Чат

Приходилось ли ему наблюдать, как жизнь покидает глаза близкого человека? В последнее время слишком часто. И каждый раз, из самой их глубины, со дна глазного яблока вылезала костлявая пятерня смерти с гнилыми обломанными когтями, чтобы забрать свое – очередной увесистый кусок его души.

Июнь, 2016 год, Сирия, Алеппо

Грохот бомбардировок с возрастающей силой разрывал барабанные перепонки. Уже совсем близко. Насколько это было возможно, он приподнял голову, чтобы точно определить численность боевиков. Один, два, три… Столб пыли, поднявшийся с горной местности после взрывов, усложнил задачу. Он зафиксировал винтовку и навел прицел на укрытие противника. Тридцать боевиков.

Автоматная очередь отрикошетила от лежащих рядом камней. Он успел увернуться и буквально вгрызся в землю. Наступила минутная тишина. В голове звенело, и только скрежет песка на зубах давал знать о том, что он не оглох. Из логова противника прозвучали отрывки арабской речи. Невыносимая жара. Кожа плавилась под плотной формой. Пот струями стекал по лбу и, добравшись до рта, разъедал потрескавшиеся пересохшие губы.

Он медленно повернул голову и посмотрел в сторону. Двое ребят из его группы были ранены, но пребывали в сознании. В метре от него без движения лежал лейтенант Крылов. Пуля пробила его защитный шлем и вошла прямо в глаз, оставив кровоточащую зияющую дыру. Он потянулся в сторону мертвого лейтенанта, одной рукой отстегнул шлем и закрыл неповрежденный глаз, после чего вытащил из его ботинка гранату и вернулся на свою позицию.

Сержант Давойлов по левую сторону подал ему сигнал из укрытия и открыл огонь по боевикам. Ответ не заставил себя ждать.

Он достал рацию.

– Сорок пятый, я Юпитер. Нужна помощь! Прием! – Он сделал секундную паузу и снова монотонно отчеканил в связное устройство: – Сорок пятый, я Юпитер. Нужна помощь! Мы окружены. Прием!

Следующий снаряд прогремел так близко, что ему пришлось ухватиться за каменистый выступ, чтобы не отбросило взрывной волной. Снова прозвучали выстрелы. Режущая боль мгновенно пронзила левое плечо. Он обмяк, но не потерял сознание и продолжил крепко держать винтовку, нацеленную на врага, правой рукой. Пуля прошла навылет.

Один, два, три, четыре… Спуск. Количество противников уменьшилось. Теперь в прицел он смог определить двадцать две движущиеся мишени.

Где-то вдалеке послышался рев вертолетов. Помощь уже была на подходе, но последующая атака боевиков беспощадно свела шансы на спасение их группы до минимума. Он почувствовал, как силы покидают его, и ничего не мог с этим поделать. Потеря крови была слишком велика. Все окружающие его звуки постепенно стихли. Он больше не реагировал на взрывы снарядов и спустя минуту потерял сознание.

6 декабря 2021 года, понедельник, Москва, галерея «Боско»

Виктория Зернитская, известная в сети под ником ВиЗер, сидела в кафе галереи «Боско» на Неглинной и медленно потягивала гранд капучино.

«Ну где же носит Алку!» – с раздражением подумала Вика. Она никак не могла привыкнуть к тому, что ее подруга постоянно опаздывает. Как ни крути, а богатым все сходит с рук. Алла Ровальская, жена неприлично состоятельного бизнесмена, могла позволить себе любой каприз. Постоянные опоздания как раз входили в список ее капризов.

В течение получаса Вика успела получить от подруги шесть сообщений. В каждом из них Алла извинялась за задержку и обещала быть на месте через пару минут. Учитывая тот факт, что у Зернитской с молодости аллергия на опоздания, она неплохо держалась. Ровальская была, наверное, единственной на этом свете, кому она могла простить регулярные задержки.

«Ладно, подожду еще чуть-чуть и, если она не явится через четверть часа, поеду домой». С этими мыслями девушка в который раз кинула недовольный взгляд на наручные часы. Тяжело вздохнув, она быстро посчитала в уме, сколько ей придется заплатить за парковку в ЦУМе.

Зернитская еще раз осмотрелась по сторонам, но уже не в поисках подруги. Чувство тревоги скользкими щупальцами сдавило горло. Снова это мерзкое ощущение, что за ней кто-то наблюдает. Может, просто усталость? Так и до паранойи недалеко!

Материал, над которым работала Вика последнюю пару месяцев, отбирал у нее все больше сил и энергии. Трафикинг – как тяжелый камень на шее. Он беспощадно тянул ее за собой в мутный водоем на самое дно. Ни одна тема, над которой она работала раньше, не вызывала у нее такого отторжения и одновременно рвения закончить репортаж, чтобы донести до публики. И уже неважно, с чего все началось. Важно только одно – закончить начатое. Все-таки жутко осознавать, что человечество не избавилось от рабства и вряд ли когда-нибудь избавится. Поломанные судьбы и искалеченные жизни – замкнутый круг.