Шрифт:
В местах, от нас не столь далеких
Во времена боёв жестоких
Имелось царство силачей,
Вот только в царстве трон ничей.
Пора вести дружину в бой —
Но в ней же каждый был герой!
Так, правда, было не всегда,
Пришла негаданно беда.
Взгляд бросим мы во времена,
Когда величия полна
Была держава силачей.
Не из пустых льстецов речей,
А потому, что правил ей
Великий, мудрый Силамей.
Враги его не донимали,
Они прекрасно понимали:
Потери будут – не измерить.
И не спешил никто проверить,
Способны ль устоять войска
После ответного броска
Атаки его грозной рати,
Иль вдовий плач ждать в каждой хате.
Своей земли царь не отдаст.
К тому же, всех огню предаст,
Кто меч поднял, тая угрозу —
Он с кровью выдерет занозу!
Его воякам грохот пушки —
Что новогодние хлопушки.
Им меч в руке – да как игрушка,
Ну а война для них – пирушка.
Всегда за ними выигрыш в драке,
Хотя они не забияки.
Но генофонд на диво крут,
Так что враги здесь не пройдут.
У врат могучих при дворце
Сидят три брата на крыльце.
Брат старший звался Победан,
Ему талант был редкий дан.
В борьбе никто с ним не сравнится:
Что сталь тверда его десница.
Брат средний звался Владесил,
То имя с гордостью носил.
В толканьи гирь в три пуда
Творил он просто чудо.
А младший звался Ратобой,
Его стихия – ратный бой.
Наград не счесть за доблесть их.
Два старца речь ведут при них:
– Пока наш царь сидит на троне,
Не угрожают обороне
Его ближайшие враги.
– Им это просто не с руки:
Наш Силамей умён, хитёр,
Да на язык, к тому ж, остёр.
А про его лихую силу
Давно известно всему миру.
С тоской старик глядит вокруг,
И говорит печально вдруг:
– Красива вотчина в убранстве.
Одно неладно в государстве…
– Уж лучше и не говори.
Все предыдущие цари
Примерно к тридцати годам
Не знали счёту сыновьям.
А мы, как прежде, день за днём,
Всё без царевича живем.
– Хоть Силамей молился много,
Прося наследников у Бога,
Не возрастил сыновью плоть.
В том не помог ему Господь.
– Так был же у него мальчонка.
– Не уберёг отец ребёнка.
Ратмиру было лет так пять:
Пошёл он уток пострелять.
На нём был царский медальон,
Мы прочесали весь район.
День вышел, следом и второй,
Но не пришёл малец домой.
– Когда ж силач наш овдовел,
Жениться вновь не захотел.
Крепка была его любовь —
Не пережить такого вновь.
Тут братья в разговор встревают,
Глаза, как жар у них сверкают.
Восторжен и смущён их вид.
Сначала старший говорит:
– Зато дочурка какова!
Не зря о ней идет молва.
С глазами тёмными, как ночь,
Красива, словно нимфа, дочь.
Густые, жгучие ресницы —
Милей не сыщется царицы!
Кивает средний брат старшому
И шепчет на ухо меньшому:
– Не зря зовётся Любомира:
Голос нежен, будто лира,
Коса до пола, дивный взгляд.
Любой стать суженым бы рад.
Старик потёр лицо худое:
– Да, это дело молодое.
На наших землях в старину
Заранее сватали жену,
А если речь о царской дочке —
В девицах сочтены денёчки.
Другой старик решил добавить:
– Позволь и мне словечко вставить.
Июльским днём все, как один,
Крестьянин или господин
Не ждут пассивно акт решенья,
А подают свои прошенья
В надежде стать любимой мужем.
– Мы вот о чём, однако, тужим, —
Стараясь справиться с собой,
Печально молвил Ратобой, —
Рассказ нас этот взволновал,
Я неспроста его прервал.
Вокруг полно сватов различных:
Как наших, так и заграничных.
Хочу узнать один пустяк:
Какие шансы у вояк?
Помялись старцы, ухмыльнулись,
Друг на друга оглянулись:
– Желаем, юноши, успеха!
– Вам чужеземцы не помеха.
У Любомиры нету брата,
Молва тому совсем не рада,
Но по обычаю на трон
Не может пришлый сесть барон.
Мы знаем то наверняка:
Закону этому века.
Усердно царь чтит сей указ,
Сам подписал о том приказ.
Пусть дочь, не сын у Силамея —
Он не уступит трон, старея,
Кому-нибудь из чужаков.
Здесь не поспоришь, царь таков.
Надежды зря они питают:
Их при дворе-то принимают,
Однако будет им отказ.
– Продолжу я теперь рассказ.
Лишь житель царства силачей,