Чтение онлайн

В такое же снаряжение я облачил и Забаву. Коль уж идем мы в диверсионный рейд. Из оружия прихватили подводные пистолеты. Пару контейнеров с кое-каким инструментом. И еще буксировщики.

Дыхательные аппараты с замкнутым циклом обеспечивали нас воздухом на шесть часов. Но я думал, что нужное место мы обнаружим гораздо раньше.

Как оказалось, я несколько переоценил свои силы. Задачка вышла более сложная, поскольку мы кружили под однообразными сотами час за часом, но искомого не обнаруживали.

А время уходило и уходило. Сколько еще удастся поддерживать тот статус-кво, которого мы добились, введя в дело противоградовую артиллерию? И что потом делать? Бить на поражение? Ядерными? Или чем-нибудь наподобие хлорпикрина? Или уж сразу заман или зарин? И даст ли это какой-либо эффект?

Луч фары прорезал уже ставшую надоевшей кристально прозрачную толщу воды. И все труднее становилось бороться с отвлекающими мыслями.

Совершенно неожиданно Забава, поравнявшись со мной, выразительно подергала меня за прорезиненный рукав. Что? Ее рука энергично указала куда-то вверх и в сторону.

Я не понял, но подчинился, сменив направление. И только приблизившись, обнаружил, что привлекло внимание моей напарницы. Зацепившись за что-то хвостом, на краю ячейки держался трупик выдры. Выдра была мертва. Смерть наступила от широкой резаной раны во весь бок. Так что странно было даже, что зверек сюда мог доплыть.

И только затем уже мы заметили то, что должно было привлечь наше внимание сразу. Толщина стенок гранитной ячейки была даже на взгляд значительно меньше, чем у соседних.

Вот, значит, как… Что ж, спасибо, маленький разведчик. Хотя бы за то, что указал путь. Вольно или невольно – неважно. Я посветил, подняв фару, в темный гранитный колодец.

Ничего. Только стены, уходящие вверх. Нашли мы его или не нашли? Впрочем, все равно, для того чтобы проверить, придется всплывать. Другого выхода нет. Да и вряд ли в этой тарелке имеется еще одно такое отверстие в днище. Помедлив немного, мы начали подъем.

Всплывать приходилось медленно, выполняя баростабилизирующие площадки. Согласно правилам декомпрессии. Хорошо хоть имелся таймер, содержащий всю программу всплытия, и время от времени подающий нужные сигналы, с учетом глубины погружения и времени на ней пребывания. Замечательная штука. Я бы нипочем в озеро без него не полез.

Ну и еще на всякий случай – вдруг воздух кончится – мной было припасено компактное подводное убежище. В виде надувного колокола с искусственными жабрами. Их у нас как раз не так давно начали выпускать. Удобная штука. В случае чего и отсидеться можно, и баллоны пустые, например, сменить. Благодаря этим двум вещам я как-то чувствовал себя спокойно.

Зато мне чем дальше, тем больше переставало нравиться вообще все происходящее. Я имею в виду не данное подводное путешествие. Его-то все равно как-то надо было совершить. Нет, нравиться мне перестало вообще все теперешнее приключение. Поскольку, наверное, увиденная вблизи война не имела в себе совершенно ничего романтического.

Просто скопище плохо вооруженных и снаряженных людей в условиях нежилой тайги дралось с другим таким же скопищем. Со всеми вытекающими неаппетитными последствиями.

И возникало при этой картине только тягостное недоумение: а что, тому же Обецу миром договориться в свое время с окружающими было не судьба? Чего ради укладывать в землю такое количество народу, как выясняется, с последующей же целью уложить еще столько же? Кому и для чего это нужно? Бессмыслица.

И ничем это не отличается ни от каких других войн, про которые нам известно. А счет таких идет на тысячи. Каждый раз остается слава, увенчанная лавровым венком из костей. И больше ничего.

И для чего мне участвовать в сем местном балагане? Разве что потому только, что уже ввязался. И теперь с Обецем заканчивать надо своего же удобства ради. Чтоб обезопаситься. Вот и весь смысл.

Впрочем, и того немало. О чем думают мои спутники по этому поводу – Хозяйка, Дарек, та же Забава, – я даже судить не берусь. Поскольку заметил уже, что мозги у нас совершенно разные. О рядовых же обеих армий я и вовсе не говорю. Им думать особо некогда. Наверняка каждый старается перегрызть горло врагу и остаться в живых самому. И никаких сантиментов.

Так ни до чего и не додумавшись, я и дошел до конца подъема. Глубиномер показал всего какой-нибудь десяток метров. А вода после глубины стала даже на ощупь мягкой. Несмотря на температуру.

Что меня озадачило в первый миг, так это то, что над нами оказался глухой каменный потолок. Сплошная плита без всяких видимых швов и соединений.

Не может же такого быть… Или мы все же ошиблись? И зря потратили время. Вот вышел бы номер!

Тут Забава проявила еще раз большую, нежели я, наблюдательность, подергав меня за рукав и вновь показав рукой на стену. После направленного в ту сторону фонаря стало ясно, в чем дело.

В каждой грани каменной призмы имелось по аккуратному прямоугольному отверстию, уходящему куда-то в темноту. Надо полагать, тоннели.

Лихо. Все шесть отверстий были совершенно одинаковы. И не имели никаких внешних отличий друг от друга. В какое же лезть? Подумав бесплодно какое-то время, я в конце концов пожал плечами.

Посовещавшись коротко с Забавой – жестами, понятное дело, – мы наугад выбрали один из проходов, пометили его и осторожно скользнули внутрь.

Это уже становилось интересным! Обец, судя по всему, не просто так соорудил свой секретный водозабор. А с выдумкой. Любопытно, что же эта система ходов значит?