Чтение онлайн

– Все? – быстро спросила Кимберли. – Тогда нет полной уверенности, что не произошло изнасилования.

Мак покачал головой.

– Нет, не все. Только… обнаженные части. Волосы, лицо, конечности. Что я предполагаю? Он обтирает их губкой. Ну… как классную доску. И потом начинает свою работу.

– О Господи, – прошептала Кимберли. Она уже не знала, хочет ли слушать дальше.

– Первая девушка представляет собой карту, – спокойно продолжил Мак. – Потому он и оставляет тело возле большой дороги, чтобы его легко было найти. Может быть, потому девушка и умирает быстро и сравнительно безболезненно. Она нужна ему только как приспособление, ориентир, указвающий, где ведется подлинная игра.

Кимберли снова подалась вперед. Сердце у нее сильно заколотилось, нейроны в мозгу активизировались. Она догадывалась, к чему идет дело. Ей виделась темная, петляющая дорога.

– Что представляли собой ключи?

– В первом случае мы нашли птичье перо в волосах девушки, смятый цветок под ее телом, измельченную горную породу в туфле и визитную карточку в сумочке. Криминалистическая лаборатория, как положено, взяла все пробы. И… никакого результата.

– Никакого?

– Кимберли, ты бывала хоть раз в криминалистической лаборатории? Кстати, я имею в виду не лабораторию ФБР. У федералов определенно есть деньги. Я говорю о том, чем приходится пользоваться нам, работягам полицейским.

Кимберли покачала головой.

– У нас много оборудования. Но если приходится работать не с отпечатками пальцев или с ДНК – это сущая правда, – оно бесполезно, как непарный носок. У нас нет баз данных. Само собой, мы берем образцы почвы, но не можем сканировать их в каком-нибудь гигантском компьютере и, словно по волшебству, как в детективных фильмах, получить на экране название местности с такой почвой. Честно говоря, бюджет у нас скудный, поэтому экспертиза совершенно отсталая. Берешь образцы, и если у тебя когда-нибудь появится подозреваемый, начинаешь с ними работать. Берешь землю с места преступления и надеешься, что она идентична земле со двора преступника. Вот и вся польза от них.

Мы взяли измельченную горную породу, перо, цветок и при этом знали, что нам они ничего не дадут. Поэтому отправили их настоящим экспертам, которые могли дать о ним какое-то заключение. И ждали девять месяцев.

Кимберли зажмурилась.

– Не может быть.

– Никто не знал, – спокойно сказал Мак. – Пойми, никто не ожидал, что этот человек ведет такую игру.

– Вторую девушку он оставил в ущелье, ведь так? С галлоновой бутылью воды. В туфлях на высоких каблуках. В почти сорокаградусную жару. Но если б вы своевременно истолковали ключи…

– То есть если бы распознали в белом цветке стойкий тоиллиум, редкое растение, встречающееся только в районе площадью пять с небольшим квадратных миль – в ущелье Таллула? Или поняли бы, что перо принадлежит соколу-сапсану гнездящемуся в этом ущелье? Или узнали бы, что гранит найденный измельченным в ее туфле, соответствует взятым с тех скал образцам, или выяснили бы, что найденная в сумочке визитная карточка принадлежит представителю «Джорджия пауэр», компании, которая владеет ущельем? Конечно, знай мы все это, то, может, нашли бы ее. Но большая часть этих сведений поступила через несколько месяцев, а бедная Дианна Уилсон была уже мертва и похоронена.

Кимберли опустила голову, думая о несчастной девушке, одинокой, растерянной в глубине враждебного леса, пытающейся выйти из него по рытвинам и кочкам в туфлях на высоких каблуках, в черном платьице. Невыносимая, палящая жара. Ей стало любопытно, быстро ли выпила девушка воду в надежде, что ее скоро найдут, или с самого начала экономила, опасаясь самого худшего?

– А вторая пара девушек? – спросила она. Мак пожал плечами. Глаза его были мрачными, хмурыми. Закаленный профессионал, он старался казаться бесстрастным, но получалось это у него не лучшим образом.

– Мы все еще ничего не понимали. Как только тело Дианны вынесли из ущелья, все сделали вот какой вывод: некто похищает девушек и любит прятать их там. Принимая во внимание сильнейшую жару, шерифское управление округа Рабан повело себя логично, бросив все силы на обыскивание парка. Лишь через неделю стало ясно, что девушки там нет, но даже и тогда не было полной уверенности.

– Что представляли собой ключи?

– У Джози Андерс были белые пушинки на красном платъе, засохшая грязь на туфлях, четыре ядрышка в сумочке, а в кармане скомканная салфетка из бара, на которой был записан телефонный номер.

– Пушинки и ядрышки имели какое-то отношение к хлопчатнику – догадалась Кимберли.

– При дальнейшем изучении выяснилось, что пушинки сняты с семян хлопчатника. Ядрышки были из зерен хлопчатника. В грязи было высокое содержание навоза. А телефонный номер принадлежал Лайлу Берку, шестидесятипятилетнему пенсионеру-электрику, жившему в Саванне, который ничего не слышал ни об этих девушках, ни о баре «Рокси» где их последний раз видели живыми.

– Округ Берк, – проговорила Кимберли.

Мак кивнул.

– Хлопок – негодный ключ в таком штате, как Джорджия. Его выращивают в девяноста семи округах. Однако добавление телефонного номера… видно, убийца счел это спортивным. Теперь нам нужно было бы обыскивать всего восемьсот квадратных миль. Обрати мы внимание…

Голос Мака оборвался. Он ненадолго отвернулся от Кимберли; его кулак непрестанно разжимался и сжимался в бессильной досаде.

– Когда ты начал догадываться?

– Через два месяца после того, как нашли Кейси Купер на хлопковом поле. Пришли последние заключения экспертов, и мы сделали выводы. Обратили внимание на то, что девушки исчезали парами. В обоих случаях первую находили быстро, возле оживленного шоссе. И в обоих случаях вторую не находили долго; в конце концов она оказывалась в отдаленном и опасном районе. Однако на телах первых были указания на этот район. Черт, если б мы раньше поняли эти ключи, то нашли бы вторую девушку вовремя. Право, там можно было уловить какой-то смысл.

Мак раздраженно вздохнул, потом философски пожал плечами и продолжил:

– Мы создали опергруппу. Втайне от общественности. Работали поначалу за кулисами, выискивали лучших знатоков Джорджии – биологов, ботаников, геологов, энтомологов и так далее, наводили их на размышления об этом человеке и о том, где он может совершить следующее нападение. Нашей целью было упредить его. Это не удалось, но, во всяком случае, у нас появились специалисты, способные дать быстрые ответы, если нападение будет совершено снова.