Шрифт:
Борис Штерн
ЧЕЛОВЕК - ЭТО...
(необходимое дополнение к трем законам Азимова]
Звездолет был похож на первую лошадь д'Артаньяна - такое же посмешище. Ни одна приличная планетка не разрешила бы этой колымаге сесть на свою поверхность. Разве что в аварийной ситуации.
Ситуация такой и была, но Бел Амору вовсе не хотелось орать на всю Вселенную; "Спасите наши души!" Галактика совсем рядом, может быть, даже за тем холмом искривленного пространства. Ему чудился запах Млечного Пути: пахло дождем, квасом, березами... Вот в чем дело... пахло парной и березовым веником. Значит, робот Стабилизатор затопил для своего командора прощальную баньку.
Что ж, банька - дело святое; пусть на нее уйдет последний жар догорающего реактора.
Бел Амор еще раз попытался высвободить застрявшую мачту, но парус ни в какую не поддавался. Ладно, подождет парус.
Отпаренный веник был готов к бою. Бел Амор плеснул на камни ковшик разбавленного кваса, камни угрожающе зашипели. Первый заход: для согреву. Сначала надо растереться веником, чтобы задубевшая кожа раскрылась и размягчилась. Потом отдохнуть и попить квасу. Есть ненормальные - глушат пиво, а потом жалуются на сердце. Есть самоубийцы - лезут в парную с коньяком; этих к венику и подпускать нельзя. Но хуже всех изверги, которые вносят в парную мыло и мочалку. На помывку пришли, что ли?
Стабилизатор попробовал дернуть мачту посильнее, парус затрещал. Стабилизатор испугался и вернулся в звездолет.
К вашему сведению, думал Бел Амор, дубовый веник лучше березового. Листья у дуба шире, черенки крепче, запах ядреней. Срезал дюжину, и достаточно, а березы не напасешься. Конечно, лесник, если попадешься, запросто может тут же, под дубом, тем же самым веником... Правда, один букет из июньских листочков Бел Амор для себя заготовил, а отстегать его за такое браконьерство некому, потому что он и есть лесник. За дубом нужен уход, думал Бел Амор, а береза растет сама по себе. У Мартовича из новосибирского Академгородка целый березовый лес в подчинении, так что у академиков нет проблем с парилкой. Там леснику можно жить, там и ружья не надо. Кругом сплошь интеллигенция, лишний раз в лесу не плюнет. Мартович хорошо устроился. А ты мотайся весь год в дремучем космосе и насаждай березу.
– Вас попарить, командор?
– спросил Стабилизатор.
– Дай по пояснице... вполсилы.
Второй заход: для тела. Веник методично взлетает и опускается: плечи, спина, поясница, ноги; ноги, поясница, спина, плечи. Косточки прогреты, сердце гоняет кровь по всем закуткам.
Насморк, радикулит и прочая зараза вышибаются на втором заходе.
Теперь перевернемся: плечи, грудь, живот, а пониже прикрыть ладонью.
Третий заход: для души. Веник в сторону, до души веником нe доберешься. Три ковшика квасу на камни; малейшее движение вызывает ожог. Душа постепенно отлетает, пар поднимает ее к потолку и покачивает во взвешенном состоянии. Злоба, хандра, бессонница, беспокойство и прочая муть испаряются. Происходит очищение.
Все. В четвертый, в пятый и еще много-много раз в парную лезут тяжелоатлеты для сгонки веса.
Теперь чистое белье, свежий скафандр и легкая прогулка перед сном.
Легкой прогулки не получилось. Звездолет, выскочив из-за бугра, получил гравитационный толчок и пошел по новой траектории - прямо на Свалку.
– Куда?
– переспросил Бел Амор.
– На Свалку,-повторил Стабилизатор.- Может быть, дадим "СОС"?
– Еще чего!
Верно, еще чего! Чтобы его, Бел Амора, инспектора Охраны Среды, нашли терпящим бедствие? И где - на Свалке? Умора! Туда и спецкоманду не пришлют, разве каких-нибудь мусорных роботов. После Свалки ни в одной парной не очистишься.
Галактическая спираль была видна в три четверти: бурлящее ядро и оба рукава, Южный и Северный. Вот очищенные от пыли Магеллановы Облака, а вот и Свалка, оставляющая за собой безобразный шлейф, похожий на грязную расческу с волосами.
Их несло в самую тучу галактических отбросов.
– Через полчаса врежемся,- объявил Стабилизатор, вытирая клешни ветошью. Он опять пытался выдернуть парус, но мачту наглухо приварило к обшивке.- Если не "СОС", тогда шлюпка.
В этом был резон. За неделю они отгребут от Свалки на приличное расстояние, а там не стыдно позвать на помощь...
Бел Амор схватил вахтенный журнал, и они прыгнули в шлюпку.
Здесь уже чувствовалось течение, этакий Гольфстрим, создаваемый Свалкой. Пришлось потрудиться, но отгребли благополучно. Теперь можно перевести дух и понаблюдать со стороны редкое зрелище - звездолет, идущий на таран. Сантименты в сторону: еще год назад надо было требовать новую машину.
– Сейчас как га-ахнет!
– шепнул Стабилизатор.
В этот момент так гахнуло, что Свалка задрожала.
Она вдруг привиделась Бел Амору жадным и грязным существом с бездонной пастью, хотя на самом деле была лишь кучей отбросов на глухой галактической орбите. Свалка уходила, плотоядно размахивая шлейфом и переваривая то, что осталось от звездолета, которому Бел Амор даже имени не удосужился придумать. Жаль, хорошее было корыто... но в сторону, в сторону сантименты. Попрощались - и за дело, пора выгребать подальше.
Свалка уходила.
Командир! Сигнал "СОС"!
– сообщил Стабилизатор.
В самом деле, кто-то со Свалки, слабо попискивая, звал на помощь. Этого еще не хватало! Неужто они влепились в кого-то своим звездолетом?
– Я пойду...- сказал Стабилизатор.
– Куда?
– Человек терпит бедствие.
Ясно, закон Азимова. Бел Амору очень не хотелось на Свалку, но ничего другого не оставалось. У робота закон Азимова, а у него, Бел Амора, свой закон: человека надо спасать. Похоже, торпедировали мусорщика.
Лесник мусорщику не товарищ, но человека надо спасать. Такая ему судьба: побывать на Свалке.
Они развернулись, поднажали, вошли в притяжение Свалки.
Теперь своим ходом им отсюда не уйти. Придется спасти человека, дать "СОС" и ожидать спасателей. Судьба!
Свалка уже затмила Галактику. Вот и красная сигнальная ракета, еще одна-пострадавший их заметил.
Подберемся поближе. Маневрируй! Ну и местечко...
Свалка превосходила худшие ожидания Бел Амора.
Взорвавшийся звездолет разнес тут все к чертовой матери.
Растревоженные взрывом, первыми вынеслись им навстречу помятые кастрюли и наперегонки помчались к Южному Рукаву. Будет работы тамошнему инспектору Охраны Среды! Увернулись от потока металлоизделий и влипли в.концентрат плодово-ягодного киселя.
Сколько лет этому киселю, сколько тысячелетий? Слой киселя, к счастью, был неплотным, продрались.
Стало поспокойнее. Вокруг громоздились вещи самые неожиданные, узнать их было трудно, перечислять - лень... Где же, наконец, пострадавший? "СОС" прямо по курсу. Тормози! Вот он, бедняга, размахивает красным фонарем. Странный какой-то. Да ведь это мусорный робот!