Бульвар
Шрифт:
– Так получается, Пино в квартире не побывал? – удивился странной приверженности законности капитан.
– Побывал, конечно, – махнул рукой комиссар, доставая новую сигарету из брошенной на подоконник пачки. – Бестолку. Обычная квартирка, брошенные девчачьи вещички, дешевая меблировка, ничего приметного, ничего стоящего внимания… Он скоро приедет, поговорим еще, по телефону всего не разъяснишь. А у тебя как делишки? Складывается хоть что-то?
– Складываются сплошные загадки, – сознался контрразведчик, освобождая от бумаг ближний к нему стул и усаживаясь поудобнее. – И по ограблению, и по девице этой…
– Давай по девице, – попросил комиссар возвращаясь на свое место. – Про Арнича я и так много знаю, во всяком случае, пока ведем его, за последние шесть лет…
– Девица-девица… – проговорил, собираясь с мыслями, капитан, автоматически разминая в пальцах сигаретку. – Родилась, жила, училась, сбежала в Город, тут все ясно и просто, конечно, копать будем, если вдруг найдется реальная зацепка на ее детство, но пока ничего интересного, да и история эта с запросами и опросами долго протянется, а вот в Городе она немного поработала официанткой в артистическом кафе, потом стала позировать непризнанным гениям от живописи…
– Продаваться все же решилась? – равнодушно поинтересовался комиссар, хорошо знакомый с судьбой таких вот приезжающих в Город молоденьких девушек.
– Первая, хоть и самая слабенькая загадка, – усмехнулся капитан. – Проститутничать не стала, хотя, работая официанткой, жила в одной квартирке с незарегистрированной профессионалкой. Но с кем бы мои люди не поговорили, в один голос утверждают, что деньги фигурантка брала за позирование и ничего лишнего с собой делать не позволяла.
– И правда – загадка, – удивился комиссар, – всегда считал, что они там, при художниках, все проститутки вращаются…
– Вторая загадка, уже серьезная. К ней не так давно прилип старший безопасник из «Биотеха»…
– Ого! – прищелкнул пальцами комиссар. – Вот так девица…
– Вот тебе и «ого», – в тон комиссару ответил контрразведчик. – Прилип к ней этот чмырь не по любви, и не по службе, если верить опять-таки всеобщим утверждениям. Сейчас мои ребята копают, что могло ему от девицы Айне понадобиться, но – есть и загадка номер три: безопасник этот исчез.
– Как? совсем? – прищурился комиссар.
– Сегодня утром не пришел на работу, его нет дома, у друзей-знакомых, у любовниц, про которых хоть что-то известно, даже в обычно им посещаемых барах не появлялся, мы прозвонили всё. Но… считай это интуицией или перестраховкой, мои парни не поленились, и съездили еще разок в ресторан, откуда вчера исчез из-под наблюдения Арнич. Так вот, безопасник «Биотеха» был вчера в этом ресторане, причем, практически сразу после исчезновения Арнича, и не просто был, а имел крайне неприятную беседу с двумя хорошо одетыми типами. Если официанты не врут, а смысла во вранье я не вижу, то Миронич, безопасник, сильно перед этими двумя проштрафился.
– Третья сила? – оживился комиссар. – Те, о ком мы все время думали, но ничего не знали?
– Возможно, но эту линию придется еще долго разрабатывать, – согласился капитан. – Кроме очень общих примет и времени посещения ресторана у нас на них ничего нет. А какие успехи у компаньона Арнича?
– Такие же, как у твоего безопасника, – развел руками комиссар. – Из дома он не выходил, по крайней мере, со вчерашнего утра, но дома его уже давно нет. Ориентировки, конечно, по вокзалам, автобусным станциям, постовым на выездах из Города, в аэропорт дали, результата, как и ожидалось, нет. Да и не стал бы он убегать сейчас, когда в спину дышат. Тем более, полон Город и все дороги военных. Видимо, залег где-то и пережидает волну.
– А как он вышел из дома? тоже подземным ходом, как Арнич с девицей из ресторана? Кстати, с этими подземельями хоть какая-то ясность возможна? – поинтересовался контрразведчик.
– Отвечаю по пунктам, – улыбнулся комиссар. – Нет, подземного хода в его доме не нашли. Может быть, через крышу, или через соседей… сейчас только поехали, будут разбираться, я посчитал вопрос не главным, вот и отложил его немного, пока люди не освободятся от главного. А с подземельем ты никакой ясности никогда не увидишь, – прояснил и второй вопрос капитана комиссар.
– И это мне говорит знаток криминального мира Города? – нарочито удивился контрразведчик. – Неисповедимы пути богов…
– Эти катакомбы начали долбить под землей еще при римлянах, – вздохнул полицейский. – И позже каждый хозяин Города считал прям-таки своим долгом их расширить, дополнить и запутать. Какие-то ответвления закладывались, новые ходы рылись, потом, с годами и столетиями кладка обрушалась и опять, будто ниоткуда, возникал старый проход… ни чертежей, ни схем, ни даже мало-мальски знающих людей не найти…
– То есть, где из подземелья вышли Арнич со своей девицей, мы установить не сможем?
– Мы не можем даже точно сказать, уходили ли они через подземелье, там же собаки отказываются работать, и никаких следов не видно, – потер подбородок комиссар. – А если сможем, то что нам это даст? круг поиска? вряд ли они сидят там затаившись или ждут нас возле какого-нибудь выхода… Утешает только одно, по слухам и городским легендам подземелья за черту Города не выходят…
Капитан встал со стула и привычно попробовал пройтись по кабинетику. Полицейский с легким злорадством понаблюдал, как его гость натыкается на папки, стулья, заваленные бумагами, пытается просочиться рядом с ним к окну, и предложил:
– Перерыв, капитан? Пойдем-ка в комнату отдыха, выпьем кофе с коньяком, отдохнем мозгами и попробуем еще разок оценить всю ситуацию с самого начала…
Комната отдыха в полицейском управлении Города носила громкое название «Зал рекреации и восстановления личного состава» и была до предела заполнена всевозможными цветами в горшках, кадках, ящиках и тому подобных приспособлениях. Кроме домашних «джунглей» здесь находился огромный, литров на триста аквариум, за которым присматривал специально взятый на полставки специалист, чем вызывал жгучую ревность у некоторых любителей аквариумоводства из числа кадровых полицейских. Был здесь и телевизор, и парочка кофеварок, и запасы чая и кофе, и масса разнообразных пепельниц, потому что курили стражи порядка в комнате отдыха не менее интенсивно, чем в своих рабочих кабинетах. В основном комнату использовали для празднований дней рождения средней руки начальства или всеобщих любимцев управления, с годами превратившихся в местные достопримечательности. Но иногда сюда собирались и начальники департаментов на неофициальные посиделки-совещания.