Чародей
Шрифт:
— Всемогущая Мать! — воскликнула она. Она знала, что Раум перевоплотится, но не в это!
Аксис отвернулся от Фарадей и посмотрел на то место, где мгновение назад корчился в конвульсиях Раум. Крови как не бывало. На земле, уткнувшись носом в траву, лежал великолепный белый олень.
Заметив движение, Аксис повернул голову. С опушки леса шел получеловек-полуолень (такое существо Аксис видел во сне).
Серебристый Рогач подошел к лежавшему в мягкой траве оленю, бывшему еще несколько мгновений назад Раумом. Наклонился, дотронулся рукой до его лба, и тот наклонил красивую рогатую голову.
Серебристый Рогач отступил на шаг и издал радостный крик, и крик этот тут же подхватил восторженный многоголосый хор.
— Раум, — срывающимся голосом пробормотала Фарадей. — Раум превратился не во Всемогущего Рогача, а в Священного Оленя. О Раум, — вздохнула она. — Я всегда знала, что ты особенный, и я благодарю судьбу за то, что мне удалось увидеть твое превращение.
Она даже не осознала, что собственная ее сила, соединенная с могуществом Матери и Священной рощи, поспособствовала этому перевоплощению.
— Не понимаю, — сказал Аксис.
Фарадей чуть помедлила с ответом, припоминая некоторые уроки Ур.
— Очень редко, — сказала она, — один раз за сто поколений появляется шаман, наделенный такой непорочностью, такими добродетелями, что превращается он не во Всемогущего Рогача, а в Священного Оленя, самое волшебное создание Священной рощи.
— Авары глубоко чтят оленя, — тихо сказал Аксис, припомнив уроки, данные ему на горе Великого Когтя. — Олень играет главную роль в праздновании Йула. Это жертвенное животное, кровь его придает силы солнцу, и оно возрождается. Всех шаманов отождествляют с оленем.
Фарадей согласно кивнула головой.
— Да. Прыгающий олень — эмблема шаманов. — Помолчала, а когда снова заговорила, голос ее дрожал от сдерживаемых эмоций. — Я счастлива, что Раум оказался чист сердцем и вознагражден за это. Снова по Волшебному лесу побежит Священный Олень. Всемогущая Мать, ты благословила всех своих детей.
Раум-олень медленно поднялся на ноги, слегка покачнулся: надо было привыкнуть к тому, что теперь у него четыре ноги.
Из-за деревьев сюда потянулись и другие Рогачи, отдавая почести Священному Оленю.
Долго еще Аксис и Фарадей следили за ритуалом. Священного Оленя принимали в сообщество Священной рощи.
И снова Фарадей сжала руку Аксиса.
— Пойдем, — шепнула она, и он неохотно вышел за ней на середину рощи к толпившимся возле Священного Оленя Всемогущим Рогачам.
Рогачи посмотрели на Аксиса с плохо скрываемой враждебностью.
«Выходит, они до сих пор недолюбливают меня, — думал Аксис. — С деревьями мне трудно будет наладить контакт».
— Не бойся, любимый, — заверила его Фарадей. — Они научатся принимать тебя.
— Кто ты? — поднялся шепот. — Как твои ноги нашли сюда дорогу? Почему ты стоишь возле Друга Леса?
— Ноги его последовали за мной.— Это прозвучал мысленный голос Священного Оленя. Он вышел вперед и приветственно качнул рогами.
— Я Аксис, сын Ривки Парящее Солнце, — сказал Аксис. — Бывший Боевой Топор…
Роща наполнилась шипением.
— …но теперь я освободился от окутавшей меня лжи. Я Аксис Парящее Солнце, Звездный Человек. Я сражусь с Горгрилом и восстановлю Тенсендор.
— Что ты здесь делаешь? — спросил его кто-то из толпы Всемогущих Рогачей.
— Здесь он по моемуприглашению, — решительно заявила Фарадей. — И вам следует его поприветствовать. Это Звездный Человек, я специально позвала его на встречу с вами. Когда-нибудь вы поможете ему одолеть Горгрила. Мы с ним объединим усилия, и вы увидите возрожденные леса Тенсендора.
Серебристый Рогач согласно кивнул и заговорил:
— Мы все время наблюдаем за тобой, Аксис Парящее Солнце. — Он посмотрел в глаза Аксису, и хотя Аксис не отвел взгляд, все же сердце екнуло: насколько посвящены в его дела Всемогущие Рогачи?
Серебристый Рогач оскалил зубы, и Аксис надеялся, что это эквивалент улыбки.
— Ты для Друга Леса отвоевал право на пересадку старинных лесов.
Фарадей радостно вздохнула. В отличие от Всемогущих Рогачей она не знала, что Аксис подписал договор с баронами Исгриффом и Гревиллом.
— И за это мы тебе очень благодарны, — сказал Серебристый Рогач и взглянул на Фарадей. — Но впереди еще немало горя. — Аксис, к собственному неудовольствию, прочел в глазах Рогача, что известно ему слишком многое.
— Извини нас, если не приняли тебя в Священной роще с открытым сердцем, — сказал Серебристый Рогач, — возможно, когда-нибудь тебя сюда приведет жена. Ей мы всегда рады.
И повернулся к Священному Оленю, положил руку ему на плечо.
— Добро пожаловать в наше сообщество, ступай за нами по тайным тропам.
Аксис изумленно моргнул. Всемогущие Рогачи и Священный Олень — Раум словно растворились.
Фарадей, глядя в глаза Аксису, улыбнулась, и он, с ощущением вины, наклонился, чтобы поцеловать ее.
— Нет, — попятилась она. — Я все еще замужем и данной Борнхелду клятвы не нарушу. Скоро ли ты освободишь меня?
— Да, — прошептал Аксис.
Она отступила еще на один шаг.
— Поскорее же освободи меня, Аксис. Я слишком долго ждала тебя. — Улыбка ее погасла. — Я так соскучилась по тебе, а ты сейчас кажешься мне другим. Ты уже не тот человек, что простился со мной в Горкен-форте. Что ты делал с тех пор, Аксис Парящее Солнце? Кем стал? Любишь ли ты еще меня?