Чтение онлайн

Целитель, который к нему сунулся и попытался проверить, что случилось, словил проклятие и рядом упал, тоже затрясся. В связи с чем шум поднялся. Напомню, в этой лечебнице всего двадцать один целитель. Со мной — двадцать два. Полным составом они никогда в лечебнице не находятся, работают по сменам. Ещё и другими пациентами занимаются. Поэтому в моменте рядом не оказалось никого, кто мог бы помочь.

Собственно, тут я и зашёл.

На тот момент ещё не зная, что происходит, и ожидая увидеть здорового парня. Ну, или не увидеть, если его увезли в другое место. Но уж точно я не ожидал застать шум, гам, крики, а также пару тел, обладатель одного из которых целитель. Народ от них как от прокаженных отшатнулся. Поэтому пробился я легко.

Повезло всем. И парню, которого именно сюда доставили. И целителю, что я успел вовремя. И мне, что я не допустил жертв и не опоздал.

Проклятие чернотой расползалось по ним обоим. Я упал на колени рядом, ладони на целителя наложил и чистую Кровь внутрь толкнул. Которая сразу же вступила в конфронтацию с чужой, злой силой. Энергию смерти здесь только слепой не узнал бы.

Если бы я на войне сотни раз с подобным не сталкивался, там бы и лег. А так… Разрубить эту гадость внутри тела, отделить потоки. Усилить подачу Крови, захватить чужую силу, закупорить и начать выжигать, плавно выводя из тела. Весь мой резерв мигом ушёл. Пришлось Вдох делать и прямо внутри себя Масло перерабатывать. Чернотой покрылся, даже дымок от меня валить начал.

Десять секунд, и я уничтожил «разумность» проклятия. Действовало оно по конкретному алгоритму, и стоило уничтожить основу, превратилось просто в грязное Масло. Опасное, но уже не такое смертельное. Теперь парень. Он уже весь почернел, едва хрипел. Ещё немного, и умрет.

Что там вокруг творится — не видел. Выпал из реальности на несколько долгих минут. В какой-то момент внутрь меня, со спины, чистое Масло потоком вошло. Аристарх Павлович явился, не иначе. Сразу легче на порядок стало. Собравшись, ударил по проклятию, выжигая его. Нашёл и место, откуда оно пришло. В парне торчала иголка, отвердевшее Масло с вложенным проклятием. Уничтожил и её. А дальше пошла обычная очистка. Заражение средней тяжести, высокая вероятность повреждения внутренних органов. Как парня и по этому направлению обезопасил, глаза открыл и увидел, что целителем уже занимаются, а значит, можно не разрываться.

— Аристарх Павлович… — покосился я на мужчину, — доведете работу? А то перенапрягся немного.

— Конечно, Олег, конечно, — заверил меня мужчина. — Опять ты выше головы прыгаешь. Учить тебя ещё и учить.

Ага, он правильно намек понял.

Нецелитель никогда не поймет, что я тут сделал. А вот Аристарх Павлович — оценить сможет. И увидит, что девяносто процентов работы сделало, пациенту ничего не угрожает. Как и то, что оставшееся я вполне мог довести до финала.

Но надо же легенду поддерживать. Талантливый, но ещё слабый. Опять отметился, но перенапрягся.

Встав, я ещё и пошатнулся. Совсем не наигранно. Посмотрел на свои руки. Тыльная сторона покрыта дымящейся чернотой — ничего опасного, просто Масло растворяется, возвращается на свои планы. А внутренняя сторона ладоней, наоборот, кристально чистая.

Огляделся вокруг. Разогнали всех. Ну да, карантинная зона, считай. Правильно сделали.

Добрался до ближайшего туалета и там умылся, как мог. Одежду теперь стирать придётся. Тщательно стирать. Но это меньшая из проблем.

Потому что парня кто-то попытался убить боевым проклятием. Подстраховались, твари.

Спустя какое-то время, отмывшись и придя в себя, я сидел в кабинете Аристарха Павловича и пил сладкий чай. С печеньем. В смысле, закусывал печеньем, в чае его не было.

— Опять отметился, Олег, — сказал мужчина с неопределенной интонацией, в которой читались нотки осуждения.

— Сам в шоке, как у меня так выходит.

Да легко, в принципе. Одно тянет за собой другое. Но это вслух я говорить не буду.

— Ты хоть понял, с чем столкнулся?

— С очередным боевым проклятием, — спокойно ответил я.

— А вот с этого момента поподробнее, — стал серьезным целитель.

Я рассказал без утайки, что видел, с чем дрался. Совсем без утайки.

Игла незаметная, почти прозрачная, с ноготь размером. Умелый адепт легко такую создаст и прицельно метнет на пару десятков метров. А то и дальше, если тренировался. Вложить в такую структуру проклятие — задача куда более сложная, но тоже возможная. Сделать проклятие таким, чтобы оно перекидывалось на целителей — о, эту гадость нежить особо любит. Их стиль.

Про стиль и нежить я не упомянул, а про остальное — да, рассказал.

Аристарх Павлович выслушал молча.

— Как ты так ловко справляешься с боевыми проклятиями, к тому же столь опасными, мы с тобой ещё обсудим, — пообещал он. — А сейчас слушай меня внимательно. Этот парень — сын служащего тайной службы. Так что дело нешуточное, как бы всем не досталось. Поэтому, когда спрашивать будут, говори, что пришёл помочь с сортировкой, что я тебя направил. Когда беда случилась, так взялся поддержать пострадавших, до подхода старших целителей. Про проклятие ничего не знаешь. Подумал, что это особо токсичный Вдох случился.

— Хорошо, Аристарх Павлович. Только я совсем недавно пришёл. Как бы вопросы не возникли, когда вы мне поручение дали.

— Так заранее и дал, — прищурился целитель, но спрашивать, где я гулял, не стал. — В назначенный час прийти и делом заняться, опыта набираться.

— Понял, принял, — заверил я.

— Что-то непонятное в городе происходит, — вздохнул мужчина и в окно посмотрел. — Раньше так часто подобных неприятностей не происходило. Иди, Олег. Займись подготовкой. Пора бы уже сдать аккредитацию, тогда твоим обучением всерьез займемся.

Нормально посидеть за учебниками сегодня не получилось. Стоило мне уйти, как через десять минут в лечебницу явился отец парня. Тот самый мужчина, который меня допрашивал. Дело сразу стало пахнуть в сто раз хуже. Теперь искать будут особо тщательно, и как бы не встрять со своей самодеятельностью.

Трясли всех. Меня — особо сильно, так как рядом оказался. На этот раз мужчина таким вежливым не был и задался целью вытащить из меня чистосердечное признание. С чем обломался. Я гнул свою линию и на провокации не поддавался. Закончилось это часа через три. Я смог выдохнуть, но вместо учёбы занялся анализом.