Буреносец
Шрифт:
Создания! Макти из Мельнибонэ вас сотворил
Из вещества бесформенного буйства,
И если жить хотите, покоритесь,
Явитесь с помощью ко мне, иль Макти истребит вас…
Из клубка крутящейся мглы возникли клювастые бестии.
Эльрик крикнул Герцогам:
— Смертное оружие не может повредить вам! Но эти твари в вашем измерении такие же жестокие, — и он приказал ястребо-львам наброситься на герцогов. Стараясь избегнуть их, Ариох и его друзья вновь поднялись по лестнице, отдавая свои команды гигантским животным, но те продолжали атаковать все быстрее и быстрее.
Эльрик увидел, как кричит, бессвязно говорит Ариох, а затем его тело распалось на части и появилось новое, менее уязвимое, и твари набросились на него. Внезапно все вокруг смешалось в крутящийся пестрый клубок цветов и звуков неорганизованной материи.
Позади борющихся демонов Эльрик увидел Ягрин Лерна бегущего в свой дворец. Надеясь, что твари сообща справятся с Герцогами, Эльрик погнал своего коня вокруг кипящей массы вдогонку за ним.
Они верхом проскочили к двери, увидев впереди бегущего испуганного Теократа.
— Твои союзники не настолько сильны, как ты рассчитываешь, Ягрин Лерн! — завопил Эльрик, догоняя своего врага. — Почему ты, подлая тварь, подумал, что твои знания превосходят знания Мельнибонэ?!
Ягрин Лерн начал взбираться по открытой лестнице, он был так напуган, что боялся оглянуться.
— Герцоги! Герцоги! — вопли Ягрина Лерна выдавали его ужас. — Не оставляйте меня сейчас!
Мунглум удивленно прошептал:
— Неужели эти твари победят аристократию ада?
Эльрик покачал головой:
— Я не рассчитывал на это, но если я покончу с Ягрином Лерном, то это может положить конец его завоеваниям и созданием демонов. Он погнал нихрейнианского коня ступить на лестницу вслед за Теократом, который, слыша удары копыт, бросился от них прочь и спрятался в какой-то комнате.
Эльрик услышал, как лязгнул засов и заскрипел болт. Когда они добрались до двери, и он взломал ее своим мечом, то они обнаружили, что Ягрин Лерн исчез.
Взбешенный Эльрик нашел маленькую дверь в дальнем углу комнаты и снова взломал ее. Узкий коридор вел вверх, очевидно, в башню.
Сейчас, когда он готов был выполнить свою клятву, как он думал, они вновь уперлись в еще одну дверь на самой верхней ступеньке, и Эльрик нанес хороший удар своим мечом. Удар был силен, но дверь уцелела.
— Проклятая дверь защищена чарами! — закричал он.
Он собрался вновь ударить по ней, как услышал идущий снизу испуганный голос Мунглума.
— Эльрик! Эльрик! Они уничтожили тех тварей! Они возвращаются во дворец.
Он позже доберется до Ягрина Лерна…
Он спустился вниз, по ступенькам, в покой и через него вышел на лестницу.
В зале он увидел радужные контуры тел жуткой троицы. Наполовину спустившийся по лестнице Мунглум стоял, оцепенев, и пораженный ужасом. — Буреносец, — сказал Эльрик, — время вызывать твоих братьев. Меч завибрировал в его руке, как бы соглашаясь. Эльрик начал петь мучительную, угрожающую руну, которую Сепириту передал ему.
Буреносец застонал, сопровождая его напев, а разгоряченные битвой герцоги, приняв различные обличья, начали окружать его, неотвратимо приближаясь и увеличиваясь в размерах.
Вдруг в воздухе вокруг себя он увидел какое-то неясное движение, отпечатки каких-то форм, частью в его измерении, частью в измерении Хаоса. Он видел сквозь них ступеньки, и внезапно ему показалось, что воздух пронизан миллионами мечей, и каждый из них — двойник Буреносца!
Действуя инстинктивно, Эльрик крепко сжал рукоять своего меча и швырнул его впереди себя. Буреносец повис в воздухе перед ним, и братья его, казалось, поняли это.
— Веди их, Буреносец! Веди их против Герцогов, или твой повелитель погибнет, и ты никогда больше не отведаешь больше ничьей крови и ничьей души!
Море мечей зашелестело, и ужасный стон, вырвавшийся из них, потряс воздух. Герцоги рванулись вверх, к альбиносу, и он отпрянул перед злобой, которую источали их колышущиеся обличья.
Взглянув вниз, Эльрик увидел Мунглума, застывшего в седле и не знающего, победит он или погибнет.
Затем мечи обрушились на приближающихся Герцогов, и голова Эльрика закружилась от блеска миллионов клинков, впившихся в субстанцию их тел. Жуткий шум битвы наполнил их уши, невероятное зрелище грандиозной битвы ослепило зрение. Без жизненной силы Буреносца он почувствовал себя слабым и безвольным. Он почувствовал острую боль в колене и начал разминать его, но ничем не мог помочь черному мечу и его братьям, пока они дрались с Герцогами Ада.
Он стал терять сознание, чувствуя, что если будет и дальше свидетелем этой битвы, то станет совершенно безумным.
С благодарностью он почувствовал, что тьма заволакивает его сознание, и затем, наконец, он потерял сознание, не зная, кто победил.
Глава 5
Его тело гудело. Руки и спина болели. Запястья дрожали, как в агонии. Эльрик открыл глаза.
Прямо напротив него, распятый и прикованный цепями к стене, висел Мунглум. Коптящее, неяркое пламя мерцало в центре помещения, и он почувствовал боль в своем обнаженном колене. Взглянув, он увидел Ягрина Лерна.
Теократ плюнул на него.
— Так, — сказал Эльрик печально. Я поражен. В конце концов победил ты.
Ягрин Лерн не выглядел победителем. Ненависть горела в его глазах.
— Ах, как я накажу тебя… — сказал он.
— Накажешь меня? Чем? — сердце Эльрика забилось чаще.
— Твое последнее заклинание сработало, — мрачно сказал Теократ, отворачиваясь. — И твои, и мои союзники исчезли, а все мои попытки восстановить контакт с Герцогами оказались бесполезными. Ты выполнил свою угрозу — ты, или твои фавориты — и полностью и навсегда изгнал их в Хаос. — Мой меч. Что с ним?