Чтение онлайн

Точно так же «Фонарь Диогена» обзавелся штатным поэтом (гимну нужны были слова), скульптором–дизайнером (декорации зала, организация «Каменной поэмы»), писателем (летопись клуба, статьи, пресс–релизы). А вот уборщицу, вахтера и шофера до сих пор ищут – видно нет среди представителей этих профессии идейных просветителей. В шофере, правда, особой нужды нет, ведь костяк «Фонаря Диогена» составляют не деятели культуры (которые и на троллейбусе доедут, если что), а бывшие чиновники: заместители Путяты, начальники департаментов и управлений, а ныне – бизнесмены малой и средней руки. У них транспортная проблема решена давным–давно.

После пения гимна на сцену выбрался маленький и шустрый скульптор Вениамин Рябков, которому хитон доходил до пят, и взахлеб начал читать лекцию о влиянии древнегреческой архитектуры на облик сибирских городов. Портики, колонны и капители так и сыпались в зал. Шибанюк подумал, что вот еще отмазка – профильное мероприятие посещал. Оно действительно оказалось таковым – Сергей Валентинович сразу заскучал, ибо никакой преемственности между родиной Диогена и городом, основанным через два тысячелетия после упадка Древней Греции, до сих пор не замечал.

– Добрый вечер, Сергей Валентинович! – рядом с ним возник сам Путята – о ужас! – тоже в хитоне. Шибанюк испугался, что переговоры пойдут насмарку, когда он в неподходящий момент рассмеется.

– Добрый вечер, Дмитрий Олегович.

– Давайте отойдем и не будем мешать коллегам.

Путята направил Шибанюка по короткому коридору, а сам шепнул: «Я сейчас!» и вдруг исчез. Сергей Валентинович попал через коридор в пустой секретарский «предбанник», потоптался там немного, но решив, что это как-то несолидно, открыл дверь в кабинет… Точнее в типичную переговорную, где на столике между двумя креслами стоял подносик с любимым коньяком Сергея Валентиновича (весьма красноречивая забота!) и блюдцем с оливками. Поразительно, но в одном из кресел уже сидел Путята, а самое удивительное и приятное, что одет он был уже в цивильный костюм. Жестом гостеприимного хозяина Дмитрий Олегович предложил гостю сесть и наполнил крошечные рюмочки. «Что за цирк? – мелькнула у Сергея Валентиновича мысль. – Возможно, тут есть второй вход, но когда, черт возьми, он успел переодеться?».

Первая мензурка коньяка растеклась по языку, а в горло и не попала. Шибанюк поморщился: по нему уж пить так пить, а что зазря рот поганить?

– Понимаю ваше нелегкое положение, – тут же откликнулся на гримасу Путята. – Вам, Сергей Валентинович, не позавидуешь!

Шибанюк снова поморщился.

– Знаю, знаю, что говорю. Ваш бывший зам набрал силу и метит в вице–мэры!

Брови у начальника департамента предательски поползли вверх.

– Не знали? – удивился в свою очередь Дмитрий Олегович. – После выборов намечено не только слияние ваших с ним департаментов, но и открытие новой вакансии вице–мэра. Кленовязов имеет все шансы занять это кресло.

Шибанюк захотел выпить и с тоской посмотрел на мелкую тару. Через такую не пробьет!

– Ваша невысокая информированность – следствие того, что в вашем распоряжении только собственные источники, а в моем еще и источники друзей. Вы ни с кем не дружите!

– За что Эдуарду такая честь?

– За дружбу.

– Про дружбу я уже все понял, – сказал Шибанюк. – Я не понимаю, чья дружба в нашем городе может быть такой полезной?

– А он не в городе, он в Москве дружбу свел. С кем точно – пока не знаю, но структура очень влиятельная.

– Вот оно как, – задумался Сергей Валентинович.

– Вот я и говорю…

– Я согласен.

– С чем?

– Я согласен с вами дружить, Дмитрий Олегович.

– Вы мне портите всю игру, – ухмыльнулся Путята. – Я приготовил такие приманки, такие сети завел под самого несговорчивого начальника департамента… Но результат меня радует.

– Осталось договориться о цене вопроса.

Путята наполнил мензурки. Шибанюк выпил и снова поморщился.

– А вы мне нравитесь, – сказал Дмитрий Олегович. – С вами не нужно хитрить. И даже объяснять не нужно. Это все, – он махнул в сторону зала, – так, декорация для теневого кабинета. Это ясно. Но я своих людей сохранил не только здесь, но и в мэрии. Их там много, они объединены. Поэтому у меня высокие шансы на победу, но недостаточные. Мне, как Архимеду, нужен был рычаг, чтобы передвинуть Балашкова. Я его создал. Но я не знаю точку приложения сил. Это задача для вас – вы должны найти слабое место Балашкова, а я его свалю.

– А как же ваши многочисленные агенты в мэрии? – спросил Сергей Валентинович. – Или их не так много?

– Они идиоты. Клерки. Дальше своего носа не видят. Все их рассуждения заканчиваются императивом «авось». Перед ними нужно ставить прикладную задачу, и они ее выполнят, не задумываясь. Это же люди системы, вы их каждый день наблюдаете, да что там – формируете. Им же запрещено думать… Я когда в мэрию вернусь, я их всех сменю – и своих и балашковских. Постепенно, конечно, но я хочу, чтобы там работали инициативные, творческие люди.

– Так я тоже там работаю, – напомнил Шибанюк.

– Я говорю о рядовых. О генералах разговор особый, среди них и сейчас есть таланты… – Путята сделал жест в сторону собеседника. – У меня грандиозные планы я хочу, чтобы в наш город ехали жить москвичи и даже питерцы. Я хочу сделать наш город настоящей третьей столицей, а потом и второй, и первой. Здесь на сибирской земле – центр страны, здесь ее кладовая, здесь должна быть ее столица!.. В общем, вы понимаете, что разговор об этом пока преждевременный.

– Что я получу, если найду слабое место Балашкова?

– После победы на выборах вы получите пост вице–мэра и будете курировать деятельность Кленовязова. А там уж делайте с ним что хотите. Увольняйте, мытарьте, разоряйте, ловите с поличным – пожалуйста. Москва после проигрыша Балашкова от Эдуарда, я думаю, откажется, во всяком случае, вмешиваться не будет. Если мы не победим, я постараюсь сохранить за вами нынешние позиции. Гарантировать, правда, ничего не могу. Более того, возможно Балашкову станет известно о нашем сотрудничестве. Но тут мы все играем ва–банк.

– Условия сложные, – обронил Сергей Валентинович по размышлении, – но я постараюсь.

– Это в наших общих интересах, – заметил Дмитрий Олегович. – И помните, что я вам предложил больше, чем вы ожидали и больше, чем предложит Балашков.

Шибанюк покосился на коньяк – редко он бывает таким бесполезным как в этом кабинете – и встал.

– Счастливо, Сергей Валентинович, – сказал Путята. – Извините, что не провожаю, мне нужно сделать срочный звонок. Я позже к вам присоединюсь.

– До свидания, Дмитрий Олегович.