Чтение онлайн

Сано застал Хирату гарцующим взад-вперед у ворот замка.

— Увы, мне не удалось проследить за канцлером Янагисавой, он никуда не выходил, — мрачно доложил Хирата.

— Ничего страшного. Поехали. — Сано дернул поводья.

Хирата поспешил за ним:

— Куда? Зачем?

— Ставить ловушку на охотника за бундори.

По пути Сано поведал Хирате о визите к госпоже Симидзу, рассказал про меч, который лежал у него в седельной сумке. Уточнить детали операции предстояло на месте.

Проехав мост Нихонбаси, Сано повернул на восток, потом на север. Мощеная дорога вела вдоль реки Сумида, мимо складов, через толпы, снующие около харчевен, прилавков с едой и развлекательных заведений под мостом Рёгоку, к реке Канда.

— Сюда, — сказал Сано, выезжая на тропинку, ведущую к крутому берегу.

Слева от всадников поднимались богатые дома торговцев, балконы смотрели на реку. Справа, вдоль берега, тянулись деревянные перила. Тропинка заканчивалась у пристани. Прогулочные лодки с опущенными сходнями покачивались на волнах носами в сторону Сумиды. На противоположном берегу Канды наблюдалась аналогичная картина. Берега соединял деревянный мост.

— Ничего не понимаю, — сказал Хирата.

Сано спешился и привязал коня к перилам. Досин последовал его примеру. Сано внимательным взглядом окинул местность и махнул рукой:

— Лодка госпожи Симидзу. Здесь мы и устроим ловушку.

Он пояснил ход своих рассуждений. Пристань расположена неподалеку от центра города, однако не на виду. Это удобно для всех трех подозреваемых, если они захотят быстро и без проблем добыть заветный меч. Уединенность лодки, пространство ее палубы позволят захватить Мацуи или Тюго — или же убить Янагисаву и покончить с собой. Сано еще раз оглядел лодку. Не зря он вытребовал у госпожи Симидзу разрешение на засаду.

Лодка сделана из кедра, имеет в длину шагов пятьдесят. На корме высокая смотровая площадка. Нос венчает деревянная голова, похоже, молодой и прелестной госпожи Симидзу: губы приоткрыты в улыбке, длинные волосы развеваются. Крыша каюты покрыта гонтом [5] . Единственный парус уложен на передней части палубы вокруг высокой мачты. На перилах укреплены древки для фонарей или флагов. Малая осадка, пара весел, руль прямо на палубе. Лодка не приспособлена для морских путешествий. Конечно, бакуфу, препятствуя эмиграции, запрещает постройку мощных частных судов.

Сано переключил внимание на соседние лодки: большинство необитаемы, до прогулочного сезона примерно месяц. Прищурившись, посмотрел на небо: усиливавшийся ветер гонит облака на восток.

— Едва ли кто-нибудь поставит парус завтра, если так будет продолжаться, — удовлетворенно заметил Сано. — Мы придем сюда рано утром.

Лицо Хираты просветлело:

— И будем ждать убийцу на борту лодки.

— Правильно.

Сано по заскрипевшим сходням спустился на палубу. Возле мачты он обнаружил якорь — большой деревянный крюк с многочисленными зубьями на джутовом канате, уложенном вкруговую. Под крышкой люка на корме перед румпелем он увидел веревки, свернутые так же, как якорь, стопку парусов, ящик с инструментами, светильники, свечи, водонепроницаемые металлические коробки со спичками, керамические кувшины с водой, маслом и сакэ. Он открыл дверь каюты и вошел в изящное помещение с низким потолком. Вдоль стен стояли покрытые шелком скамьи. В выдвижных ящиках под ними находились посуда, салфетки, палочки для еды, ночные горшки, мыло, туалетные принадлежности и вязанки сушеной рыбы, водорослей и фруктоз. Окна выходили на правый борт. Ставни из реек пропускали свет и воздух. Во встроенных шкафах покоились белье и постельные принадлежности. Госпожа Симидзу, надеясь, что любовь мужа вернется к ней, содержала лодку в образцовом порядке.

— Что мы будем делать, если убийца появится на борту? — сказал Хирата за спиной Сано.

Сано подошел к окну и открыл ставень. Очень не хотелось вовлекать молодого досина в опасную битву за справедливость и честь, но помощь необходима.

— Если это окажется Мацуи или Тюго, вы поможете мне его схватить — живым, чтобы потом убийцу допросить и наказать, — сказал Сано, притворяясь, будто всецело занят изучением речного пейзажа. — Мы свяжем преступника веревками, которые находятся в кладовой, и отвезем в Эдо.

— Но мы же считаем, что убийца — канцлер Янагисава. — Голос Хираты прозвучал озадаченно. — Что тогда?

Откладывая неизбежный ответ, Сано вышел на палубу. Хирата встал рядом. Старик на мосту дернул леску и вытащил из воды сверкающую на солнце рыбину.

— Если это канцлер, — сказал Сано, — то вы ничего не будете делать. Я убью Янагисаву и совершу сеппуку. — Он заставил себя повернуться лицом к помощнику.

С округлившимися глазами и открытым ртом молодой досин являл живую картину потрясения, ужаса и восхищения. Заикаясь, он принялся протестовать. Но приказ есть приказ. Унылый кивок и вздох возвестили о том, что Хирата сдался. Он расправил плечи и звонким голосом храбро проговорил:

— Удостойте меня чести быть вашим кайсаку.

— Нет, Хирата, я не могу позволить вам быть моим ассистентом. Ведь это произойдет еще до того, как сёгун поймет, что ему лучше без канцлера Янагисавы. Он казнит вас за соучастие в убийстве близкого ему человека. Если завтра придет Янагисава, вы немедленно покинете лодку и сообщите властям о содеянном мной. Дополнительные распоряжения я вам дам, когда мы отсюда уедем.

Хирата покачал головой, демонстрируя вежливую настойчивость:

— Мой долг — помочь вам. Я не боюсь наказания. У вас будет возможность доказать свою преданность господину. Позвольте и мне воспользоваться такой возможностью. Примите мои услуги.

Сано оказался в безвыходном положении. Он не мог запретить самураю исполнить долг чести. Вдобавок ему была очень нужна помощь Хираты. Сано вовсе не был уверен, что ему хватит силы воли сделать первый ритуальный шаг — рассечь себе живот. Что уж говорить о дальнейших движениях клинка! Сано нужен был ассистент, который отрубит ему голову и поставит точку на мучениях и жизни. Вопреки желанию придется погубить ни в чем не повинного молодого человека.

— Хорошо, Хирата-сан, — с благодарным поклоном сказал Сано. — Спасибо.

Восторг, вспыхнувший в глазах Хираты, болью пронзил сёсакана. Досин молод, исполнен радости оттого, что теперь у него есть господин, выбранный им хозяин. Но он плохо осознает всю чудовищность предстоящего поступка. Сано с грустью смотрел на обретенного слугу и гордился им. Неужели они оба обречены, как те воины, которым судьба уготовила смерть прежде, чем они ощутили счастье боевого содружества?

Хирата заговорил первым, в голосе прозвучали зрелость и уверенность:

— Теперь мы должны заманить убийцу в ловушку.