Чаша роз
Шрифт:
Двигаясь как можно тише, Элис вскарабкалась на сучковатые ветки и заглянула через стену. Там была королева в длинном зеленом платье, украшенные лентами волосы падали ей на спину и руки. Склонившись к лютне, она играла и сладко пела дурманящую песню, чаруя своего поклонника, лежавшего с закрытыми, глазами на скамье, где солнечные зайчики играли с тенями.
Уильям!
На Элис нахлынуло внезапное видение, как этот рот впивается в ее губы, как руки жадно и горячо двигаются по ее груди… его плоский живот, его горестный вздох, его гортанный стон, когда он…
Словно ее мысли толкнули его, Уильям открыл глаза и смотрел прямо на нее. Королева ничего не заметила, но Уильям, сосредоточив взгляд, медленно сел, потом потянулся к стоявшей на столе чаше. Подняв ее в сторону Элис, он выпил, и она поняла вопрос.
Она похлопала по карману накидки.
Он наклонил голову в знак того, что понял, потом переключил внимание на Экейше. Встал, снял с волос кожаный ремешок и наклонился поцеловать королеву в макушку, она откинулась назад, и он что-то прошептал ей на ухо. Она рассмеялась, и Элис тысячу раз умерла, когда Уильям поглаживал шею другой женщины, коснулся ее груди, поднял на ноги и легонько подтолкнул. Элис четко услышала:
— Я буду через минуту.
Элис спустилась вниз по веткам и упала в мягкую траву. Экейше нырнула в дом, Уильям отпер ворота и кинулся к Элис. Они бросились друг к другу в объятия, сплетая руки, сливаясь в поцелуе.
Уильям отстранился и взял ее руки в свои.
— Ты принесла?
— Да. — Она распахнула накидку и вынула чашу из кармана. — И я принесла мед от сиамского кота.
У него вырвался смешок.
— Это, должно быть, Карран.
Он взял чашу длинными изящными пальцами, Элис вытащила пробку из бутылки. Наливая золотистый мед в золотистую чашу, она заметила, что Уильям учащенно дышит и руки у него трясутся.
Их глаза встретились, и Элис поняла три вещи сразу: что она без памяти влюблена, что Уильям ужасно благодарен ей, что он хочет любить ее в ответ, но не любит. Осознание этого молотом ударило ей в сердце, на миг остановив его. В глазах Элис закипали жгучие слезы.
— Пей, — сказала она.
— Ты любишь меня? — серьезно спросил он, держа чашу.
— Да, — прошептала она и заморгала, отгоняя слезы.
«Дура я», — думала она.
Дикий крик разорвал воздух, и Уильям оглянулся. Из окна на втором этаже, где в другом мире находилась спальня Элис, высунулась Экейше.
— Ты дурак! — кричала она. — Это тебя не спасет! Не так, как ты хочешь.
Уильям поднял чашу и выпил.
— Я с радостью приму смерть, если вырвусь отсюда, леди! — крикнул он и схватил Элис за руку. — Бежим, — сказал он ей. — Быстро, как можешь. Если я не доберусь до границы к тому времени, когда ее невидимые орды найдут меня, я обращусь в прах и все будет напрасно.
Элис плотно запахнула накидку.
— Ты мне этого не рассказывал!
Они бежали через мост, в открытое поле. Вдали послышался наводящий ужас звук, похожий на вой волков, и Элис вдруг подумала о Кристал.
— Мне нужно найти Кристал! — крикнула она. — Я не могу оставить ее тут!
Уильям замер.
— Если мы не выйдем отсюда, я умру.
— А я нет. — Она вырвала руку. — Беги, я сама ее найду.
— Нет, — горячо сказал он. — Мы вместе покинем это место, я тебя одну не оставлю.
В его лице появилось что-то, чего она не замечала раньше, щеки запали, волосы утратили блеск… Сердце у нее сжалось.
— Беги без меня! Я не могу ее оставить. Она околдована, как был ты.
— Тогда мы оба найдем ее!
Они повернулись, вой все приближался.
— Они пришли за тобой в тот день на лугу? — спросила Элис.
— На лугу?
Она смотрела на него, вспоминая.
— Правильно, ты не помнишь визиты в мир людей в человеческом обличье. На лугу, где ты ел пирог.
Он выглядел бледным, седым.
— Это я бы сделал.
Уильям старел у нее на глазах. С внезапной решимостью она спросила:
— Где другой портал в это место?
— В пабе, конечно.
— Тогда выходи через этот, — сказала она, — и встретишь меня в пабе с другой стороны. Это ты можешь сделать?
— Нет, я…
Волки подходили все ближе. Уильям колебался, и с пронзительной печалью Элис видела в нем капризность пожилого человека, утратившего силу и бодрость юности.
— Ты умрешь раньше, чем волки сюда доберутся, — сказала она и энергично толкнула его через портал, задохнувшись от внезапного холода и снега у ног. Толкнула так, что он налетел на стражника. Оба споткнулись, а она метнулась назад, в Страну вечного лета.
Вывернув наизнанку накидку, Элис бежала со всех ног. Когда она добралась до Хай-стрит, дыхание ее превратилось в хриплые, рвущие легкие вдохи. Было многолюдно, базарный день, все прилавки завалены розовыми персиками, спелыми помидорами, запах пряных трав смешивался с ароматом свежего хлеба. «Лорды и леди» группками прогуливались по рядам, весело болтали, смеялись, их смех звучал как симфония, псе они были еще красивее, чем в прошлый раз, от красоты всевозможных форм и цветов кружилась голова. Никто не обратил на Элис ни малейшего внимания.
В какой-то момент она опасно покачнулась и оперлась рукой о стену. Горло пересохло, в животе урчало. Ей нужно пройти в паб, посмотреть, там ли Кристал.
Сквозь туман соблазна она вспомнила, что в накидке есть фрукты, и ощупывала ткань в поисках карманов. В спешке она уронила накидку, а когда надела, забыла вывернуть ее наизнанку, и вдруг безмятежная картина изменилась.
— Человек! Там! — крикнула грациозная брюнетка, закутанная в сапфирового цвета ткань.
Все головы повернулись к Элис, она отпрянула, пытаясь думать. Сунув фрукты в рот, она скользнула в переулок и вывернула накидку. Прижавшись к дверному проему, она ждала. Казалось, прошло много времени, прежде чем толпа вернулась к покупкам и сплетням. На булыжники ложились длинные тени. Осторожно Элис вернулась на улицу, придерживая на плечах вывернутую накидку. Надо было сделать это с самого начала!
— Не все одурачены, — сказал сидевший на подоконнике черно-белый кот, Элис посмотрела на него, но он только помахивал хвостом и моргал, когда она прошла мимо.
Наконец она добралась до паба и распахнула дверь. Ослепительная сцена: танцы, музыка, праздник во всех проявлениях невоздержанности.
Элис, крадучись, обходила танцующих и у камина увидела Кристал, притоптывающую в такт музыке. Девушка раскраснелась, но в остальном выглядела как обычно. Рядом с ней, оберегая, сидел Лейт, целовал, кормил фруктами и порой так касался ее лица, что Элис стало его жаль. Могут ли волшебники любить?