Чтение онлайн

При очередной раздаче я обнаруживаю у себя на руках шесть бубен, без дамы и короля, туза червей и три мелкие трефы. Собираюсь пойти на семерную игру, но какой-то настойчивый внутренний голос нашептывает мне, что в прикупе лежит недостающий бубновый марьяж, а Даниил Ракоши готов пойти на восемь пик. Что-то больно уж настойчив этот «внутренний голос».

Моё слово первое и, заявив шесть пик, я, пользуясь возникшей паузой, осматриваюсь. Ага! Вот и источник «внутреннего голоса». У стойки бара вполоборота к нам сидит Кора со стаканом какого-то сока и с безразличным видом наблюдает за игрой на соседнем с нами столе. Перебиваю Даниила восемью трефами и открываю карты. Так и есть! Бубновые дама с королём. Скидываю две трефы и заявляю девять бубен. Своя игра.

Следующая раздача моя. Открыв прикуп, покидаю стол и направляюсь к стойке бара. Заказываю что-то вроде кофе и, пока пью горячий напиток, смотрю на Кору оценивающим взглядом, словно прикидываю: стоит ли провести с ней ночку. На самом же деле, сосредоточившись, мысленно спрашиваю её:

— А почему ты не сообщила о марьяже чуть раньше? Я бы сыграл в тёмную.

Тут же «внутренний голос» выдаёт мне ответ:

— Ни к чему форсировать события. Вы должны завершить игру к началу торгов за Олимпик, иначе они уговорят тебя на следующую игру. Захотят отыграться.

Кора права, она всё предусмотрела. Мои партнёры, разыграв партию, тоже подходят к стойке и делают заказы.

— Очень рискованно вы выступили, — говорит мне Даниил, — Марьяж из прикупа пришелся точно в руки. Если бы не он, то у вас и восьмерной не получилось бы. Вы, Риш, словно знали, что там лежит.

Хм! Конечно, знал! Спасибо Коре. Вслух же я отвечаю сакраментальной фразой:

— Кто не рискует, тот не выигрывает!

Все одобрительно смеются, а Даниил спрашивает:

— Никто не желает купить скоростную трёхместную яхту? Или знает, кто желает купить?

— Продаёте? Что за яхта? — интересуется Лидарий.

Вряд ли он собирается покупать, спросил просто, чтобы поддержать разговор.

— Я прилетел на яхте типа «Гепард», — отвечает Даниил, — Но она меня не устраивает: скоростная, но удобств мало, да и вместимость меня не удовлетворяет. Вот и решил, если выиграю, продам за полцены и куплю новую. Если проиграю, продам за полную цену и буду играть дальше. В конце концов, должно повезти.

«Черта с два тебе повезёт, пока мы здесь!» — думаю я, а сам предлагаю:

— Продолжим, чтобы ваше желание поскорее осуществилось.

Между делом замечаю, что Кора заинтересовалась этим разговором. Интересно, что она задумала? Игра продолжается в том же духе. Кора дважды подсказывает мне удачный прикуп, и я выигрываю восьмерную и девятерную партии. Так же три раза она подсказывает мне удачные заявки на «вист», и я крупно поднимаю в «гору» Лидария и Даниила, а сам пишу на них висты. Пока вровень со мной идёт только Гауфел.

После очередной раздачи «слышу» Кору:

— Внимание! Сейчас будет мизер. Тот мизер!

«Мизер» объявляет Гауфел. Взяв прикуп, он серьёзно задумывается. На табло высвечиваются двенадцать его карт. Да, тут задумаешься! Наконец, Гауфел делает снос, и я тут же «слышу» Кору:

— Дама пик, девять червей.

Значит, валета пик он оставил. Мы с Даниилом выкладываем карты. Ну и расклад! Заход мой. Иду с бубен, которых у меня много. Со второго захода Даниил хочет снести червей, но я показываю на его пикового туза. Даниил пожимает плечами и соглашается. Еще заход, и он сбрасывает короля пик. Теперь пики остались только у меня, и все они младше валета! Еще заход; освобождаемся от «балласта», и на стол падает десятка пик.

Смотрю на Гауфела. Он бледнеет и выкладывает карты на стол. Все шесть взяток — его! Это у нас называлось «паровоз». Искоса бросаю взгляд на Кору. Она сидит бледная, словно не Гауфел, а она загребла шесть взяток.

— Мне надо отдохнуть, встретимся в седьмом баре, — «слышу» я её.

Мы играем ещё одну партию, и я предлагаю прерваться на обед. Никто не возражает. Поднимаюсь на 92 уровень и иду в седьмой бар. Кора уже там. Бледность исчезла, но выглядит она довольно измотанной.

— В чем дело, Кора?

Она невесело усмехается:

— Ты полагаешь, это так просто управлять тасующей машинкой, чтобы она выдала именно такой расклад? А потом ещё надо было внушить Гауфелу, сделать именно такой снос. Если бы он снёс обеих пик, то получил бы, в лучшем случае, две или даже только одну взятку.

— Так это ты всё проделала?

Кора пожимает плечами и не удостаивает меня ответом:

— Ты составил список?

— Вот он.

Я передаю ей карточку и внимательно смотрю на неё, как она отреагирует. В лице Коры ни один мускул не дрогнул. Похоже, что она ожидала именно этого.

— Хорошо, — спокойно отвечает она, пряча карточку под перчатку, — Ты всё это получишь, самое позднее, завтра утром. А теперь, давай мне все деньги и фишки, себе оставь только на карманные расходы.

— Зачем тебе?

— Ты думаешь, что все эти штучки, — она касается пальцем края перчатки, — мне за эти волосы и длинные ноги дадут? Это — первое. А второе, ты слышал, что говорил Даниил про яхту?

— Ну, и что?

— А то, что «Гепард» — одна из самых скоростных яхт.

— Я это понял. Дальше-то что?

— Великое Время! И Шат Оркан даёт о тебе такие отзывы! Да за что? Ты на чем собираешься Олимпик вывозить? На рейсовом боте?

— Нет, конечно. Я планировал захватить какой-нибудь корабль на посадочной площадке.

— Какой-нибудь? Нет, друг мой в сиреневых сапогах, Мафия и наши конкуренты погонятся за нами не нв каких-нибудь кораблях, а на таких, от которых только на «Гепарде» и ускачешь. Усёк?

— Усечь-то я усёк. Но я не знаю, сколько стоит «Гепард».

— От пятидесяти до восьмидесяти тысяч, в зависимости от степени износа двигателей.