Царица
Шрифт:
Нет, я не говорила, я стонала! Чуть с лошади не грохнулась. Грекхен обернулся и злобно зыркнул на поскуливающую со смеха меня.
– Ой, он всё слышал, ну всё теперь точно загрызёт, - обречённо констатировал юноша.
Я утёрла выступившие слёзы рукавом куртки и уже более серьёзно продолжила:
– Откуда в твоей голове этот бред? Ну, надо же! Загрызёт! Он тебе что - дикое животное?
– Так люди же говорят!- возразил юноша.
– Люди много чего говорят. Есть такая поговорка - "у страха глаза велики", вот это про твоих людей. Не бойся Грека, ты обижаешь его своим страхом и недоверием. Он будет биться до последнего за каждого члена нашего отряда, и никому не позволит причинить вред близким.
Парень смотрел на меня с недоверием, но чувствовалось, что ему стыдно за своё поведение.
Внезапно наш разговор прервал крик Грека:
– Велла, Сергак, прыгайте с лошади.
Он скакал к нам, но было поздно. Мы слишком сильно отстали, а я даже не успела оглянуться, как меня обхватила огромная кожисто-когтистая лапа, Сергак был зажит в другой. Попыталась вырваться, но меня легонько сжали в кулачке, а когда мои рёбра издали лёгкий хруст, ослабили хватку.
Очнулась я в каком-то тёмном помещении, пол каменный, не ровный. Облокотилась на такую же стену, проморгалась, справа застонали.
– Сергак?
– Вы живы!- столько неподдельной радости в голосе юноши.- Как вы?
– Жить буду, только рёбра болят. Идти можешь?
– Да, я в порядке.
– Тогда поползли.
– Куда?
– Видишь свет справа?
– Нет, там дракон сидит. Уууу, гадина чешуйчатая!
– А с какой стороны выход?
– Там же.
– Значит поползли.
Я осторожно ступала, держась за стену, а юноша страховал меня с левой стороны. Уже успела забыть каково это - сломать рёбра. Затем остановилась, хлопнула себя по лбу и начала читать исцеляющие заклятия. Это ж надо, забыла, что я теперь маг.
Юноша воскликнул: "Точно!" и во тьме раздался ещё один смачный шлепок по лбу.
– Только я не уверен, что у меня получится залечить порез.
– Ты же сказал, что в порядке?
– Я не хотел вас пугать.
– Ну и дурак, где порез положи на него мою ладонь.
Не знаю как при свете, но на ощупь рана на руке была довольно глубокая. Это ничего, пять минут и кровь остановилась, а края раны немного сошлись.
– А может, вы светильник сделаете?
– Нельзя, тогда нас сразу заметят.
Не признаваться же ему, что светляки у меня не получаются.
Тонель закончился широкой пещерой, над потолком которой весел огромный огненный шар, источавший тепло. Коричневый, здоровенный с блестящей чешуёй дракон лежал таким образом, что его филейная часть перекрывала выход из пещеры. Я думала, он нас не видит, глаза-то закрыты, ан нет.
– Чшего пялитессссь?
По голосу - самка, значит договоримся.
– А зачем ты нас сюда притащила?- я вышла из тёмного коридора на свет, за мной следом топал Сергак.
– Так вышшшло.
– Тогда мы пойдём?
– Нетссс.
– Есть будешь? Ты учти, мы - маги, а значит, без боя не сдадимся. Оно тебе надо?
– Не будуссс. А магия вашша против моей, проссссто пшшшикссс.
– Тогда зачем мы тебе?
– Мне ссскучшшшно.
– А мы тебе, чем поможем?
– Заинтересссуйте меня чшем-нибудь и тогда я вассс отпушшшуссс.
– Сказку тебе, что ли рассказать?
– Не люблю сказсски, там посстоянно убивают драконов.
– А если без драконов?
– Тогдасс не интерресссно.
– Что-то магическое?
– Я лючшший маг, чем ты.
– Станцевать?
– Мне не нравитссся, когда люди дёргаютссся.
– Можно мы подумаем?
– Думайтесс, я не тороплюсссь.
Я много чего предложила ей за следующий час, в том числе и золото, но эта вредная рептилия ни в чём не нуждалась. Сергак отчаялся когда-либо вообще покинуть пещеру, поэтому достал из-за пазухи деревянную флейту и начал наигрывать мелодии. Я села с ним рядом и начала краем глаза поглядывать на ящерицу-переростка. Вся поза дракона говорила о расслабленности и только хвост чуть подрагивал в ритм.
– Сергак, ты можешь подыграть мне, я хочу спеть песню.
– Какую?
– Ты такой не слышал, вот мотив, - и я напела мотив, но не словами, а "на-на-на".
Дракон прищурился и слегка напрягся, теперь она внимательно следила за нашими приготовлениями. Как-то по случаю прикупила альбом группы "Мельница", у меня не очень сильный голос, но эта песня мне как не странно удаётся.
Позабытые стынут колодцы
И цвел вереск на мили окрест
И смотрю я, как катится солнце
По холодному склону небес
Теряя остатки тепла.
Цвета ночи гранитные склоны
Цвета крови сухая земля
И янтарные очи дракона
Отражает кусок хрусталя
Я сторожу этот клад.
На этих словах я замолчала и сделала невозмутимое лицо. Драконица вся подалась вперёд.
– Нусс, чшто дальшшесс?
– Дальше я петь расхотела.
– Ты должшна сказсать, чшто былос дальшше.
– А если спою до конца, ты нас отпустишь?
– Зса одну песссню? Этогосс ссслишшком малосс!
– А за две песни?
– Малоссс!
– Три и по рукам?
– Малоссс!- дракон терял терпение.
– Как хочешь, моё дело предложить.
Драконица завертелась кругами вокруг своей оси, потом легла на правый бок, затем на левый и чуть позже на живот.
– Хорошшосс, твоя всзяла, три пессни и я тебяс отпуссскаю.
– Нас обоих.
Драконица заворчала, недовольная тем, что я раскусила её замысел.
– Договоррилиссс.
И я запела. Признаться очень старалась, а то ещё передумает. Спела ещё - "Невеста полоза", потому как тоже про рептилий. Ну и "Лента в волосах", потому что больше песен про драконов я не знала.