Бумеранг
Шрифт:
– А почему я узнала об этом от третьего лица?
– Простите, пожалуйста. Я хотела успеть в оба места…
– Но приоритетнее стал зачет, верно?
– Получается, что так. Но, я правда хотела успеть, – я понимала, что мои оправдания глупы и звучат как-то по-детски.
– Пекуровская, надеюсь, Вы помните, что у нас есть договор, в котором прописаны все Ваши обязанности и мои права при их невыполнении?
– Маргарита Львовна, этого больше не повторится! – с отчаянием заявила я. А сама думаю, что не успеть мне всего с таким-то графиком.
– Я могу помочь тебе с этой проблемой, – уже заметно мягче сказала директриса.
– Да? А как?
– Скажи в чем основная трудность?
– Я физически не успеваю переехать за пятнадцать минут из одного конца города в другой.
– Кажется, я знаю, чем тебе помочь в этой ситуации.
На следующее утро во дворе стоял новенький красный Dodge Caliber. На права я сдала очень быстро и не совсем честно. Я так благодарна Маргарите Львовне за эту машинку! Ну, и пусть половину гонорара придется отдавать, зато уже сейчас она у меня есть! Да, дороговато, конечно, я бы не решилась такую купить. Зато клево! Жаль, что тети Оли и Руслана нет рядом. Они бы порадовались и помогли выплатить. Вообще, тут туговато. Завязла я в договорах и нехватке денег, однако. А ведь поехала, чтобы зарабатывать на себя и на Танюшку. Есть хорошая новость. Она живет на два дома, потому что частенько зависает у Ивана Сергеевича. Таня работает нянечкой у соседей. Значит, есть заработок.
***
Сегодня первый день, когда я еду в институт на своей машинке. Я уже приобрела меховой чехол на руль и кивающего далматинца на верхнюю панельку! Где бы тут припарковаться? Такой крошечный пятачок эта стоянка у института. Попробую между белой и синей машинами. Так, еду назад, осторожно, ничего не вижу в эти зеркала и уже сумеречно. Тихонько, глядишь, впишусь. Вдруг мое тело прижало к спинке сидения, машина больше не ехала назад, раздался противный скрежет, я резко надавила на тормоз и замерла. Боже, что произошло? Вылетев из машины, обнаружила, что мой задний бампер прижался к синей шестерке. Елки, да у меня тут ужасные белесые царапины на новенькой краске! Дерьмо! Вот дерьмо!
– Поцеловались? – обладатель знакомого голоса приближался ко мне.
– Да у меня тут трагедия, – пояснила я, пытаясь разглядеть лицо мужчины, скрывавшееся под козырьком демисезонной кепки.
– Я и говорю, чмокнулись!
Да это же мой экзаменатор! Мой волшебник, который помог с заданием и тем самым обеспечил мне проходной балл!
– Что же делать? – искала совета я.
– Щас все выясним. Похоже, это машина кого-то из наших студентов. Судя, по навалившемуся снегу – машина давно стоит. Вероятно, учится в первой смене. А у них как раз сейчас закончились занятия, – думал вслух мужчина. – Предлагаю подождать немного, – обратился он ко мне.
– А разве не надо в таких случаях вызывать кого-то? – я совершенно растерялась и искала поддержки в лице моего волшебника.
– Подождем, – спокойно повторил мужчина.
Мы так стояли на ветру в сгущающемся мраке вечера. Молча. Минут через пять он сказал:
– Мы можем сесть в Ваше авто, – потянувшись к водительской дверце, не то спросил, не то приказал мужчина.
– Ой, конечно, – смутилась я своей негостеприимности.
Он открыл для меня дверь, легонько ее за мной захлопнул, а сам сел на сидение рядом.
Девушка очень молода и прекрасна. Видно, она волнуется из-за этого пустячного столкновения. Мне хочется помочь ей. Я и тогда на экзамене помог. Такая переживательная барышня. Для нее это просто глобальные события. Глупенькая.
– Смотрите! Девушка! Она подходит к машине, – заверещала я.
– Посиди! – резко одернул меня мой волшебник. И я осталась в машине. А он вышел к девушке и через несколько минут, проведенных мной в беспокойном одиночестве темного автомобиля, заглянув в салон сказал:
– Ну-ка, дай немного вперед, – и видя мой растерянный взгляд, добавил. – Побыстрее, мадам!
Удивительно, но девушка просто села за руль своей синей шестерки и уехала в сторону главного проспекта.
– Все. И не надо так переживать по пустякам, девушка! – мой волшебник сел снова на кресло рядом, откинулся и уперся в подголовник.
– А как получилось, что она уехала?
Мужчина повернул лицо ко мне и рассмеялся, – Вы верите в чудеса?
– Нет, – не долго думая ответила я.
– Что ж… Придется переубеждать.
Я только скромно улыбнулась, стало как-то неловко.
– Алексей. Алексей Самсонов.
– Пекуровская Виктория.
***
Вечер. Сижу на своем самом любимом, самом мягком диванчике. Снег в этом году очень ранний. Он перемешался с дождем и теперь залепляет мне окна. Сегодня рифма так и исходила из меня. И у меня получилось…
Поднеси ладони к небу,
Утони в своей печали,
Переплыть ты хочешь реку,
Заглянуть в пустые дали.
Звезды жадно выпиваешь,
Слезы топят всю планету,
По Вселенной ты скучаешь…
Запусти в окно комету.
Зачерпни немного вьюги –
Я прощу твои страданья.
Ты возьми свободу в руки,
Полюби свои скитанья.
Пепел – все, а ты ничтожен,
Я и люди на Земле
Мысли по местам разложим,
Передай все чувства мне.
Я хранить их буду вечно,
В темной мгле, во льдах ночи
Сквозь века струиться речкой
Будешь ты! Но мы молчим.
Для кого? С какими мыслями? Я не могу это объяснить себе. Я просто так чувствую.