Чтение онлайн

Личь жадно втянул металлический запах и метнулся к оборотню, намериваясь добить ослабленную добычу. Но в этот момент я огромными прыжками достигла места короткой схватки и со всей силы толкнула потустороннюю сущность в бок, подальше от Илиана. Личь, не ожидавший удара, упал на землю, и мы покатили по земле, стараясь не навредить себе и убить врага.

Адисса, разумно не вмешиваясь в наш бой, подбежала к волку и, перекинувшись в человека, начала на скорую руку обрабатывать глубокую рану на боку Илиана. Заметила я это только краем глаза, после его всецело сосредоточилась на личе, уклоняясь от смертоносных ударов и выжидая подходящий момент для ответной атаки.

Через пару мгновений до твари дошло, что подмять под себя верткую добычу не выйдет и, отпустив меня, отпрыгнула назад, приготовившись одним точным ударом отправить меня в лучший из миров. Это была её роковая ошибка. Мгновенно приняв человеческий облик, я рухнула на землю, откатившись в сторону от траектории прыжка лича. Когда тварь, недовольно шипя, упала в шаге от меня, я, выхватив из личного пространства арбалет с посеребренными болтами, в упор разрядила в голову твари все болты. Она конвульсивно дернулась, и протянула ко мне руку с сиреневыми когтями, но я взвилась на ноги и одним движением вогнала ей в сердце меч. Дернувшись в последний раз, сущность превратила в белесый туман и исчезла.

Пошатнувшись, я опустила на одно колено, устало прислонившись лбом к рукояти меча и закрыв глаза. Ноги категорически отказывались держать меня в вертикальном положении, по телу начала растекаться усталость. В висках медленно, но уверено закручивалась тугая спираль пульсирующей боли.

Не знаю, сколько ещё времени я бы провела, пытаясь восстановить силы, но из оцепенения меня вывел судорожных всхлип волчицы. Резко вскочив, я пошатнулась, но все-таки устояла на ногах, и обернулась в сторону одиночки.

Адисса, перепачканная кровью Илиана с ног до головы, неподвижно стояла на коленях перед раненным волком и из последних сил сдерживала слёзы. Не обращая внимания на волчицу, я упала рядом с головой друга и быстро его осмотрела. И почувствовала, как в душе зарождается испепеляющая волна бешенства.

На Илиана было страшно смотреть. Судорожно вздымавшиеся и опадавшие бока, и кровь, беспрерывным ручьем текшая на влажную землю. Никакие заклинания, которые перепробовала Адисса, не могли её остановить или хотя бы затянуть рану. Тихо рыча от злости, я стянула с себя плащ и несколькими движениями порвала его на тряпки.

– Помоги, - коротко приказала, вручив плачущей волчице половину 'бинтов' и принявшись туго перевязывать бок волка, - И успокойся, твои слёзы ему не помогут.

Волчица кинула, сжимая в руках тряпки, и начала осторожно перебинтовывать рану на горле. Слава богам, из-за перевоплощения личь почти сразу выпустил из зубов глотку оборотня. Иначе Илиана уже можно было хоронить.

– Туже затягивай, но чтобы он дышать мог, - вполглаза следя за тем, что делает Адисса, тихо сказала я.

Закончив перевязку, я достала кристалл связи и быстро набрала код вызова Анрила.

– Алекс, как вы там?
– обеспокоенно спросил волк, но осекся, увидев меня и ученицу, перепачканных кровью.

Я тяжело вздохнула, бросив взгляд на лежавшего без сознания друга:

– Плохо. Илиан умирает.

Глава 6

Плата по счетам

Алекса

– Нас не интересует, как Вольф заставил вас переметнуться на его сторону, - с глухим раздражением произнес Анрил, не сводя глаз со вжавшегося в стену камеры директора школы Оборотных Искусств, - Повторяю вопрос: зачем псу нужны были дети?

Я не знаю, - огрызнулся оборотень, бросив в сторону выхода затравленный взгляд. На первый взгляд обычная деревянная дверь казалась непрочной, и её выбить можно было всего одним ударом. И только чутье, спасавшее директора школы многие годы, твердило, что не все так просто, как кажется. Впрочем, в этот раз оно ему не помогло..., - Моя задача была передать ему учеников. Остальное уже не мои проблемы.

Я скептически хмыкнула, равнодушным взглядом разглядывая потолок камеры. Врет, причем прямо и даже не скрывает этого. Он что, действительно не понимает, что говорить неправду одиночке и пантере - по меньшей мере, неразумно?

Анрил, бросив на меня вопросительный взгляд, криво усмехнулся:

– Что скажешь?

Задумчиво посмотрев на съежившегося под моим немигающим взглядом пса, я неопределенно пожала плечами:

– А что тут говорить? Если он не хочет говорить правду, то не вижу смысла тратить на него время. Его помощники в обмен на свою жизнь могут сказать нам намного больше.

Директор зло ощерился, явно думая, что мы просто пытаемся его запугать. Такое впечатление, будто нам делать больше нечего. Времени у нас было в обрез, и тратить на несговорчивого пса драгоценные минуты ни он, ни я не собирались. Есть, конечно, способы, которые запросто развязывают языки даже самым стойким молчунам, но куда быстрее было узнать всю интересующую нас информацию у боевого мага и маскировщика.

– Ты уверена, что они что-то знают?
– немного подумав, тихо спросил у меня волк, решительно направившись к выходу из помещения.

– Должны, - закрыв за собой дверь камеры, кивнула я, - Не верю, что осторожные псы могли так просто согласиться на подобную авантюру. Они должны были понимать, что рано или поздно их все равно раскроют.

– Это не гарантирует того, что они посвящены в курс дела, - Анрил замер возле ждавших нас в коридоре учеников и кивнул в сторону двери, - Головой отвечаете.

– Это гарантирует то, что они хотя бы приблизительно знают, на что шли, - уверено направившись дальше по коридору, ответила я, - Но даже если ошибаюсь, то, в конце концов, хоть что-то же они знать должны? Обрывки разговоров, оговорки, догадки... да все что угодно! Поверь, в отличие от своего начальника, они прекрасно понимают, что церемониться мы с ними сейчас не будем. Глава клана, пусть и номинальный, при смерти, и даже целители не берутся говорить, сможет ли Илиан выкарабкаться. Волки снова рискуют остаться без вожака, добавь к этому ещё и вновь появившуюся угрозу со стороны Вольфа и то, что мы обязаны узнать, кто ещё был замешан во всей этой афере с детьми... Думаю, они догадываются, что нам сейчас не до шуток. Проверенных оборотней не хватает, кто в клане предатель, а кто - нет, мы тоже не знаем... Испытывать наше терпение на прочность - форменное самоубийство, - быстрым шагом поднявшись в верх по лестнице, я свернула в боковой коридор и замерла возле двери камеры, в которой нас ждали учителя. Переведя дыхание, я устало закрыла глаза, - Я вообще не понимаю, на что этот директор рассчитывает. Вольф его отсюда не вытащит, это даже не обговаривается. Самому ему тоже не выбраться. Что заставляет его молчать?