклы? А если я не буду, она побежит ябедничать? Нет уж, братишку и только братишку. Эх, я бы ему показал свою коллекцию машинок, мы бы вместе играли в солдатиков… Вот только откуда берутся дети? Я спросил об этом у мамы. Мама ответила:

– Детей дает Бог. Вот посмотри, у дяди с Сережи с тетей Наташей детишек нет, а они уже старенькие. А у тети Вали есть Вероника, хотя папы у них нет. Есть такие вещи, сынок, которые от нас не очень зависят.

Я ничего не понял, но промолчал, вдруг мама подумает, что я еще маленький.

Но когда у нас в садике был разговор на эту тему с Артемом и Кириллом, я мамин ответ вспомнил и с важным видом им рассказал, откуда берутся дети. Они разинули рты, а наша воспитательница, которая всё слышала, посмотрела на меня с уважением, совсем как на большого, и спросила:

– Паша, а кто тебе это рассказал?

Я гордо ответил:

– Мама! – и добавил: – Есть вещи, которые от нас не очень зависят! Оказалось, что, наверное, все-таки зависят. Если очень-очень сильно чего-то хотеть, обязательно желание исполнится!

Однажды мама куда-то уехала и через некоторое время они с папой приехали домой с большим свертком, перевязанным синей ленточкой. Мама подозвала меня:

– Паша, посмотри, это твой братик. Его зовут Миша.

Мама откинула уголок свертка и я увидел маленькое личико. Малыш смотрел на меня очень серьезно. Он был такой малюсенький, совсем как кукла, только живая!

– Миша!, – обрадовался я, – мам, а он уже умеет бегать и говорить?

– Нет. Паша, он еще маленький.

– А когда научится?

– Ну, с твоей помощью, очень скоро, – засмеялась мама…

Прошло лето. Мишка говорить пока не научился, зато смеялся, играл в погремушки и ползал. Однажды мама вытащила Мишку из кроватки и мы играли с ним на диване. Я показывал ему рожицы, а он смеялся, глядя на меня.

Мама на кухне пекла пирожки. Пахло очень вкусно, и мне срочно захотелось съесть пирожок. Я строго сказал Мишке: – Скоро приду. Ты тут смотри, не плачь!

Мишка плакать не собирался, он сопел и возился со своими погремушками. Я зашел на кухню.

– Мам, можно я съем один пирожок?

– Паша, ты перебьешь аппетит. Скоро сядем ужинать, будем есть борщ. А после борща можно и пирожков с чаем, – ответила мама, – ты за Мишкой пока посмотри.

Я вернулся в комнату…и застыл, как вкопанный. Погремушки так и лежали на диване… а Мишки не было!

– Мишка! – закричал я, – Миша, ты где?!

В ответ – тишина. Я очень испугался.

Мама услышала крик и подбежала ко мне.

– Паша, что случилось? Где Миша?

– Мишка… исчез!

– Как исчез?!

– Когда я выходил на кухню, он играл на диване. Возвращаюсь – его нет!

Мы с мамой осмотрели всю комнату. Заглянули во все углы, под стол, под кроватку, за диван… Мишка как сквозь землю провалился. Мы звали его, но он не отзывался. У меня на глаза наворачивались слезы, мама тоже была не на шутку напугана и, кажется, тоже собиралась заплакать.

И тут вдруг откуда-то раздалось пыхтение. Как будто пыхтел ежик.

– Мама, ты слышишь? Кто-то пыхтит…

– Кто пыхтит? Где пыхтит?

– Тссс! Вот опять…

Мы прислушались. Пыхтение раздавалось откуда-то снизу, как будто… из-под дивана!

– Пых… Пых…

Я заглянул под диван и увидел там… Мишку! Он как-то туда заполз, а вылезти не мог, вот и пыхтел! Я осторожно вытащил испуганного братишку.

Мама обняла нас с Мишкой и долго-долго не отпускала…

Для нас так и осталось загадкой, как маленький Мишка, который только учился ползать, умудрился за минуту слезть с дивана и так «хитро» спрятаться. С той поры, оставаясь вдвоём с Мишкой, я не спускал с него глаз. А то так спрячется, что и не сыщешь!

Однажды мы с бабушкой ходили в магазин за хлебом и молоком. По дороге я разглядывал вывески. Вот «Ремонт обуви», вот «Цветы», вот «Газеты и журналы»…а это что за маленькая табличка? И слово такое непонятное: «Вторчермет».

– Бабуль, а что такое «Вторчермет»? Что там продают? По вторникам какой-то Чермет? Что это?

– Нет, Павлушка, там ничего не продают, – улыбнулась бабуля, – туда сдают сломанные железки, металлолом. Их взвешивают и дают за них денежку.

– А ты приносила туда сломанные железки?

– Нет, внучок.

– А откуда ты тогда знаешь, что там делают?

– Когда я была немножко постарше тебя, я сама собирала металлолом.

– Ух ты! И много денежек тебе за это дали?

– Что ты! Сбор металлолома был тогда праздником, а не способом заработка.

– Какой же это праздник, железки собирать?

– Ну, так слушай. Дело было, когда я училась в школе, когда не было компьютеров, когда дети в свободное время занимались разными полезными делами, ходили в кружки и секции.

Однажды нас всех собрали, построили на линейку и сказали:

– Уважаемые ученики! Сегодня знаменательный день – день сбора металлолома. Из него будет сделано много железнодорожных рельсов, которые будут проложены в тайге. А главное, про класс, который соберет больше всех, будет написано в школьной стенгазете «Молния»!

После уроков мы с ребятами собрались в школьном дворе. Наш класс разделился на две группы. Одни отправились на свалку, другие побежали по дворам. Собрали всё, что можно: железные спинки от кроватей, трубы, дырявые кастрюли, кто-то притащил старую коляску. И тут мой одноклассник, Володя Синичкин говорит: