Чтение онлайн

— Нет, — ответил Игнат. — Можете идти.

Игнат не глядя опустился на диван и тут же вскочил, потому что неожиданно заиграла музыка — он сел на музыкальную игрушку. Яркий домик издавал голоса животных и пиликал веселые мотивчики. «Гав-гав-гав, ля-ля-ля… га-га-га, ля-ля-ля…» Игнат крутил в руках игрушку, пытаясь выключить, но не находил нужной кнопки. Домик блеял, мычал, мяукал. Игнат размахнулся и запустил его в стенку. Мурлыке покупали дорогие игрушки, сделанные из прочной пластмассы, которая не может расколоться и ранить ребенка. Домик не пострадал и, упав на пол, продолжал щебетать по-птичьи. Не успокоился, пока не озвучил весь скотный двор.

Пусть Цветик прочитала книгу, рассуждал Игнат. Ох, Полина! Мстительная дрянь! Неужели Цветик могла поверить абсурдным фантазиям полоумного автора? Цветик — разумная женщина, с чувством юмора, психически устойчива. Прекрасно знает, что он любит ее и сына, должна отметать любые инсинуации в его адрес. А ты-то сам, спросил себя Игнат, как реагировал? А если бы тебе подсунули подобный опус про Цветика? Ты бы с ходу отринул ложь или все-таки начал бы выяснять? Вот и выясняла бы у меня! А она убежала. Раз убежала, значит, поверила.

Игнат прошелся по разгромленной квартире. Она еще хранила милые запахи, но от этого становилось еще тоскливее. Игнат чувствовал себя обворованным. Враз, с ночи на утро, его лишили самого дорогого. Он всегда знал, что Цветик и Мурлыка дороги ему, но, только лишившись их, понял, насколько сильно. Почему «лишившись»? Ситуация временная. Игнат сумеет убедить Цветика. Он умеет убеждать кого угодно и в чем угодно. Он поймал себя на том, что ему, по сути, неважно, что знает о нем Цветик и как к этому относится, важно, чтобы она была всегда рядом. Но как быть с условиями Полины?

Зазвонил городской телефон. Игнат бросился к аппарату. Возможно, это Цветик одумалась.

— Что ты себе позволяешь? — злым шепотом спросила Полина.

— Откуда ты знаешь этот номер?

— От верблюда! Такие фортели деловые люди не выкидывают…

— Да пошла ты!

— Погоди! Не клади трубку.

За несколько километров от него, на другом конце города Полина прикрыла рукой микрофон и сделала пару глубоких вдохов. Взяла себя в руки, успокоилась и заговорила другим тоном:

— Игнат, мы не должны ссориться. Я сказала, что у тебя случился сердечный приступ и понадобилась медицинская помощь. Когда приедешь, скажи, что тревога была ложной. И не забудь извиниться. Жду тебя через сорок минут.

Большого ума и дедуктивных способностей не требовалось, чтобы понять, куда убежала Цветик. Естественно, к маме, с которой у Игната не сложились отношения. Он звонил им регулярно, к телефону подходила Анна Юрьевна и отказывалась передать трубку дочери.

Их диалог повторялся почти без вариантов.

— Пригласите к телефону Свету! — требовал Игнат.

— А я вам в который раз повторяю: она не желает с вами разговаривать! Прекратите нам досаждать! Забудьте о моей дочери навсегда.

— Вскоре я приеду.

— Мы не пустим вас на порог.

— Скажите Свете, что я положил деньги на карточку.

— Нам не нужны ваши грязные деньги.

— Речь не о вас лично, а о Свете и моем ребенке. Ответом были частые гудки. Деньги с карточки Цветик не снимала. На что они жили? На учительскую зарплату матери?

В один из разговоров Игнат опростоволосился.

— Я имею право знать, как чувствует себя мой сын! — взорвался Игнат.

— Света и Илюша здоровы.

— Кто такой Илюша?

— Что и требовалось доказать!

Анна Юрьевна бросила трубку.

Стратегический план Полины в борьбе за мужа состоял не только в издании деморализующей книги. Как у опытного полководца, у нее были план «А» и план «В», в случае провала обоих она бы придумала планы на все буквы алфавита. План «В» состоял в том, чтобы надолго оторвать Игната от любовницы, лишить его возможности принять скоропалительное решение, продиктованное чувствами. Игнату требовалось время для обдумывания, и оно же было необходимо Полине, чтобы незаметно подтолкнуть супруга к единственно правильному выбору.

Игнат не смог рвануть за Цветиком на следующий день, потому что они с Полиной отправились в Костромскую область, где в отеле при охотничьих угодьях проходил пятидневный совет директоров. Кроме деловых заседаний, предполагались банкет с раздачей премий, рыбалка с ухой на берегу озера, охота с зажариванием кабана на вертеле, банные процедуры. Совет директоров проводили раз в год, на него приезжали люди, которые были опорой бизнеса Куститских, тщательно подобранные управленцы высшего класса. Игнат обязательно должен был присутствовать на съезде. В бизнесе, как и в политике, успех зависит от связей. Приятельство, полудружба, протекции, рекомендации определяют твое место под солнцем. Игнат это понял еще в детском саду и младшей школе, когда добивался дружбы с дворовыми лидерами и выбивался в любимчики у воспитателей и учителей.

Связи, которые завязывались в неформальной обстановке, были прочнее и надежнее. Поэтому Игнат охотился в Африке с представителями высшего звена и стрелял кабанов под Костромой с провинциальными директорами. Сами по себе охота, рыбалка, банные утехи, застолья были ему глубоко безразличны. Но положение обязывало.

Они вернулись в Москву, и на два дня Игнат засел за бумаги, которых накопилось огромное количество. Полина имела право подписи далеко не под всеми документами. Кроме того, Игнату нужно было проверить, не отдала ли она распоряжения, направленные на разделение бизнеса. Крамолы не обнаружилось. Игнат не говорил Полине вечером второго дня, что собирается утром уехать в Аранск к Цветику. Но Полина внимательно следила за мужем и ловила оттенки его настроения.

Ночью Игнат проснулся оттого, что кто-то расстегивал на нем пижамную куртку. В первый момент испугался — около кровати стоял мужик в белом. Это был врач, который пристраивал к его груди датчики для снятия электрокардиограммы.

— Все в порядке, Игнат Владимирович, не волнуйтесь.

— Что происходит?

— Я вызвала «скорую», — ответила Полина, — потому что ты задыхался, и пульс у тебя был прерывистый, с остановками. Как ты себя чувствуешь? Доктор, что с ним?

Тут и сам Игнат ощутил, что пульс частит, а сердце сильно колотится.