Чтение онлайн

— Послушайте, — вдруг гневно сверкнула упрямица глазами и твердо, по слогам отчеканила: — Это МОЯ собака и МОЯ жизнь, так что не лезьте не в свое дело, пожалуйста! Я отдаю Рексу этот год!

— Что ж, — вздохнул Габриель, разворачиваясь, — наверное, ты знаешь что делаешь.

И пошел прочь. Прочь от этой странной девочки и ее огромной собаки. Он, бессмертный, наслаждался, упивался каждым днем своей долгой древней жизни и не мог понять, как можно пожертвовать одним годом даже из собственной бесконечной жизни, не говоря уже о среднестатистической человеческой. И уж тем более чем о половине оставшегося пути.

Ему тогда было невдомек, что этот огромный лохматый пес прыгнул давным-давно в сорокаградусный мороз в незатянувшуюся полынью, спасая пятилетнюю хозяйку; что потом он на протяжении всей жизни хвостиком ходил за ней, ограждая от неверного шага; выслушивал, когда ей было плохо, сочувствовал, переживал. Со всеми свирепый и добрый лишь с ней, единственной, кто мог колошматить его как угодно. И он терпел, позволяя творить с собой что угодно. Всегда на ее стороне.

Уходя из парка, Габриель даже не подумал, что через год незнакомка с Рексом окажется на плотине, которую внезапно прорвет. И пес, по максимуму напрягая старые мышцы, из последних сил будет тянуть не умеющую плавать хозяйку к берегу. Он мог бы бросить ее и выбраться сам, спастись, возможно, даже выгадать лишние минуты, но вместо этого упорно тащил коченеющее в ледяной осенней воде тельце, чувствуя, как уходит ее тепло, как ноют и сопротивляются его стариковские мышцы, как труднее и труднее с каждым разом сделать гребок в сторону заветной земли. Бурный поток уносил их прочь. Но он боролся, боролся за двоих.

Егеря не заметили двух бесчувственных, повернутых друг к другу тел девушки и собаки и прошли мимо. Их хватятся только завтра.

И, стоя над умирающими существами, чувствуя, как покидает тела последнее тепло, Габриель дрожал от странной внезапно нахлынувшей ярости, восхищения и какой-то непонятной обиды на весь мир и этих двоих.

Она могла похоронить Рекса год назад, но предпочла умереть с другом в один день, разделив с ним самый удачный период своей жизни. Не отказалась от данного слова, не бросила, не испугалась, не предала. А пес, хоть и не понял, чем пожертвовала для него хозяйка, просто делал, что привык: оберегал и спасал любимое существо.

Бессмертный смотрел на его огромные стекленеющие глаза и широкую лобастую голову, вновь подвернутую под посиневшую ладонь. И вроде дворняга, какая-то огромная непонятная помесь, а сердце самой благородной породы. Даже его хваленый чистокровный Цербер мерк перед этим другом. И девочка простая, но в заурядных человеческих венах текла, оказывается, высшая королевская кровь.

И вечный, сам себе поражаясь, подарил каждому из них по восемьдесят лет из собственной бесконечной жизни…

Итак, все, как обычно, началось с женщины. Точнее, первым был Творец. И тут, по законам жанра, феминистки заявят, что он был женщиной. Шовинисты начнут утверждать обратное. Мы же, не обремененные расовыми и половыми предрассудками, не будем заострять внимание на личности Мастера, а вернемся к повествованию.

Итак, вам, уважаемые читатели, подвернулась уникальная возможность заглянуть в оригинальные хроники разных рас и сопоставить версии одного и того же события не только друг с другом, но и с истиной. Ну что? Готовы? Наберитесь, пожалуйста, терпения! Ибо начнем с высокопарной истории возникновения мира.

Вначале создал Творец небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и Тьма над бездною, и Дух Мастера носился над водою. И решил Всемогущий: «Да будет Свет!» И стал Свет. И увидел Творец, что он хорош, и отделил Свет от Тьмы. И назвал свет днем, а тьму ночью. День первый.

И решил Мастер создать твердь и отделил воды, что под твердью, от вод, что над твердью. И назвал твердь небесами. И было это в день второй.

А на третий день Бог создал сушу и отделил ее от воды. И назвал сушу землей, а стечение вод — морями. И потом разбил чудный сад, создав траву, деревья и кусты, приносящие плоды. И все это очень Ему понравилось.

И сказал Творец: да будут светила на тверди небесной для знамений, и времен, и дней, и годов, чтобы освещали землю: большое светило днем, и малое — ночью. Так возникли солнце и луна и звезды, и появились суточные и годовые ритмы. День четвертый.

На пятый день решил Творец, что пора населить моря и небо живностью — и наполнились воды рыбами и пресмыкающимися, и полетели по поднебесью птицы.

Но мало этого показалось Мастеру, и решил Он разместить в своем саду дивный зоопарк, и вывел всевозможных диковинных животных, в том числе и драконов. И увидел Творец, что не хватает в Его заповеднике хозяев, и сказал: «Создадим человека по образу нашему и подобию и дадим ему власть над тварями, что в море, и над пернатыми, что в небе, и над всем живым, что наполняет землю». Так создал Он человека по образу своему. И повелел людям плодиться, и размножаться, и наполнять землю, и овладевать ею, и дал им власть над тварями в море, и над пернатыми в воздухе, и над всеми животными, двигающимися по земле. И привел также драконов и наказал им всячески служить и помогать человеку. День шестой.

А на седьмой день Всевышний отдыхал.

Вторая сторона придерживается несколько иного мнения.

Итак, вначале была Тьма. Что бы ни говорили людские хроники, мы, древнейшие и мудрейшие, знаем, что первое совершенное существо, которое Великий создал по своему образу и подобию из мрака бездны, было Драконом. И было оно ЖЕНСКОГО пола, дабы дать жизнь всему сущему, и впитало в себя всю черноту ночи, всю таинственность, красоту и притягательность мглы, и назвал Виртуоз свой шедевр Тьмою. И расправила драконесса крылья свои и помчалась по бескрайним просторам Вселенной.

Но чтобы не грустила она в пути, создал Маэстро ей спутника, полную противоположность, и назвал новое существо Светом. И была у него чешуя цвета слоновой кости, и сияла она во мраке бездны, освещая путь красавцам-супругам. И слились два Дракона в вечной нити судьбы, вечном танце Света и Тьмы, вечной борьбе Доброты и Коварства. День первый.

И родились от этого брака хитрец Сумрак и прелесть Заря. И вобрали они от родителей лучшее, что имели те. Кожа Сумрака была сине-сизой, и тяготел сын больше к мраку. Зорюшка же родилась алой, как страсть, и тянулась она к светлой стороне. И восхитился Творец своими созданиями и сплел из сияния Света еще одного Дракона — золотистую красавицу Солнце. День второй.