Чтение онлайн

Лэш дралась спокойно и сосредоточенно — это людям свойственны такие второстепенные эмоции, как азарт, ненависть, страх и прочая дребедень. В бою побеждает точный расчет и хладнокровие, а уж с хладнокровием-то у Лэш было все в порядке… Звучит как каламбур, для тех, конечно, кто знает истинное положение вещей.

Наконец мастер выдохся окончательно и, отсалютовав Лэш клинками, присел на ступеньки рядом со мной, отдуваясь и истекая потом.

— Вот чертовка! — В его голосе сквозит искреннее восхищение. — В другое время я бы голову отдал за то, что она не человек.

— А она и не человек… — спокойно отвечаю я. — Она эльф. Лэш, сними шлем…

Страж покорно стянула с головы железный колпак. Разумеется, никакого забрала — зачем сужать обзор стражу, тем более что рана в глаз для нее не смертельна и даже не опасна. А вот мозг беречь стоит, хотя и на нем свет клином не сошелся. Теперь Улло впервые увидел ее уши, выдающие ее происхождение так же ясно, как чешуя с крыльями характеризует дракона.

Я, конечно, отнюдь не собирался сообщать мастеру все как есть. Во-первых, потому, что он, как и любой слишком возомнивший о себе правдоискатель, тут же бросится в драку, и, во-вторых, просто по привычке — Учитель в свое время не раз обращал мое внимание на то, что слишком много говорить вредно для здоровья.

— С ума сойти, у нее даже дыхание не сбилось! — восхитился мастер.

«Еще бы оно сбилось, — подумал я про себя. — Лэш вообще не дышит, то, что он видит, всего лишь маскировка, декорация…»

— Мы мало знаем о способностях эльфов, — высказался я с глубокомысленным видом.

— Да уж… — Улло смахнул с плеча капли пота. — Жарко сегодня… скажите, хозяин, а вы что, никогда не снимаете перчатки? Упрели небось?

Настроение у меня испортилось, хотя он, возможно, и не хотел меня задеть. Конечно, ритуал слияния разумов опасен, и его последствия могут быть самыми пренеприятнейшими. То, что я отделался лишь руками, — не более чем просто везение. Большое везение, скажем так. Мог и вообще превратиться в какого-нибудь урода. А то, что теперь руки по локоть покрыты чешуей и пальцы заканчиваются впечатляющими когтями, так это не беда. Малая плата за то, что я приобрел. На что похож был Учитель к концу ритуала, я и вспоминать не хочу. Тошнит.

А приобрел я немало… и сложно сказать, кто я сейчас больше — ученик Берг или Учитель. Наверное, все же ученик… По крайней мере, мыслю я, как тот же самый Берг, что корпел над книгами без особого к тому стремления еще несколько дней назад. Но теперь у меня немного другая память, я все еще помню свое детство и первую встречу с Учителем, но я помню и его детство, помню, как свое… Воспоминания накладываются одно на другое, и некоторые моменты я вижу сразу с двух сторон — забавное явление. Но воспоминания — это так, мелочь. Важно другое — я знаю и умею все, что знал и умел Учитель… Вернее, не так. Знаю все, а умею больше — слияние разумов сильно повышает способности к магии, особенно если они есть у обоих, — и я уверен, что сейчас вряд ли найдется маг сильнее, чем я. Я знаю содержание книг, даже тех, к которым еще не прикасался, и умею применить эти знания. Мне стали известны планы Учителя в отношении Чаши, более того, теперь это мои планы… и не важно, что неделю назад мне было наплевать и на власть, и на деньги, — теперь у меня другие желания, мои… и немного не мои.

— Язвы, — пожал я плечами, отвечая на вопрос мастера. — А перчатки пропитаны лекарством.

— А девчонка хороша, — вздохнул он мечтательно. — Знаете, хозяин, мне же ее, по сути, и учить-то больше нечему. Все приемы, что я ей показал, она уже лучше меня знает. И применяет успешно. — Он скосил взгляд на царапину, которая перестала кровоточить, но наверняка напоминала о себе.

— Она способная, — заметил я равнодушно.

— Ага. А в постели небось тоже… способная? При мысли о постели к горлу подступила тошнота. Я один раз попробовал заняться этим с Лэш — надеюсь, более гадких воспоминаний в моей жизни никогда не будет. Нет, она, конечно, не отказала… но вы пробовали когда-нибудь заниматься сексом с русалкой? С холодной, мокрой, скользкой, бр-р… Так вот, это было еще хуже… Мало того что совершенно холодная, так еще и абсолютно равнодушная… отвратительно, тем более что мне было с чем сравнивать. Тогда, после этого крайне неудачного и неприятного эксперимента, я отправился в город и купил двух молодых рабынь, благо сундук с золотыми марками теперь оказался в моем распоряжении. Конечно, этим двум девушкам было далеко до эльфийки, какой она была тогда… в первый раз. Но и то, что получилось, не шло ни в какое сравнение с этой холодной… рыбой. Одна из них, черненькая, была весьма и весьма неплоха… Может, и не стоило ее убивать пока, но я снова не сдержался. Теперь они лежат в ваннах с раствором, который предохраняет их от разложения. Из девочек получится пара неплохих зомби… когда время придет.

— Она во всем способная…

— Странно все это, — задумчиво пробормотал он.

— Что?

— Ну, это вот. Девка эта… Я, кстати, об эльфах много чего слышал. И с людьми они обычно любовь не крутят. Да и еще… Я, к примеру, слышал, что здесь живет старик-отшельник, нелюдимый и одинокий. А тут вы распоряжаетесь как у себя дома. Странно… И старика-то не видно, вот в чем вопрос, а? А с деньгами у старика, говорят, проблем не было… тоже интересно, верно?

Угу, есть такая фраза: «Умный-умный, а дурак». Это про него… Держал бы свои соображения при себе, прожил бы дольше. Немного. Разумеется, в мои планы ни в коей мере не входило отпускать его живым, но по крайней мере еще пара дней была бы его. С другой стороны, если он научил Лэш всему, что знал, зачем он мне нужен? Мало ли, еще убежать попробует. Вряд ли получится, но все одно — беспокойство. И вообще, когда человек начинает задавать слишком много вопросов, ему следует укоротить язык. По самую шею.

— Лэш! — позвал я, чуть повысив голос. Необходимости в этом особой не было, поскольку она, как и положено, была рядом, но мне хотелось некоторой картинности, что ли. — Лэш, этот человек мне больше не нужен.

Мастер Улло, надо отдать ему должное, все понял совершенно правильно, то есть у него ни на мгновение не возникла мысль о том, что сейчас ему сполна заплатят и отправят восвояси. Он понял, что сейчас его будут убивать. И реакция у него была великолепной — я еще не закончил фразу, а он уже взлетел со ступенек и готовился встретить атаку Лэш, которая спокойно шла на него, поднимая оружие.

Теперь, когда была получена команда, Лэш уже не сдерживала ни свои реакции, ни новоприобретенное умение владеть мечами. Спустя несколько секунд в глазах у мастера появилась тоска — он осознал, что сопротивляться ему недолго. Он еще пытался уйти в глухую защиту — совершенно неэффективный прием в стычке с не знающим усталости стражем, но не помогло и это.

Стальной вихрь пробил его оборону, и мастер отпрянул назад, зажимая рассеченное на пару пальцев вглубь левое предплечье. Пальцы раненой руки разжались, выпуская глухо звякнувший о камни клинок. Мгновение — и он не сумел отбить очередкой выпад, а набухшая кровью полоса пересекла мускулистую грудь.

— Не изруби его на куски, Лэш! — прикрикнул я. — Он нам еще пригодится. Тело хорошее, зомби выйдет что надо.

Улло зарычал от бессильного бешенства, а затем…

Все-таки он был мастером. Не знаю, лучшим ли, как говорил он сам, или просто весьма и весьма неплохим. Во всяком случае, умирая, он явно решил продать жизнь подороже. Движения и его, и Лэш были так быстры, что я едва успевал их заметить.

Раз… И его правая рука бросает меч и ныряет за пояс штанов.

Два… Лэш делает выпад правой, но мастер уклоняется от лезвия.

Три… Он выбрасывает руку вперед, что-то блестящее срывается с его пальцев и летит ко мне.

Четыре… Правая рука Лэш еще в движении, и она не может остановить предназначенный мне нож клинком. Она принимает его в плечо.

Пять… Ее левая рука вгоняет меч в живот мастеру. По самую рукоять.

Шесть… Правая рука, ничуть не утратившая подвижности, пронзает сердце. Этот удар уже лишний, он и так мертв.

Я встал со ступенек и потянулся. Где-то в глубине души теплилась крохотная искорка благодарности к стражу, принявшей на себя предназначенный мне удар. Совершенно неуместное чувство — она ведь именно для этого и создана. Эльфийка спокойно смотрела на меня, ожидая приказаний, совершенно не обращая внимания на торчащее из плеча лезвие.