Целительный яблочный уксус

Анастасия Семенова

Целительный яблочный уксус

Яблочный уксус как лечебное средство Немного об истории уксуса

В юности, читая булгаковский шедевр «Мастер и Маргарита», я была потрясена и озадачена следующей сценой: беспощадное раскаленное солнце, тучи мух над измученным полумертвым Га-Ноцри (Иисусом Христом), повисшие плети рук и ног, прибитых гвоздями к деревянному кресту, засохшая черная кровь на струпьях. Море, нет, бездна муки. И все-таки жизнь чуть-чуть теплится. Палачам остается только из милосердия убить несчастного. А вместо этого бездушный легионер в сверкающем на солнце шлеме на длинном копье протягивает к запекшимся губам мученика губку, смоченную уксусом. Для чего? Усилить и без того невероятные мучения страдальца, чтобы потешить свое жестокое сердце? Или привести его едкими парами уксуса в чувство на мгновение, чтобы потом вогнать холодный наконечник в еще живую, страдающую, а не вяло повисшую, почти бездыханную плоть?

Оказывается, нет. И римлянин ничуть не хотел причинять дополнительные страдания умирающему. Это был акт милосердия. Он дал ему возможность утолить жажду напитком, который сам пил изо дня в день. Римские легионеры во время военных походов пили смесь уксуса с водой, которая называлась «поска». Этот напиток прекрасно утолял жажду под палящим солнцем завоеванных провинций и служил средством профилактики заразных болезней. Значит, поска облегчила последние страдания Христа, а не удесятерила его муки.

Римляне с незапамятных времен изготовляли уксус из винограда, инжира и некоторых сортов ячменя. Рецепты приготовления этих трех видов уксуса приведены в обширном труде, датируемом 50 г. н. э. И посвященном ведению хозяйства и вопросам земледелия «De re rustica».

Известен был уксус в Древнем Египте, Двуречье, Иудейском царстве.

Уксус был обязательным препаратом в сумке древнего египетского лекаря. Египтяне обмывали им раны, втирали его в плешивые головы. Оторванные или отрубленные конечности помещали в глиняные кувшины, наполненные крепчайшим уксусом, чтобы там они, не портясь, дожидались своей очереди бальзамирования и погребения. Иначе их хозяину грозила горькая доля – он бы вечно мучился болями отсутствующих конечностей, ибо любой дух, завистливо взирающий на солнцеликого бога Ра, мог свободно их, вовремя не погребенных, присвоить. Обычно для лечебных целей использовали уксус, приготовленный из плодов финиковой пальмы. Но тогда были известны и другие сорта ароматизированных уксусов, которые больше применялись в кулинарных целях для маринования мяса, овощей, рыбы.

Богатым египтянам хорошо был знаком и яблочный уксус. В поймах реки Нил были разбиты роскошные сады, и, вероятно, яблок там было в избытке, что позволяло, кроме всего прочего, готовить из них уксус. На одном из папирусов был найдено описание церемонии омовения идолов бога Ра – для начала их следовало протирать смесью воды с яблочным уксусом, а затем умащивать драгоценными маслами.

Известная своей красотой и коварством египетская царица Клеопатра (69–30 гг. до н. э.) считала уксус важнейшим средством сохранения здоровья и красоты. До нас дошел ее рецепт, благодаря которому кожа становилась эластичной и упругой: после ванны с розовым маслом служанки натирали свою привередливую госпожу смесью из оливкового масла и яблочного уксуса, взятых в равных частях.

Существует и исторический анекдот, связавший имя Клеопатры с уксусом. Однажды царица обронила фразу, что в состоянии за ужином съесть кушаний на миллион сестерций. Венценосные вельможи посчитали это обыкновенным бахвальством зарвавшейся «леди». Привыкшие сорить золотом направо и налево, они и представить себе не могли, как можно съесть продуктов на сумму, которую обычный египетский купец мог заработать за 5–6 лет. Но Клеопатра слов на ветер не бросала. На глазах у вельможных простаков царица бросила несколько жемчужин, оцененных в миллион сестерций, в хрустальный кубок, наполненный уксусом. И стала безмятежно предаваться веселью, пробуя и оценивая каждое блюдо и ни в чем себя не ограничивая. Через несколько часов застолья жемчужины полностью растворились в уксусе, осталось только долить чистой холодной воды и выпить «жемчужный напиток». И для желудка необременительно, и есть повод для очередного прославления царских хитроумия и практичности.

В Древнем Двуречье особенно ценились лечебные свойства уксуса – как виноградного, так и яблочного. В письменных источниках дошло подробное описание, как пользоваться уксусом при укусах ядовитых змей и насекомых, как и когда накладывать уксусные компрессы и повязки. При головокружениях и недомоганиях у богатых дам им предписывались уксусные ванны и обертывания. Простой люд пользовался разведенным дешевым уксусом для облегчения многочисленных тропических лихорадок, при расстройстве пищеварения и для скорейшего заживления переломов. У финикийцев был очень популярен напиток «шекар», представлявший собой слабо разбавленный яблочный уксус. Многочисленные европейские гости, торговавшие с финикийцами, считали его разновидностью какого-то плохо выдержанного вина и плевались от его едкого вкуса, однако признавали, что они не встречали напитка, лучше утолявшего жажду.

На смену изысканной роскоши и тончайшему гурманству Рима и Греции пришла дремучая схоластика Средневековья с его мрачным нравом и строгими вкусами. Как-то на нет сошла культура чистоты тела, осталась лишь широко проповедуемая чистота души. Простолюдины мылись разве что при рождении и по необходимости, попав под дождь или свалившись в реку. Монархи тоже не баловали себя лишними умываниями. Не могу утверждать, из каких именно источников стало известно, но историки описывают придворные пиры и балы как скопище богато одетых, но немытых людей, источающих самые разнообразные запахи, с армиями насекомых в сальных волосах и в бархатных костюмах. Английская королева Виктория, по ее утверждению, мылась всего два раза в жизни – при рождении и перед свадьбой. И ей этого вполне хватило. Но историки все-таки несколько исказили истину. Будь все именно так на самом деле, эта ужасающая антисанитария привела бы к печальному концу всех живущих. Быть съеденными заживо расплодившимися вшами, блохами, клещами-паразитами даже привычным ко всему людям Средневековья вряд ли хотелось. И у них было средство, облегчавшее их участь, – уксус.

Существовали разные сорта уксуса – и по вкусам, и по ценам. Самым дешевым считался яблочный уксус, которым пользовались простолюдины. Дорогим винным уксусом с различными ароматическими добавками пользовались знатные дамы и вельможи. Ароматические уксусы с добавками корицы, лаванды и гвоздики накапывали в крохотные хрустальные флакончики-ладанки, которые придворные дамы носили на открытых шеях. Они служили для приведения в чувство трепетных женщин, упавших в обморок от невыносимого зловония или от пережитого волнения.

Не слишком дорогие уксусы использовались для элементарной дезинфекции.

Вельможи, хотя и испытывали непреодолимое отвращение к воде и щелоку, изредка разрешали протирать себя крепким раствором уксуса, который растворял слой накопившейся на теле грязи, а заодно и убивал паразитов.

Уксусом заливали и отхожие места в замках, которые обычно представляли собой глубокие каменные колодцы без стоков. Когда невыносимое зловоние распространялось по мрачному каменному исполину, так что реагировали даже привыкшие ко всему рыцарские носы, слуги обычно заливали это безобразие бочками уксуса, хранящимися в просторных подвалах замка. Наверное, именно этим объясняется большое значение уксуса в период Средневековья, как и неожиданно высокая пошлина на этот товар.

Продавали уксус различные уличные разносчики, возившие его в деревянных бочках. Простолюдины в основном употребляли для питья кислое яблочное вино, зимой же пили разбавленный яблочный уксус, по вкусу напоминавший лимонад, особенно если его заправляли специями.

В начале XIX в. отдал должное уксусу и гений английской поэзии Джордж Байрон. Утомившись и пресытившись постоянным перееданием, он перешел на простую крестьянскую еду – черные сухари и разбавленный яблочный уксус. Эта диета пошла ему на пользу – он заметно скинул в весе и написал знаменитого «Чайльд Гарольда», вероятно подтверждая золотое правило, гласящее, что истинный талант должен быть голоден.