Чтение онлайн

Тем временем торги разгорались все с большей силой. Пока интересовались только другими девушками. Мужчины, сидевшие на нижних рядах, указывали пальцами, то на одну, то на другую. Ругались между собой, постоянно подзывая к себе торговцев и называя все более высокие цены.

В среднем молодая девушка стоила от 10 до 50 тысяч динаров. И это я вам скажу не малые деньги. Торг начинался с 10 тысяч и чаще всего заканчивался около 30.

В итоге, высокие и стройные красавицы покорно шли навстречу нелегкой судьбе. Затравленно озираясь по сторонам, несчастные видели в глазах своих мучителей похоть, а на лицах блудливые улыбки.

Через некоторое время торговец взошел ко мне на помост и поднял руку, призывая к тишине.

– Достопочтенные господа, жемчужина сегодняшнего мероприятия, - он указал жестом на меня, - Цена – 100 тысяч динаров!

У меня округлились глаза. Сто тысяч динаров! Ого, дорого же я стою!!!

Тучный покупатель, который был первым в «Доме порхающих» засунул последний кусок курицы в рот, бросил пустую грязную тарелку на пол, встал и ушел, явно не имея таких денег.

А, вот вам всем! Может меня за такие деньжищи вообще никто не купит, а потом я тихонечко сбегу отсюда. Эх….

Покупатель в тюрбане в миг посерьезнев, обхватил свое лицо пальцами одной руки и, сжав подбородок, погладил небольшую бородку, явно раздумывая, стою я таких денег или нет.

– Этот женщина действительно очень красив, поэтому я дам тебе за нее два раза по десять тысяч динаров, - объявил второй покупатель.

– Ооо, уважаемый, торги ведутся от названной цены товара. А ее цена – 100 тысяч, - работорговца было не просто сбить с толку.

Воцарилась тишина. Гость долго думал, но все же решился:

– Сто и одна тысяча динаров, - наконец выкрикнул иноземец в тюрбане.

Толпа, наблюдавшая за торгом, заохала, зашумела. Одни галдели, что я не стою этих денег. Другие хотели меня раздеть и посмотреть, что же во мне такого, что цена такая высокая. Но, Слава Богам, пока основные претенденты не пожелали обнажить мое тело, то этого и не сделают.

Крик откуда-то слева заставил всех замолчать:

– Сто десять тысяч динаров!

Я обернулась на голос и узнала в кричавшем – Али-Мустафу – посланника своего повелителя Ширана, известного ценителя женской красоты. Я слышала, что его гарем насчитывает более двух тысяч наложниц.

Он то и его надсмотрщики знают, как переправлять рабынь по назначению, что бы они никуда не делись. Я там и квакнуть не смогу. Не то, что сбежать.

Толпа тем временем загудела пуще прежнего.

Я перевела взгляд на таинственного и молчаливого гостя в капюшоне. Он не ушел, но и в торгах не спешил участвовать. В этот момент он величественно поднял руку в черной перчатке и подозвал торговца к себе.

Рабовладелец опрометью побежал к господину в черном плаще, и благоговейно склонился к нему, повинуясь жесту. Покупатель что-то сказал мужчине в шароварах, тот подпрыгнул и побежал обратно на помост.

Поднявшись, торговец, не теряя ни минуты, озвучил решение господина:

– Двести тысяч динаров! Продано!

Что тут началось! Толпа ревела, мужик в тюрбане расколотил тарелку об каменный пол, и все сладости, что лежали на ней разлетелись в разные стороны. Али-Мустафа смачно сплюнул на дорогу, вскочил в седло своего скакуна и, подняв столб пыли, ускакал прочь. А меня сразу же схватили, надели черную еле прозрачную ткань на голову, которая окутала меня до самых пяток и увели с арены.

Через два квартала, петляя узкими улочками, меня вывели к экипажу, где у открытой дверцы стоял мой хозяин, все так же скрываемый плащом с капюшоном.

И мое сердце предательски дрогнуло. Нервы, натянутые до предела, не выдержали, и я сорвалась, выплескивая весь ужас в своем крике. Потом рванувшись из рук конвоя, побежала прочь. Охранники кинулись следом, а мой хозяин мне наперерез.

Я уже почти была в его руках…. В руках моего, наверное, мучителя, как удар палкой по спине свалил меня с ног. Я упала в пыль, но тут же была подхвачена сильными руками. Меня понесли, голова кружилась, и последнее что помню - меня сажают в экипаж. Дальше многострадальное сознание отключилось.

Александр Раварта.

Я нашел ее на острове Хель. В «Доме порхающих».

Взяв с собой в помощники Ленни - одного из офицеров с «Гарбия», я рванул по всем «домам», молясь, что бы ее не отправили на невольничьи рынок сразу.

По пути за не большое вознаграждение мне удалось выяснить, куда именно были отправлены описанные мной девушка и четверо мужчин.

Этой же ночью, ближе к рассвету, когда даже вечно не спящий город опустел, я и Ленни пробрались к каменному забору, окружавшему красивый дом и сад. И пока я, то с востока, то с запада обходил территорию, прикидывая, то так, то эдак, как выкрасть Джаянну из этого ужасного места, Ленни набили морду, и связали по рукам и ногам, как говориться, без шума и пыли.

Вывернув из-за каменной ограды и увидев в свете луны эту поразившую меня картину, я достал саблю, приготовившись к драке. Но в предрассветных сумерках услышал знакомый насмешливый голос:

– Задери меня морской дьявол через колено, Адмирал!

– Черт!!! – выругался я, не веря собственным ушам, - Воевода?

Четверо крепких мужчин стояли полукругом над бедным связанным Ленни, и посмеивались.

– Значит, примчался спасать ее? – как-то не очень по-доброму спросил первый помощник капитана.