Чтение онлайн

— Я думаю, мы могли бы отложить нашу поездку… — неуверенно начала было миссис Баттл, но муж решительно перебил ее:

— Ни в коем случае. Ты с девочками поедешь в Бритлингтон — комнаты заказаны с марта, было бы жаль потерять их. А я вот что сделаю: когда эта круговерть закончится, съезжу-ка я к Джиму на недельку.

Джимом суперинтендент звал своего племянника, инспектора Джеймса Лича.

— Солтингтон ведь совсем недалеко от Истерхед Бэя и Солткрика, — продолжал он. — Глотну морского воздуха, окунусь разок-другой в соленой водице.

Миссис Баттл фыркнула.

— Скорей уж он тебя взнуздает помогать ему в каком-нибудь деле!

— В это время года у них не бывает никаких дел. Разве что какая-нибудь женщина стащит из «Вулворта» всякой мелочи на полшиллинга. В любом случае, с Джимом все в порядке, ему никто не нужен, чтобы учить его уму-разуму.

— Ну ладно, — согласилась миссис Баттл. — Будем надеяться, что все устроится хорошо. — Но я все равно расстроена.

— Такие вещи посылаются свыше, чтобы испытать нас, — утешил ее суперинтендент Баттл.

Выходя из вагона в Солтингтоне, Томас Ройд обнаружил на платформе ожидающую его Мэри Олдин.

Он помнил ее очень смутно и теперь, увидев вновь, немало удивился той радости от встречи с ним, которая сквозила в ее стремительных движениях и уверенной манере держаться.

Она обратилась к нему по имени:

— Как славно видеть вас вновь, Томас. После стольких лет!

— Спасибо, что нашли для меня местечко. Надеюсь, я вас не очень стесню.

— Ничуть. Даже наоборот. Мы вас ждем с особенным нетерпением. Это ваш носильщик? Скажите ему, пусть выносит вещи сюда. У меня здесь рядом машина.

Багаж погрузили в форд. Мэри села за руль, Ройд устроился рядом. Они тронулись, и Томас отметил про себя, что она прекрасно водит машину: уверенная и аккуратная на дороге, с отменным глазомером и реакцией.

От Солтингтона до Солткрика им предстояло проехать семь миль. Как только они выбрались из крошечного торгового городка на шоссе, Мэри снова заговорила о его приезде.

— В самом деле, Томас, ваш приезд в это время для нас просто дар небес. Все так запуталось, и человек посторонний — хотя бы отчасти посторонний — как раз мог бы нам помочь.

— А в чем дело?

Его слова, как всегда, прозвучали бесстрастно, почти лениво. Будто он задал вопрос больше из вежливости, нежели из желания действительно узнать что-нибудь. Именно эта его манера подействовала на Мэри успокаивающе. Ей ужасно хотелось выговориться, но она не стала бы откровенничать с человеком, который проявил бы к этому делу слишком большой интерес.

Она продолжала:

— Видите ли, мы очутились в трудном положении. Вы, наверное, знаете, что Одри сейчас у нас?

Она выжидательно замолчала. Томас Ройд кивнул.

— И Невил со своей женой тоже.

Брови Томаса поползли вверх. После минутного молчания он проговорил:

— Как-то неловко все, а?

— Именно. Это была идея Невила.

Томас Ройд ничего не ответил, но, словно ощущая недоверие, исходящее от него, Мэри с нажимом повторила:

— Это все Невил придумал.

— Зачем?

Она воздела руки, на мгновение выпустив руль.

— Ну теперь, видимо, так принято поступать в подобных ситуациях: все всё понимают, все со всеми большие друзья. Вот так. Только, знаете, мне вовсе не кажется, что все идет гладко.

— Может и не пойти, — согласился Ройд и добавил:

— А что из себя представляет новая жена?

— Кэй? Красива, конечно. Даже очень красива. И совсем еще молода.

— Невил очень ее любит?

— О да. Они всего лишь год как поженились.

Томас Ройд повернул голову и внимательно взглянул на свою спутницу. Его губы растянулись в полуулыбке. Мэри торопливо добавила:

— Я совсем не то хотела сказать…

— Полноте, Мэри. Я думаю, как раз то самое.

— Что ж, сразу бросается в глаза, что между ними мало общего. Их друзья, например, — она умолкла.

— Он ведь, кажется, познакомился с ней на Ривьере. Я об этом почти ничего не знаю. Только основные факты, о которых мне написала родительница.

— Да, впервые они встретились в Каннах. Невил увлекся, но, я полагаю, он увлекался и раньше — вполне безобидно, конечно. Я по-прежнему убеждена, что, будь он предоставлен самому себе, ничего бы и не произошло. Вы знаете, он все-таки любил Одри.

Томас кивнул.

— Я не думаю, — продолжала Мэри, — что он хотел разрушать этот брак, даже уверена, что не хотел. Но Кэй была настроена чрезвычайно решительно. Она не успокоилась, пока не вынудила его оставить жену — а что же еще остается мужчине в подобных обстоятельствах? Такое преследование, конечно, льстит его самолюбию.

— Выходит, она влюблена в него по уши.

— Думаю, что могло быть и так.

В ее голосе явственно слышалось сомнение. Снова заметив на себе его испытующий взгляд, она вспыхнула.

— Господи, ну и сплетница же я! Есть тут один молодой человек, все время крутится около Кэй. Красивый — правда, на манер жиголо — ее старый друг. И у меня из головы все не выходит, не связано ли это с тем, что Невил богат, знаменит и так далее. Насколько мне известно, у нее самой не было ни гроша.

Она замолчала с виноватым видом. Томас Ройд задумчивым голосом проговорил лишь «у-хум».

— Однако, — продолжала Мэри, — все это может оказаться чистейшей болтовней! Девушку иначе как восхитительной не назовешь. Это, наверное, будит кошачий инстинкт в старых девах.