Чтение онлайн

Девушка протиснулась в каморку и осмотрелась. На полу уже валялось несколько кувшинов. На грубом столе лежали игральные кости. Впереди виднелся коридор, из которого жутко воняло кровью и дерьмом.

– Ждёте кого-то?
– осторожно поинтересовалась девушка, собирая грязную посуду.

– Мика на кухню за вином ушёл. Теперь вдвое больше будет!
– обрадовался стражник.
– Может это, со мной выпьешь, пока его нет?

– Нет, спасибо, - отказалась она, и сектант пожал плечами, показывая безразличие.

Фрида нахмурилась. С одной стороны, была возможность сделать всё до того, как вернётся второй охранник, с другой, существовал риск, что он вернётся в самый неподходящий момент.

Стражник уже присосался к кувшину, отвернувшись от Фриды. Решение было принято мгновенно. Неуклюже задрав юбку, она отвязала меч и ткнула пьяницу в шею. Тот с хрипами повалился на землю, так и не выпустив из рук драгоценный напиток. Из дырки в горле с бульканьем выливалась кровь вперемешку с вином.

Девушка быстро захлопнула дверь и потащила тяжёлое тело вперёд по коридору. Свободная камера нашлась совсем рядом, и там сектант обрёл покой, лишившись массивной связки ключей на поясе. Фрида побежала вперёд, вглядываясь в полумрак. Вид оборванных грязных узников вызывало тошноту и злость. При виде девушки они изумлённо поворачивали головы и тянулись к ней, словно мотыльки на огонь. Видя, что она не собирается вызволять их всех, некоторые сыпали проклятиями и угрозами, но Фрида не обращала внимания. Она спешила найти своего друга.

Максимиллиан не вполне понимал, что за суматоха поднялась в коридоре. Его разбудил топот шагов, и стройная женская фигурка промчалась мимо камеры.

– Да чтоб тебя демоны унесли! Зачем ты вообще припёрлась!?
– кричал ей вслед узник из камеры напротив. Решив, что они оба обречены, сосед признался торговцу, что это он сдал его, попытавшись выручить денег, но сам оказался в темнице. Максимиллиан чуть не лишился разума от ненависти, когда это узнал, но ничего не мог сделать.

– Макс!
– позвала девушка, и толстяк с удивлением узнал голос. Фрида. Она его не бросила. На глаза немедленно навернулись слёзы от нахлынувших чувств.

– Я здесь, - едва слышно откликнулся он, и его голос потонул во множестве голосов.

– Макс! Где ты!?
– чуть не плакала Фрида. Если всё оказалось тщетно, то и ей не миновать виселицы.

– Нет здесь никакого Макса!
– выкрикнул сосед-предатель, усмехаясь своей маленькой победе.

– Заткнись, пока я не выпустила тебе кишки, бандит, - разозлившись, прорычала она, подойдя вплотную к его решётке.

– Фрида...
– слабым голосом позвал толстяк, и девушка услышала.

Она обернулась на зов и задрожала от ярости. Чернорясники заплатят вдвойне за то, что сделали. Узнать Максимиллиана в этом окровавленном мешке костей было почти невозможно, но голос не подделать. Фрида быстро открыла ржавую решётку и опустилась на колени рядом с другом. Из груди вырвались рыдания.

– Уходи...
– прошептал торговец.

– Нет, нет, нет, нет!
– хрупкая девушка попыталась поднять тяжелое тело, но не смогла и сдвинуть с места. Толстяк только глухо застонал от боли.

– Никак не помочь...
– вздохнул Максимиллиан.
– Лучше добей...

– Нет!
– в слезах вскрикнула Фрида.

– Тогда уходи... Скоро сюда придут...

Захлёбываясь от рыданий, Фрида встала и подняла меч. Максимиллиан вздрогнул, готовясь расстаться с жизнью. Так было бы лучше и достойнее, чем быть повешенным на площади перед толпой.

– Прости, - всхлипнула она, ещё больше заливаясь слезами.

Клинок с лязгом ударил по соломе, вонзаясь в щель между камней. Девушка выбежала из камеры, торопясь скрыться до того, как вернётся второй стражник. Она промчалась по лестнице, не разбирая дороги, и снова попала в запутанные коридоры.

Фрида шла, размазывая слёзы по щекам и проклиная себя за бессилие. Своим малодушием она обрекла друга на ещё большие страдания. Хотя мало что могло сравниться с тем, что он испытал.

Максимиллиан лежал на холодном полу и улыбался. Она его не бросила. Его не забыли.

Грязь налипала на сапоги серыми комьями. Сухой южный ветер принёс за собой резкую оттепель, и теперь Гарольд шёл, постоянно матерясь и перепрыгивая через лужи, присыпанные талым снегом. Йона деликатно обходила грязные места, едва поспевая за следопытом, который торопился поскорее прийти в город.

Мариград уже виднелся на горизонте, окутанный дымом печных труб. После свежего лесного воздуха обострённый нюх издалека чуял вонь сточных канав.

– Вот, это Мариград. Жалкий городишко, но по эту сторону гор других пока нет, - буркнул следопыт, указывая вдаль.

– Большой, - удивилась дикарка.

– Не очень-то. На западе сёла побольше бывают.

От этих слов девушка удивилась ещё больше, пытаясь представить село таких размеров.

Предместья встретили их необычайной тишиной. Ещё месяц назад здесь кипела жизнь, помнил Гарольд. А теперь между приземистыми крестьянскими домиками гулял только ветер.

– Не дайте боги, чума пришла...
– пробормотал следопыт, пытаясь уловить хоть какие-то признаки жизни.

Однако, запахов, присущих заражённому городу, не было. Ни смрада гниющих тел, если победило поветрие, ни вони палёного мяса, если горожане борются с эпидемией.

Гарольд прошёл дальше, к восточным воротам. Привычного гербового щита над проёмом не было. Вместо старых знакомых солдат в карауле стояли непонятного вида типы, закутанные в чёрные балахоны. Взор новых стражников был направлен куда-то внутрь города, и они даже не заметили приближения следопыта.

– Здорово, служивые, - окликнул их Гарольд, и оба мужика подскочили от испуга.

– А вы ещё кто такие?
– они явно не ждали путников с востока. Оттуда могли прийти только крестьяне, которые в нынешние времена предпочитали не высовываться из дома.

– Я следопыт местный, это жена моя.

Стражники переглянулись.

– Нынче за вход пошлина положена. По три медяка с пешего.

– Чего?
– возмутился Гарольд.
– Отродясь с пешеходов пошлины не брали! Ты хоть знаешь, зачем пошлины берут? Чтоб с торговли налог шёл! Нам торговать нечем, как видишь.

– Ничего не знаю, платите пошлину. Приказ совета Девяти, - безапелляционным тоном сказал стражник, любовно поглаживая древко алебарды.