Час боли (рассказ)

Час боли

— Барсина, приветствую! — произнесла я в амулет, как только Махан впал в свой творческий транс. — Есть дело на сотню миллионов, хочешь поучаствовать?

Стандартная кодовая фраза, которую мы с матерью согласовали еще в самом начале нашей эпопеи с Шаманом, говорила ей о том, что у меня есть приватный разговор. Еще раз посмотрев на замершего Шамана, я горько вздохнула — то, что я собираюсь сделать, убьет наши отношения. Но не сделать я этого не могу, иначе это может убить мою семью… Как же меня все достало!

— Минут через пять, — ответила мама, — у меня сейчас встреча со старостой. Что-то срочное?

— Махан должен через неделю закончить шестой набор фигурок, — судя по тону, Барсина находилась среди НПС, поэтому можно было говорить открыто. Ни ее, ни меня никто не слышал, поэтому можно было не таиться. — Я думаю, что можно будет запускать наш план в действие!

— Отлично! — голос Барсины наполнился радостью. — Наконец-то все это закончится, и я вернусь обратно в Феникс! Выходи в реальность, это нужно отпраздновать!

— Через пять минут, — бросила я, отключая амулет. Вот и все — все нужные слова сказаны, все действия проделаны, теперь от меня ничего не зависит. Усевшись напротив Димы, я нарисовала на лице злорадную ухмылку торжествующего победителя и едва не расплакалась. Хотелось орать, реветь, рвать и метать, обнять это милое существо, прижать к себе и никогда не отпускать, но нельзя! Несмотря на то, что представители корпорации говорят обратное, я прекрасно знаю, что любое мое действие, эмоция и слово строжайшим образом контролируется и записывается людьми Прокофьевых. Сейчас наступил тот самый момент, который должен реализовать весь мой план и совершенно глупо срываться в последний момент. Нельзя, Настя, ты сильная! Ваш ход, господа Роксана и Александр…

— Значит, через неделю фигурки будут созданы, — произнес отец, наливая мне бокал вина. — Как нога, не беспокоит?

— Уже нормально, — с улыбкой ответила я, принимая вино. — Врачи обещали через неделю снять фиксаторы и еще через месяц гарантировали, что я вновь займусь танцами.

— Насть, я…, — начал было папа, но замолчал. Я даже улыбнулась — мультимиллионер, глава ведущего клана, человек, принимающий грандиозные решения стесняется поговорить с дочерью о чувствах. Об отношениях. Отцы могут совершать великие дела, но просто поговорить о личном… Для многих это невозможно.

— Доченька, — поддержала отца мама. — Спрошу, наверно, сотый раз — ты все хорошо взвесила? Ты понимаешь, что Дима больше не будет твоим? Никогда!

— Мам, все я прекрасно понимаю! — горько улыбнулась я, устало закрыв глаза. Вздохнула, выпила вина, еще раз вдохнула, набираясь решимости для разговора — мало кто знает, что на самом деле Анастария — огромная трусиха. Только родители, но они любят меня и такой.

— Девочка моя, пойми — мы можем все переиграть! Год — это не так много, а они…

— Мам, они убьют его! Вы прекрасно знаете, на что способны Прокофьевы — посмотри на мою ногу! Если они поймут, что мы знаем о Махане, его спишут, как расходный материал. Я не хочу, чтобы его списали…

— В таком случае, нам не остается ничего, кроме как следовать плану и верить, что Махан действительно сделает то, на что ты рассчитываешь, — философски произнес отец. — У меня для тебя сюрприз — я нашел владельцев еще двух свитков Армагеддона. Теперь нужно будет по тихому отдать брату.

— У Махана будет три свитка? — удивилась я, так как тут меня полностью переиграли. Согласно плану, Махан должен получить всего один Армагеддон, так как больше у нас не было, и начать бегать пугать народ по Барлионе. Имея еще два свитка, он начнет взрывать наши замки, показывая, таким образом, свою ненависть к Фениксу. Что мне и нужно.

— Да, сейчас ищу четвертый. Знаешь, Настя, меня поражает твоя вера в Диму. Почему ты думаешь, что он сделает именно так, как ты сказала?

— Мой ответ не измениться, пап — он Шаман и будет следовать Пути до самого конца.

— Пришел отчет о его погружении?

— Да, еще вчера. Мои догадки подтвердились — Махан слишком плотно сидит в игре, поэтому его нужно выводить на ненависти. Других вариантов нет. Давайте о чем-нибудь другом сейчас поговорим, а? У меня есть целая неделя, чтобы побыть с ним рядом и я хочу воспользоваться ею до конца.

— Ты планируешь просидеть рядом с ним всю неделю? — удивилась мама.

— Да, я уже легенду придумала — Императора ему сделали за пару часов, поэтому никто не знает, сколько времени займут Ящеры. Мам, мне все равно, что ты сейчас обо мне думаешь — я хочу быть с ним рядом. Он со мной даже разговаривать не будет, как только вернется в игру, поэтому…

— Насть, я тебя понимаю, — успокоила меня мама. — Скинь мне текст, отрепетируем и составим легенду. Неделя на плато тебе будет обеспечена…

(шесть дней спустя)

— Димка, у тебя получилось! — прокричала я, вскакивая на ноги и бросаясь на шею любимому человеку. Наконец-то настал тот самый момент, когда не нужно играть и прятаться — легенда о моей влюбленности в Шамана уже скормлена Прокофьевым, поэтому можно побыть самой собой. Радостно поцеловав Диму, я дополнила: — Ты смог! Ты первый по всей Барлионе! Ты обогнал даже Поднебесную!

Глубокие серые глава моего Шамана недоуменно посмотрели на пытающие чистым светом руки, на которых лежали две небольшие фигурки. Судя по появляющейся на лице улыбке, Махан сам только начал верить в то, что он сумел создать Ящеров, совершенно не зная их историю, после чего сделал несколько быстрых пасов руками — по всей видимости, активировав проход. Мне так хотелось крикнуть «не нужно», что для того, чтобы сдержать вопль, я еще раз повисла на Диме, прижав его к себе.

Запущен процесс открытия прохода в гробницу Создателя. Время до завершения — 30 минут…