Чтение онлайн

— Здравствуйте, — сказала она, не испугавшись. — Что вы здесь делаете?

— Могут быть проблемы, милая Элис. Я пришел дать мудрый совет и принес кое-какую защиту.

Это было ужасно интимно. Элис лежала в постели, согревшаяся и покладистая после сна. Уильям сидел так близко, что она чувствовала аромат гвоздики в его дыхании, запах апельсинов от его ладоней. Она взглянула на его губы, крупные, чувственные, и задумалась, каково целоваться с ним. Вряд ли перспективы, которые он представил ей, опасны, они лишь безрассудны.

Он взял ее за руку:

— Просыпайся, моя милая. Ты думаешь, что грезишь, но это не так. Сядь у огня и послушай мою историю, а потом можешь вернуться в свою уютную постель.

Элис позволила себя поднять и обрадовалась, когда выяснилось, что это он дрожит, а она больше владеет собой. Она улыбнулась:

— Если это не греза, то как ты мог войти в мою комнату?

— Это сложно объяснить. — Он снял со спинки стула вязаный платок в розах и накинул Элис на плечи. Надежно укрыл, подумала она. Взяла предложенную руку, и они уселись у огня. Он налил вина в кубок и подал ей, потом налил себе.

— Это, — он жестом обвел комнату, — когда-то был мой дом. Очень давно.

— Ты призрак?

Лицо его стало невыносимо печальным.

— Нет, я не призрак, не смертный человек, не волшебник. Что-то среднее.

— Но как…

— Сейчас это не важно. — Уильям снова взял ее руку. — Не хочу быть резким, но время мое коротко. Тебе нужно знать лишь то, что моя сестра была седьмым ребенком, Хранительницей Грааля, который жаждала заполучить та, которую называть не будем. Назовем ее просто «леди». Моя сестра столкнулась с ней, я заступился. И леди поставила условие: я был проклят, Грааль спасен.

Даже во сне Элис почувствовала, как холодок страха начал возвращаться.

— Не вижу, какова моя роль во всем этом.

Он на миг опустил голову, глядя в свой кубок, потом посмотрел на Элис:

— Написано, что через определенный отрезок времени появится женщина, которая попытается найти Грааль и разрушить чары. Она должна быть седьмой дочерью. Она должна быть из старого рода. Она должна прибыть из далекой страны и вести поиски сама. — Он поднял глаза. — Есть еще требования, это только начало. Продолжать?

— Да. — Элис произнесла это короткое слово как клятву.

— Если Грааль будет найден и перенесен на другую сторону, я смогу выпить из него и обрести свободу.

Казалось, все это его страшно утомило, и Элис, подвинувшись ближе, гладила его по щеке.

— Женщина появляется каждые двадцать восемь лет?

— Приблизительно.

— И как долго?

— Веками, — произнес он без интонаций.

— И за все это время никто не довел дело до конца?

Никто. — Он прижал ее руку к своей щеке, чуть повернул и поцеловал запястье. — Большинство не смогли против чар и дня устоять. Ты лучшая за последние две сотни лет.

Прищурившись, Элис высвободила руку. Из баллад и легенд она знала, что последует дальше.

— И ты должен соблазнить меня, верно? Заставить меня влюбиться в тебя?

— Да.

— Ты полюбишь в ответ?

— Мне это не нужно, — ответил он. — Но я не против.

— Тебе не нужно любить меня, чтобы разрушить чары? Только я должна любить тебя?

— Никто об этом прежде не спрашивал, — он, не уклонившись, встретился с ней взглядом. — Но за все, что я прошу, я могу предложить только честность.

Элис вопросительно подняла брови.

Он понурился:

— Мне не нужно любить тебя в ответ. Только соблазнить.

— Полагаю, волшебники не слишком славятся своими обязательствами.

Это вызвало у Уильяма удивленный смех, глубокий гортанный звук, пленявший, как все в нем.

— Лучше не скажешь!

Когда глаза их встретились, дрожь желания вспыхнула между ними, словно голубая электрическая дуга повисла в воздухе.

— Это не только я, — сказала Элис.

— Нет. — Он наклонился ближе. — Признаюсь, я восхищался твоим прелестным ртом с тех пор, как впервые увидел тебя в саду. — Его взгляд коснулся ее губ, рука, лежавшая на спинке небольшого диванчика, задела ее плечо.

— Если цель состоит в том, чтобы кто-то влюбился в тебя, почему лед и не превратила тебя в тролля или какое-нибудь чудище?

Его лицо застыло.

— Она хотела, чтобы я остался таким, как есть. — В его словах были стыд, ярость и что-то еще, чего Элис не могла определить.

— Ты ее…

— Игрушка, — хрипло сказал Уильям.

— Прости. — Снова ее потянуло положить руку на его щеку, кончики ее пальцев почти касались его уха.

Он наклонил голову, Элис почувствовала на своих губах его влажное дыхание, она качнулась ближе, его движения для нее были мучительно медленными, его нижняя губа задела ее рот так легко…

За окнами раздался пронзительный свист, и Уильям вскочил.

— Мне пора. Ты должна кое-что знать, чтобы оставаться в безопасности. Не ешь и не пей из их рук. Если встретишься с ними, выверни пальто наизнанку. И носи это, — он вынул из кармана резной деревянный браслет и положил на стол. — Он поможет тебе видеть их и знать, когда грозит опасность. — Теперь я должен бежать, а ты должна спать, прекрасная Элис. Хотел бы я остаться.

И он ушел.

Проснувшись субботним утром, Элис не сразу вспомнила свой сон. Солнечный свет, яркий и золотистый, лился в окна, ложился полосами на широкие доски пола, касался кровати, где она лежала. Она чувствовала себя необычайно отдохнувшей и смотрела в окно, за которым желтая роза добавляла великолепия утру.

Когда Элис повернулась, воспоминания нахлынули на нее: длинные светлые волосы Уильяма, его красивые руки, его признание, что он…

Она вскочила с кровати, вспомнив про браслет, который он оставил. Но конечно, его не было. Никаких признаков вина, хлеба или горевшего в камине огня. Все было так же, как она оставила вчера вечером. Стопка книг, ее записи, ручка, очки.

Нахмурившись, Элис потерла лицо. Ей явно надо выйти на свежий воздух и проветриться. Она умылась, оделась, собрала блокноты, ручку, которую приобрела за немыслимые двенадцать фунтов в местной лавке с канцтоварами. Элис надела очки, чтобы убедиться, что все разглядела, и сказала себе, что нужно пойти в библиотеку и навести справки о местонахождении Грааля в разные исторические времена. Это сосредоточит ее на главной цели приезда в Англию и даст материал для занятий на следующей неделе. И хватит глупого увлечения волшебниками.