Чтение онлайн

— Но ведь кто-то же это делает…

Петрикал остановился.

— Кто-то делает. И при этом использует некий совершенно новый физический принцип. — Он шагнул к своему письменному столу, рухнул на стул и мрачно добавил: — Тарки требуют срочно собрать Верховный Совет.

— Ну, твое дело — рекомендовать директору созвать заседание. Рискнешь?

— Не осталось особого выбора. Давно следовало это пробить, да я все ждал, что налеты уложатся в цельную картину. Пока еще не уложились. А я после удара по таркам приперт к стенке.

Билксер поднялся, лениво направился к двери.

— Практически общепризнано, что Федерация умерла, ушла в прошлое. Симпатичное шумное чрезвычайное заседание заставит временно отказаться от подобного убеждения.

— Боюсь, — вздохнул Петрикал, — реакция на срочный созыв лишь подтвердит смертельный диагноз.

Иосиф Ленда осматривал комнату в ожидании появления мистера Мордирака. Высокий сводчатый потолок плавной дугой перетекает в стены, заставленные многочисленными рядами закрытых полок, содержащих не что-нибудь, а книги. Стоимостью, разумеется, в целое состояние. А кругом еще артефакты: затейливый резной гарнитур из письменного стола и плюшевых кресел, в углах и на стенах чучела животных и рептилий из десятков миров чередуются с копиями немыслимо древнего оружия для индивидуального боя, а может быть, и не копиями. В этом кабинете без окон, освещенном слабым рассеянным светом, Ленде казалось, будто он каким-то образом перенесся в туманное прошлое.

Несмотря на почти патологическую нелюдимость и скрытность и, разумеется, благодаря этому, мистер Мордирак был, пожалуй, самым известным гражданином Клатча. Невероятно богатый мужчина жил в доме, словно перенесенном с Земли из времен, когда люди еще не освоили космос, и водруженном здесь на головокружительном обрыве каменной скалы среди гиблых земель планеты. Насколько можно было судить, он редко покидал свое орлиное гнездо, а появляясь на публике, откровенно уклонялся от любых аппаратов, фиксирующих изображение.

Иосиф слегка взволновался, услышав шаги за двустворчатой деревянной дверью, расположенной позади письменного стола. Он отчаянно нуждался в помощи человека, занимающего такое положение, как Мордирак, хотя тот старательно не обращал внимания на человеческие дела с того самого дня, как почти полвека назад неожиданно появился на Клатче. Ходили слухи, будто он купил планету. Хотя это было в высшей степени невероятно, его по сей день окружала аура богатства и власти. Ленде требовалось от Мордирака только одно публичное слово поддержки, которое гарантировало бы ему место в Федеральном Собрании.

Отсюда и волнующее предчувствие: никого не принимая. Мордирак его все-таки принял. Заинтересовался? Или решил вступить с ним в игру?

Дверь открылась, вошел темноволосый, крепкий с виду мужчина, почти ровесник Ленды. Скользнул за письменный стол, уселся и посмотрел в глаза собеседнику, сидевшему напротив.

— Почему такому симпатичному молодому человеку, как вы, мистер Ленда, хочется представлять Клатч в Федеральном Собрании?

— Полагаю, я вижу перед собой мистера Мордирака собственной персоной, — пробормотал визитер, немедленно пожалев о своих словах.

— Его самого, — последовал ответ.

Хотя он ожидал увидеть мужчину постарше и с более впечатляющей внешностью. Ленда узнал Мордирака в тот же самый миг, как тот шагнул в комнату. Молодой голос, в котором, впрочем, слышался давний привычный оттенок властности, сами его манеры мгновенно действовали на подсознание, тем не менее вызывающая фраза вырвалась сама собой.

— Примите мои извинения, — смутился он. — Я никогда не видел вашего изображения.

— Ничего страшного, — успокоил его Мордирак. — Ну, что же вы ответите на мой вопрос?

Ленда стряхнул необъяснимое ощущение собственной неадекватности, которое внушал ему хозяин замка, и ответил:

— Я хочу стать представителем, планеты потому, что Клатч — член Федерации и должен иметь слово в Собрании. Кажется, больше никто здесь не придает большого значения Федерации. Кроме меня.

— Федерация мертва, — равнодушно заявил Мордирак.

— Я позволю себе вас поправить, сэр. Умирает — да. Но еще не мертва.

— Триста с лишним лет не поступает ни одной заявки на членство, и более половины старых членов не способны пробудить в своем населении хоть какой-нибудь интерес к отправке в Собрание планетарных представителей, не говоря уже о секторальных. Поэтому я говорю — Федерация мертва.

— Ну тогда, — Ленда выпятил челюсть, — надо ее возродить.

Мордирак хмыкнул.

— Чего вы от меня хотите?

— Поддержки, о чем, я уверен, вам отлично известно.

— Я лишен политического влияния.

— Я тоже. И к тому же фактически неизвестен народу, тогда как о вас этого никак не скажешь. За избрание меня представителем в Центре Федерации должны проголосовать более пятидесяти процентов избирателей Клатча. Для чего мне требуется лишь ваше одобрение.

— Сами не справитесь?

Ленда вздохнул:

— На прошлых выборах я был единственным кандидатом, и даже половина населения, обладающего правом голоса, не потрудилась явиться на выборы. Устав Федерации не признает делегатов, за которых голосует менее половины правомочных избирателей.

Неожиданная улыбка выглядела совсем неуместной на лице Мордирака.

— Вам ни о чем это не говорит, мистер Ленда?

— Говорит! Мне это говорит, что кто-то должен вытащить их из надувных шезлонгов, оторвать от видео, чтобы в открывшихся через месяц кабинках они просто нажали на кнопку «за» или «против»!

— И по-вашему, это должен сделать я?

— Ваше имя, мистер Мордирак, творит чудеса на нашей планете. Если знаменитый отшельник с Клатча считает представительство настолько важным, что поддерживает кандидата, то и избиратели сочтут его достаточно важным, чтобы высказать свое мнение.

— Боюсь, не смогу вам помочь, — объявил Мордирак, и тон его безошибочно намекал, что это слово последнее.

Ленда тшетно старался скрыть огорчение.

— Ну, не мне, так кому-то другому… Кому угодно… лишь бы дело сдвинулось с места!