Чтение онлайн

– Издеваешься надо мной.

– Нет, пытаюсь понять... Но тебя бы я простил. Ее простить не в силах.

Элизар сглотнул, посмотрев на сидящего перед ним мальчишку совсем иначе. Ему, вождю, нужны были годы, чтобы разочароваться в Виссавии, а этому мальчишке понадобилось несколько седмиц. И все же богиня именно его хочет видеть следующим вождем клана - именно этого циничного, недоверчивого кассийца...

Кассиец ведь, не виссавиец. Элизар чувствовал, как горит на запястьях мальчишки магическая татуировка, горит синим, значит, еще и архан, высокорожденный. Да и смотрит смело, глаз не прячет, значит, привык таким как он в глаза смотреть - наверняка из свиты наследного принца, наверняка - один из любимых друзей и советников, хоть и одет скромно, да и лицо не вымазано краской - как у кассийских арханов.

Странный архан - и в одежде рожанина чувствует себя отлично. И спину держит ровно, явно сгибать ее перед другими не привык. Такой в любой одежде кажется господином, хотя сам того даже не замечает.

Но при всем этом - тонкий, изящный, как прирожденный виссавивиец, и глаза внимательные... такие бывают у еще не обученных, не обросших панцирем целителей, которым все интересно, всех хочется понять, всем помочь... Откуда у кассийца сила целителя? Откуда такая благосклонность Виссавии? И откуда этот налет наивности, столь несвойственный для хорошо обученного мага?

– Странно, что ты так на меня похож, - разорвал напряженную тишину Элизар.

– Боги часто творят странные вещи, - невозмутимо ответил гость, положив подбородок на сложенные замком руки.
– Твоя же Виссавия...

– Сдается мне, она уже и твоя, - заметил Элизар.
– Хотя ты это упорно отрицаешь... Но судьбу...

– Я давно заметил одну вещь, вождь. Судьба меняется каждое мгновение. Да, я был твоим наследником, не отрицаю, до тех пор, пока ты был безумен. Ты не думал ни о сыне, ни о женитьбе, ни о создании семьи. Но теперь все изменилось, не так ли? И моя судьба выскользнула из рук Виссавии...

Ошибаешься, мальчик, ой как ошибаешься! Виссавия гораздо хитрее, чем ты думаешь, и если она тебя слушает, если подчиняет клан твоему желанию, то никуда ты не денешься, а вождем станешь. И ничего ты тут уже не изменишь... И упрямство твое ничего не изменит.

– Останешься в клане до рождения моего сына, - мягко продолжал уговаривать вождь. Хотя и сам до конца не понимал - к чему уговаривает? Может ведь и приказать. Но надо дать мальчику шанс подумать, решить самому. Такого нельзя неволить. Вождь почему-то знал, что нельзя.

– Мы тебя научим быть властелином собственной силы... ты ведь целитель, очень талантливый целитель, но явно не умеешь пользоваться даром. Это огорчительно, не так ли? Останься. Ты - изучишь магию. Я - изучу тебя.

Уговоры действовали, вождь видел, что действовали, и раз за разом бил в слабое место. Мальчик этот хоть и сильный, а как котенок. Использует свой дар, но как-то неумело... как кто-то еще, кто-то, кого вождь никак не мог себе припомнить.

– К чему меня изучать?
– искренне изумился наследник.

– К тому, что вся наша жизнь - служение богини. Если она выбрала вождя вне Виссавии, то я хочу знать - почему. Мы хотим знать - почему, чтобы не допустить тех же ошибок.

– Я знаю, почему она меня выбрала, - помрачнел гость.
– И тут вовсе дело не в ваших ошибках... доверься мне, вождь.

– Я тебе доверяю, мой мальчик, - быстро ответил Элизар, вновь уловив удивление в глазах наследника. Впрочем, хоть мальчишка и кассиец, а думает он - как виссавиец, только виссавиец запутавшийся, оттого и влиять на него оказалось не так уж и сложно.
– Это ты решил от меня спрятаться, это ты до сих пор что-то скрываешь, не я.

– Я прошу не давить...

– Я и не давлю. Выбор за тобой.

Сказал, а сам подумал: "А куда же ты денешься, такой хороший? У тебя же на лице написано: хочешь ты учиться, хочешь использовать свой дар, хочешь остаться в Виссавии. Но что-то тебя держит там... и ты сам мне скажешь - что. Ранее или позднее, а скажешь."

Мальчишка встал, накинул на плечи плащ и, поклонившись вождю, пробормотал:

– Прости, я должен идти.

– Иди, - равнодушно пожал плечами Элизар.

Он добился чего хотел. Щиты у мальчика отменные, факт, но на улице вновь поднялся ветер. Виссавия выдает наследника, как недавно выдавала вождя. Гость волнуется. Гость встревожен. Слова вождя посеяли в его душе сомнение. А сомнение в душе упрямого наследника - первый шаг к победе Элизара.

У них еще есть время, пусть себе подумает. Не получится по-хорошему, что же, будет по-плохому. Но мальчишка никогда больше не покинет Виссавии, в этом вождь был уверен.

А в полумраке с картины смотрели на Рэми внимательные глаза деда. Почувствовав, что слабеет, Рэми стрелой вылетел из проклятой комнаты и бросился прочь и от Элизара, и от его тихого, вкрадчивого голоса. Это всего лишь обман, ничего более, шептал он про себя, проносясь по спящему замку. Статуи молча следили за его движениями, статуи древних вождей, его предков, статуи упрекали, и глаза их чуть светились в проникавшем через окна лунном свете.

Это его дом. Это его страна. Это его родина.

Рэми на некоторое время остановился, приглядываясь к мраморному лицу своего предка. Не живое, хотя в этом странном клане все возможно. Может, и камни здесь живут?

– Кто вы?

Вопрос застал Рэми врасплох. Обернувшись, он увидел Рину: в ночной сорочке, с распущенными по плечам волосами она стояла посреди небольшой залы и с интересом, без испуга смотрела на Рэми.

– Элизар?
– спросила девушка и тотчас поправилась.
– Нет, не Элизар.

– Можно?
– раньше, чем Рина успела ответить, Рэми опустился перед ней на колени, положив ладонь ей на живот, черпая в ее уверенном в себе материнстве так нужное ему теперь спокойствие.

Кассийка бы оскорбилась, а Рина лишь вздрогнула, потом вдруг улыбнулась и накрыла ладонь Рэми своими ладошками.

– Он еще малюсенький, - с восторгом прошептала она, - я его почти не чувствую.

– Я чувствую, - ответил Рэми сам удивляясь тому, что сказал.

И действительно - там, внутри, откликалась на его зов новая жизнь, еще маленький, еще слабенький комочек света. Родственная душа, что подобно Рэми связывала два сильных рода - род клана оборотней и виссавийцев. Потому и казался телохранителю малыш, а это несомненно был мальчик, неожиданно близким и родным...