Шрифт:
Нюкта рисует шутя
…Он был уже на крючке.
Спокойный, уверенный, клиент бодрой походкой пошёл с рынка, прижимая к себе куль с мидиями. Однако минуту назад о спокойствии не могло быть и речи. Прячась за палаткой, Мурена чётко увидела, как дёрнулась его рука, стоило торговцу предложить ему местный деликатес – угрей. Запомнила, как он побледнел и чуть не отпрыгнул.
«Глаз – алмаз», – усмехнулась тогда Мурена, делая мысленную пометку. Великая Гидра, до чего же всё оказалось просто! Впрочем – посерьёзнела Мурена – дело ещё не сделано. Только предстоит.
Когда с приготовлениями было покончено, пришло время лезть в особняк. Мурена бывала поблизости не единожды. Успела изучить цепким взглядом ограду, успела переговорить с мастером, что когда-то оформлял Эйриков сад: с простеньким фонтаном и кустами, похожими на актинии.
Эйрик Мутный не гнался за роскошью: тут тебе ни статуй с его бородатой рожей, ни грудастых позолоченных русалок, ни прочего шика-блеска, без которых не могли жить иные богатеи их Гидра-полиса.
Да только была у него, по слухам, редкая вещица, по наследству переданная. И нужная Тётушке Миноге позарез…
Готовясь преодолеть ограду, Мурена продолжала вспоминать. Жены и детей Эйрик не имел, в Квартал дорогуш не захаживал. Слуг и охрану нанимал из самых неподкупных. Не подберёшься никак. Никакого компромата не найдёшь.
Кое-кто из лихачей Тётушки пробовал отыскать Вещь. Пробирался в дом, тайники искал – но всё без толку. Не выдержав, Тётушка организовала похищение. И пытки организовала…
Но Эйрик оказался крепким орешком. Ругался он. Смеялся и кричал. Но про Вещь из него не выдавили ни словечка.
А затем пираты-законники нагрянули, полбанды Тётушки скосили, Эйрика спасли. Вот он и ходил теперь, жизни, оптимист, радовался. Мидии сам варёные покупал, кушал на ходу. Телохранителей нанял, что идут с ним рядом…
Только Тётушка Минога ничего не забыла.
И Мурену к нему направила – особую помощницу.
Закрыв лицо маской, накинув капюшон, Мурена перемахнула через ограду и спряталась в кустах. Достала из кармана карточку: плотная бумага, синие кляксы… И рисунок – луна, наполовину прикрытая тенями.
Мурена вгляделась в небо. Сплошные тучи, предвестие шторма. Вроде бы, самое время лезть: темно, безопасно, однако…
«Нет. Рисунки никогда не подводили. Жди луны!»
И Мурена уселась поудобнее – ждать. Проводила взглядом охранника, прошедшего в отдалении, и крадущихся по траве собак. Улыбнулась, почесав руку, зеленоватую от притираний, – ни один пёс не учует её запаха! Проверила, на всякий случай, содержимое рюкзака.
Всё было в порядке. Лишь бы не затянулось ожидание.
Спустя время, наконец, появилась луна – чуть расступились тучи. Мурена тихонько поднялась и вышла из укрытия.
«Чисто. Теперь – действовать!»
Подойдя к стене, Мурена подпрыгнула, ухватилась за жёсткие стебли вьюна и стала лезть. Первый этаж, второй, ещё немножко… Вот и окно. Занавеска-органза. Колышется, как морские водоросли.
Мурена легче лёгкого запрыгнула в комнату и огляделась.
Аскетичная спальня, ничего особенного. А чуть подальше – дверь, из которой тянется парок. И мурлыканье – песня. Хорошее настроение у Эйрика.
Мурена прокралась на звук, заглянула в открытую дверь.
«Ага. Отлично. Ванная».
Ни одного слуги. Ни одной служанки. Ни одетой, ни голой. В одиночестве плещется Эйрик.
Хорошо.
Когда Мурена выросла у самой ванны, Эйрик не вовремя прикрыл веки. Прикрыл лишь на мгновение – ибо секунду спустя его предплечье пронзила боль, и глаза открылись, выпучившись на Мурену.
– Ты… ты… ох-хра!.. – приподнялся было Эйрик, но тут же плюхнулся обратно, окатив гостью брызгами.
Мурена бесстрастно смотрела, как он дёргается в воде, а затем застывает. Тело обратилось в камень, и только мышцы лица ещё двигались. Парализатор работал как надо: в Эйрика попала доза, достаточная, чтобы на время обездвижить.
Мурена от души надеялась, что ей хватит этого времени.
Аккуратно убрав шприц, Мурена склонилась над жертвой.
– Ну что, Эйрик? Поговорим?
Эйрик захрипел:
– Ч-что… тебе… н-нужно?
– Диадема. С камнем. Та самая, «Королева морей». Где она?
По лицу Эйрика прошла судорога.
– Не от-дам! Х-хоть убивай!
Мурена кивнула:
– Ладно, Эйрик, – и стала доставать что-то из рюкзака.
Вскоре она вытащила на обозрение банку, и Эйрик совсем спал с лица.
Потому что там, извиваясь и копошась, чернели воплощения его страха.
– Где «Королева морей», Эйрик?
– Н-не… не с-скажу… – крепясь из последних сил, прошептал Эйрик.
Мурена сдёрнула с банки крышку. Запустила туда руку. И, выдернув одного угря, швырнула прямо в ванну.
Истерический визг.
– И сейчас не скажешь?
У Эйрика прыгали губы, глаза того и гляди вылезут из орбит. Стуча зубами, он пялился на угря, который возился на его мокрой груди. Ещё немного – и сознание потеряет.
Или окочурится.
– Где диадема, Эйрик? – сурово спросила Мурена, достав из банки второго угря. – Учти, у меня их много. Могу вывалить всей кучей. Как тебе такое понравится, а?
У Эйрика потекли слёзы.
– Ум-моляю! Не н-надо!..
– Говори. Тогда пощажу.
Эйрик скороговоркой назвал тайник. На удачу Мурены, он располагался в спальне, за двумя муляжами, в особо хитром тайнике. Вскоре в руках Мурены заблестела драгоценная диадема. Тётушка будет довольна.
Взгляд Мурены случайно мазнул по окну.