Чтение онлайн

– Потому что я могу. Я могу смотреть и решать, что мне нравится, а что я могу улучшить. Ты поймешь, когда у тебя появится возможность увидеть самой. Может, сегодня вечером, а сейчас мне пора идти.

Он направился к дверям, ведущим в коридор. Клэр не думала, что ее ноги смогут выдержать вес тела, поэтому осталась сидеть. Сама мысль, что он их просматривает, что они могут смотреть их вместе, вызывало у нее тошноту. Она серьезно полагала, что если встанет, то не сможет контролировать поднимающийся из живота протест. Тони снова проговорил:

– Пора выходить из кабинета.
– Увидев, что она сидит неподвижно, добавил: - И если тебе интересно, то да, эта комната тоже под наблюдением, за исключением моего стола. Но мне открывается отличный вид на диван и это открытое пространство.
– Он гадко усмехнулся и жестом указал на один из ее самых худших кошмаров. То, от чего она пыталась отделаться. Теперь она знала, что та сцена с ее наказанием записана на видео и он ее просматривает!
– Клэр, мне нужно идти. Вылезай из кресла, сейчас же.

Она рассеянно встала, думая лишь о том, как удержать завтрак. Выходя из кабинета, девушка отчаянно пыталась выкинуть все мысли из головы. Не успела она очнуться, как оказалась у себя в комнате. У нее кружилась голова. Ей хотелось упасть на диван и остановить все мысли, атакующие мозг, но он мог ее увидеть. Есть ли здесь место, где он не мог ее видеть?

Вечером они ужинали на заднем дворе. Воздух был теплым, и было большим преимуществом, что они находились в тени. Двор выглядел идеально, как на картинке. Даже несмотря на недавнюю жару, сопровождавшуюся засухой, газон оставался пышным и зеленым, благодаря чудесам поливочной системы и смотрителю.

Сидя в расслабленной позе, Тони делал то, что она так презирала: говорил о своей поездке в Европу, времени в Нью-Йорке, - обо всем, кроме камер и видео. Клэр не могла понять, как он мог вести себя подобным образом, что-то говорить, а потом делать вид, что ничего не произошло. Ей же было трудно думать о чем-то еще. Аппетит пропал, и она едва притронулась к ужину.

Покончив с едой, Тони повел Клэр в домашний кинотеатр - ее отступление, место побега, танцев и пения. Но сегодня Тони не был намерен смотреть мюзикл. Он запрограммировал видеосистемы и ввел код доступа. Вдруг экран заполнили даты и места положения, например: "5 мая, 2010, юго-восточная комната". Он мог прокручивать различные даты и места. Там была не только ее комната, но и гаражи, кухня, фойе, лестница, театр, бассейн, юго-восточный коридор на втором этаже, на первом этаже и так далее.

В качестве унизительной формы пыток он выбрал "20 марта 2010, юго-восточная комната", а потом запрограммировал время. Он прокрутил еще, и время пошло на убыль: 9, 8, 7. Вернувшись к 8 утра, он нажал "ввод", и на огромном экране показалась комната Клэр. На ней был белый халат, и она лежала, свернувшись калачиком, возле двери. Клэр не нужно было смотреть, она и так прекрасно знала, что произойдет. А еще она знала, что Клэр на экране вся была покрыта синяками, ее волосы спутались, а в комнате царил хаос. Теперь она услышала писк, и дверь открылась. Услышав звук, Клэр на экране вскочила, вошел Тони.

– Доброе утро, Клэр.

Клэр на экране посмотрела на Тони.

– Доброе утро, Энтони. Хочу, чтобы ты знал, что я решила уйти домой. Я уйду отсюда сегодня.

Затем заговорил Тони, его темные глаза сияли. Он улыбался.

– Тебе не нравится твое жилище?
– Его улыбка стала шире.
– Не думаю, что ты уйдешь так скоро. Мы заключили юридически законное обязывающее соглашение.
– Теперь уже настоящая Клэр смотрела, как Тони на экране достал из кармана пиджака салфетку из бара и продолжил: - Датированное и подписанное нами обоими.

Клэр больше не хотела смотреть.

– Пожалуйста, Тони. Я не хочу это смотреть.

Она закрыла глаза руками, но Тони убрал ее ладони от лица.

– Я обещал просмотр. Я сказал, что ты будешь смотреть. И ты будешь смотреть.

Видео продолжалось в реальном времени. Клэр подняла взгляд именно тогда, когда услышала свой голос, очевидно, полный тревоги:

– Еще не конец. Это нелепо. Соглашение не дает тебе права насиловать меня! Я ухожу.

Зная, что последует дальше, Клэр закрыла глаза и услышала звук от удара ладони Тони по ее левой щеке. Ее собственные пальцы бессознательно дернулись в сторону левой щеки. Открыв глаза, она увидела себя, летящую на пол, и наступающего на нее Тони. Она снова закрыла глаза, слыша жестокий голос на экране:

– Возможно, со временем твоя память улучшится. Похоже, с этим проблемы. Позволь мне еще раз напомнить тебе, правило номер один - ты будешь делать все, что я тебе скажу. Если я сказал, конец дискуссии, значит это конец дискуссии. И это письменное соглашение гласит о том, что то, что доставляет мне удовольствие, является согласованным обоюдно, а не изнасилованием.

Настоящая Клэр по-прежнему держала глаза закрытыми. Она знала, что Тони на экране расправлял пиджак. Она слышала, как он продолжал говорить властным голосом:

– Я решил, что будет лучше, если ты какое-то время не будешь выходить из своего номера. Не беспокойся. У нас полно времени, 215 тысяч стоят этого времени.

Она опять открыла глаза и увидела, как Тони наступил на разбившийся хрусталь и снова заговорил таким тоном, что настоящая Клэр задрожала:

– Я скажу персоналу, что тебе можно принести завтрак после того, как будут убраны осколки.

Тони на экране вышел из комнаты Клэр.

– Пожалуйста, останови видео, - закричала Клэр.

Она не могла сдержаться.

– Пожалуйста, я больше не могу смотреть.

Наслаждаясь страданиями Клэр, Тони проговорил:

– О, у меня еще так много видеозаписей, что мы можем смотреть их часами.
– Он нажал какие-то кнопки и вернулся в меню.
– Например, - на экране возникла надпись "19 марта, 2010 года", - как твоя комната могла оказаться в таком состоянии? Уверен, мы могли бы это узнать.

– Пожалуйста!
– умоляла она.

У нее ныла голова, а живот скрутило в узел. Она не могла этого вынести. Она отчаянно пыталась это прекратить.