Чтение онлайн

– Какого дьявола? – про себя удивился О’Брайен. Он думал быстро и нашел объяснение. Все ошибочно решили, что он выразил желание, чтобы Истара жила с ним. И поторопился добавить спасительную «оговорку».

– Я буду жить в помещениях возле подъема на крышу. Рядом со мной будет жить Эдриси как стражник моих дверей. Остальные помещения будут разделены. В одних будет жить Истара, в других Тигра сможет дожидаться, пока предстанет передо мной.

Говоря, О’Брайен следил за лицами этих троих. И увидел на них улыбки облегчения и благодарности. Очевидно, он не только вышел из трудного положения: при этом все остались довольны. По его жесту Эдриси пошел дальше. Он шел за ним с улыбающейся Тигрой и с Истарой, а в нескольких ярдах за ними шли три жреца в черном и толпа девушек-служительниц.

Проходя через комнаты, О’Брайен отвел помещения царственным жрицам и велел им остаться. Истара с мягкой покорностью поклонилась и ушла вместе со своими служительницами в розовом. Тигра попыталась использовать обольщение, чтобы остаться с повелителем воздуха, но Эдриси очень вежливо закрыл ее в помещениях, которые выбрал для нее американец.

Когда молодой шейх, закрыв дверь, повернулся, О’Брайен встретил его улыбкой. Он начал подозревать, что спокойный остроглазый шейх Бени Ад обладает неплохим чувством юмора.

– Отличная работа, Эд, – заметил он. – На какое-то время мы от женщин освободились. Перейдем к царскому раздеванию. Эти яркие блестки и уборы, может, и высший стиль, но в них очень жарко.

Он снял тяжелую, украшенную рубинами корону и перешел на арабский.

– Ванна вполне приемлема для того, кто пролетел через пустыню.

Проницательные глаза Эдриси расширились при виде совсем не величественной улыбки повелителя воздуха. Но О’Брайен верно оценил его. Там, что любой другой ваалит стоял бы, разинув рот, молодой шейх легко приспособился к легкому настроению сверхъестественного гостя. При упоминании ванны он понимающей улыбнулся и с поклоном провел О’Брайена в одну из комнат под крышей.

– Ничто не скроется от повелителя воздуха, – сказал он. – Ваал знает все тайные пути, ему известно все, что знал Бени Ад. А жрица Обитателя Ирема слепа к священным путям.

О’Брайен собирался задать вопрос. Кто такой этот загадочный Обитатель Ирема? Но прежде чем он смог заговорить, Эдриси нажал на ключевые камни в стене. Большая, но прекрасно уравновешенная алебастровая панель скользнула в сторону. О’Брайен увидел узкое отверстие, за которым начиналась лестница. Эдриси предложил ему снять корону и пройти вслед за ним в отверстие. Когда О’Брайен вслед за проводником начал спускаться, плита за ним с легким шумом вернулась на место.

У основания лестницы находился отсек без видимого выхода. Эдриси открыл незаметную каменную дверь в стене, и они вошли в богато обставленную комнату из пурпурного порфира. В дальнем ее конце бронзовая дверь преграждала вход. Эдриси открыл ее и хлопнул в ладоши. Немедленно появился десяток почти обнаженных служителей-мужчин. При виде короны О’Брайена и его богатого одеяния они склонились к его ногам.

Эдриси заметил, что американец нетерпеливо нахмурился, и резко приказал служителям встать. Но никто из них не решался прикоснуться к «Ваалу», поэтому Эдриси сам снял с него священные драгоценности и одеяние. После этого служители принялись за привычную работу, они проворно раздели О’Брайена, хотя его одежда, должно быть, была им совершенно незнакома.

Во время этого процесса О’Брайен заметил, что Эдриси взял в руки пистолет. Любопытство преодолело его страх перед громовой трубкой. Он всматривался в ствол, а пальцы его играли с курком. Если бы он случайно снял пистолет с предохранителя, его мозги могли бы разлететься.

О’Брайен рывком отобрал пистолет у молодого шейха и отдался – и буквально, и в переносном смысле – в руки служителей. Хотя они были полны благоговения, страха и удивления перед его огненными волосами, ярко-голубыми глазами и молочно-белой кожей, профессиональное мастерство им не изменило. Как только он был готов, его отнесли в мраморную ванную комнату, которая соперничала с ваннами Рима в самый его расцвет. Его погрузили в горячую ароматную воду, его вымыли молоком, вином и водой с розовым маслом, натерли шампунем, массировали и умастили стимулирующими и ароматными маслами.

Наконец, с прояснившейся головой, приободрившегося и оживленного, его отвели назад, в комнату для одевания, и дали одеяние из легкого белого льна и красные кожаные туфли. Взмахом руки он отпустил служителей. Когда Эдриси закрывал за ними дверь, О’Брайен спрятал пистолет в шали, служившей ему поясом. Тем же путем, каким пришли, они вернулись в роскошные верхние помещения; Эдриси нес корону, одеяние и другие принадлежности повелителя воздуха.

– Отличная работа, Эдриси! Теперь мы назначаем тебя главой информационного бюро, – провозгласил О’Брайен.

Он уселся на парадный диван и на своем лучшем арабском языке сказал, что готов выслушать все, что шейх Бени Ада может сказать относительно ситуации в общем и в частности обо всем, что связано с султаншей Тигрой. Конечно, глаз Ваала видит все под небом, но последнее жилище повелителя воздуха находилось очень далеко от Чаши, и даже большие дела на расстоянии кажутся маленькими.

Эдриси не нужно было подталкивать. Он сразу начал говорить, красноречиво и энергично, довольный представившейся возможностью высказать множество аргументов против Тигры, чтобы можно было избежать ее уговоров и колдовства. Играя свою роль, О’Брайен вынужден был пропускать множество ссылок и заявлений, которые были ему совершенно непонятны. Но к сумеркам, когда наконец у Эдриси истощился поток фактов и обвинений, американец приобрел – прямо или косвенно – множество фрагментарных знаний о Чаше Ваала и ее жителях.

Ноадиты, свирепые дикари, живущие за черной горой, были самыми первыми обитателями Чаши. Традиция утверждает, что они проклятые потомки забытого народа, построившего черный храм в Иреме и исчезнувшего из сада до прихода адитов. Из-за своих грехов адиты были изгнаны из Ирема врагом – пожирателем. Под водительством Шеддада они договорились с людьми Бени Ассура, пришедшими с севера, из Обители Пустоты, то есть из пустыни, вероятно, Ассирийской. Вместе Бени Ад и Бени Ассур изгнали ноадитов за черную гору и построили город-башню Ваала.

Люди Бени Ассур владели оружием, их глава всегда предводительствовал в битвах. Но во времена мира править могла только богиня-жрица Бени Ад. Только она знает тайный путь, по которому можно пройти в Ирем, и только она приносит голубой цветок с исцеляющего древа для ежегодной жертвы; если не будет этой жертвы, пески пустыни заполнят всю Чашу, кроме Ирема.

Богиня-жрица должна быть девственницей, избранной жрицей и подготовленной ею; предшествующая жрица сообщает ей тайный путь в черный храм Обитателя Ирема. Так было все века с заключения договора. Но в последнее время темные потомки Абу Ассура отвернулись от Ваала, бога дня. Они сделали его серебряную сестру Иштар тождественной тьме, которую она всегда рассеивает своей лампой, и осквернили поклонение ей грязным ноадитским культом злого змея Обитателя Ирема.