Чтение онлайн

— Ну, вокруг много чего такого, во что трудно поверить, — говорит Джей-Джей, — так что давай, рассказывай.

И я рассказываю. Вначале возвращаюсь назад во времени и рассказываю им, что источником заражения и распространителем болезни была Дженна, которую сожгли заживо. Что Ксандеру нужен еще один источник заражения, что Шэй пропала, и что последний раз ее видели, когда она входила в исследовательский центр, дверь в который теперь заперта.

— Должно быть, она в тихой комнате, — высказывает предположение Беатрис, — поэтому не слышит нас и не отвечает.

— Итак, давайте подведем итог, — говорит второй мужчина, кажется, Патрик. — Ксандер хочет создать новый источник заражения из выжившего. Шэй заперта в тихой комнате. Должно быть, он планирует использовать ее. Свою собственную дочь? — Он качает головой.

— Я не понимаю, — вступает в разговор Елена. — Зачем ему это нужно?

— Он как Фрейя, — говорю я. — Считает, что выжившие лучше обычных людей.

— Хочет, чтобы все умерли, да? — догадывается Патрик. — И чтобы на земле остались одни выжившие.

— И те, у кого иммунитет. — добавляю я.

Джей-Джей качает головой.

— Не могу поверить, чтобы Фрейя была замешана во всем этом, — говорит он, но другие, похоже, не разделяют его сомнений.

— Есть и еще одна новость, — говорит Патрик. — Сюда направляется вооруженный отряд. Мы не уверены, кто они и чего хотят. Мы следим за ними на расстоянии. Но они, похоже, направляются туда же, куда и мы.

— Вы имеете в виду, в общину?

— Да.

Время остановилось. Прямо как тогда, когда меня держали в изоляции в больничной палате военного госпиталя. Нет никаких вех, чтобы отмечать его. Не могу сказать, нахожусь я здесь несколько часов или дней. Нечего есть, нечего пить, нет туалета. Правда, у выжившего свои преимущества. Я проникаю внутрь себя, рециркулирую телесные жидкости, отыскиваю неиспользованные жиры и мышцы и выделяю из них питательные вещества, чтобы поддерживать силы на случай, если они мне понадобятся.

До меня уже давно доносится какой-то шум: что-то передвигается, что-то гремит, возможно, стучат молотки, но все заглушается толстыми стенами. Стекло в двери теперь закрыто. Что-то строится вокруг этой комнаты, и я боюсь, что знаю ответ: тихая комната превращается в топку.

Наконец слышу щелчок микрофона.

— Шэй? — доносится до меня голос Ксандера.

Я сначала думаю не отвечать ему, но… нет. Хочу услышать это от него, своего отца. Пусть скажет сам. Словами.

— Почему меня заперли?

— Ты намеревалась предать меня. — В его голосе определенно сквозит печаль.

Я отвечаю словом из четырех букв и присовокупляю еще парочку для комплекта.

— Говорят, это признак ума — знать, когда и как выругаться. — Он веселится. — Ты такая умная, что, полагаю, и сама уже обо всем догадалась.

— Давай посмотрим. Замкнутое пространство, сильный огонь. Еще один источник заражения, чтобы очистить мир для выживших. Так?

— Да. Ты станешь сияющей путеводной звездой для своих людей.

— Ты ненормальный. Безумец. Я не считаю тебя своим, и мне плевать, что ты мой отец, это ничего не меняет. Ты больной на всю голову.

На этот раз он смеется вслух.

— Разве это безумие — хотеть спасти мир? Разве можно назвать безумным желание вылечить нашу планету от той заразы, что зовется человечеством? Остановить разрушения и загрязнения, которые предположительно разумные люди творят каждый день? Разве безумие — желать положить конец войнам, страданиям и голоду?

— Нет, но это зависит от того, каким путем ты хочешь к этому прийти.

— Путь только один. Мы очистим планету и сами выберем, кого спасти. Теперь, благодаря тебе и Ионе, мы знаем, как. Начнем с нескольких избранных в Мультиверсуме.

Так же, как было с Фрейей, мне незачем видеть его ауру, чтобы понять: он в это верит. Верит всем сердцем, что это единственный путь.

Кто может сказать, что в этом нет зерна правды, что человечество не уничтожит себя и не погубит планету? Даже без ментальных фокусов, которые не могут воздействовать на меня в этой комнате, сила его убеждения потрясает. В его изложении все выглядит таким обоснованным и логичным.

Но здравомыслием тут и не пахнет. Убить миллиарды ради спасения немногих? Чем он собирается это оправдать?

Несмотря на все мои теперешние страдания, я не хочу умирать. Каждый вдох, который я делаю, бесценен, и он — мой. Чем больше мы будем говорить, тем дольше я смогу прожить.

— Значит, именно это ты делал с самого начала на Шетлендах? Пытался создать больше таких, как ты, больше выживших?

— Конечно. Хотя я даже не представлял, насколько быстро распространится эпидемия с помощью Дженны. И скоро это повторится. Наконец-то мы направляем эволюцию, а не просто переживаем ее.

— Нет. Я остановлю свое сердце до пожара. Если я уже буду мертва, у тебя ничего не получится.

— Я тебе не верю, — возражает он. — Ты до самой последней секунды будешь бороться за жизнь. Но на случай, если попытаешься так сделать, избавь себя от хлопот: если ты не станешь тем, кем нам нужно, следующая попытка будет с Ионой. После этого — с Беатрис. Потом с Еленой.

Возможно, он и вправду понимает меня лучше, чем я думаю. И я тоже начинаю больше понимать его.

— Ты специально принес эпидемию в общину? Устроил так, чтобы зараженные люди пришли и распространили ее?

— Печальная необходимость: чтобы найти способ лечения, тебе нужны были больные.

— И сначала не вышло. Тогда ты привел еще людей с фермы и позаботился, чтобы они заразились. Так?

— Тебе требовались пациенты для поиска истины. И Иона тоже. Ты наконец показала нам путь. Но довольно твоих вопросов, Шэй. Теперь я хочу кое о чем тебя спросить.

— В самом деле? О чем же?

— Мне все еще интересно знать о связи, которую Келли, похоже, имеет с Дженной, о том, как она действует. Она рассказывала тебе еще что-нибудь?