Чтение онлайн

КРЕБС: Болен.

ЧУЙКОВ: Геринг болен, Гудериан болен и еще другие. Где Риббентроп? Он еще не болен?

КРЕБС: Он в Мекленбурге. Вместо него фюрер назначил Зайсенбергера. [29]

ЧУЙКОВ: Кто же будет вести переговоры с СССР и союзниками?

КРЕБС: Может быть — я; если смогу уведомить всех, назначенных фюрером, тогда — они. Борман — практический исполнитель завещания. Из нового правительства в Берлине лишь он и Геббельс, и они знают о смерти фюрера и о его завещании.

ЧУЙКОВ: А что будут делать другие члены правительства Гитлера?

КРЕБС: Они выполнят приказ фюрера и уйдут в отставку.

ЧУЙКОВ: Как вы думаете, это правительство будет признано войсками?

КРЕБС: Если будет возможность быстро это сделать, войска выполнят волю фюрера.

ЧУЙКОВ: Не думает ли генерал, что могут быть организованы другие правительства?

КРЕБС: Гиммлер уже начал. Он не знает о смерти фюрера, не знает, что его нет в правительстве.

ЧУЙКОВ: Связь у вас с другими районами существует?

КРЕБС: Как только наступит временное перемирие, я и Борман поедем и поговорим с народом.

ЧУЙКОВ: Значит, правительство создано и вы хотите дать ему возможность работать на территории Германии, чтобы потом продолжать войну?

КРЕБС: Чтобы потом вести переговоры.

ЧУЙКОВ: Где сейчас труп Гитлера?

КРЕБС: Согласно завещанию, он сожжен в Берлине, через 3 часа после смерти. Сожжен в воронке от снаряда.

ЧУЙКОВ: Ваша задача выполнять волю фюрера, и вы хотите, чтобы мы помогали вам в этом? Я этого не понимаю. Пушки стреляют, а вы говорите о новом правительстве?

КРЕБС: Я хочу как можно скорее это провести, чтоб мы создали какое-нибудь новое правительство.

ЧУЙКОВ: Наши пойдут сейчас на штурм и посадят на штык ваше правительство — может такое случиться,

КРЕБС: Я потому и прошу о прекращении военных действий.

ЧУЙКОВ отправляет маршалу [30] документы: Ваш приезд имеет целью разговор только с нами или с союзниками? Разговор может идти только на основе полной капитуляции.

КРЕБС: Я глубоко убежден, что если сейчас капитулирует берлинский гарнизон, это правительство не будет никогда образованным. Это будем шагом к невыполнению завещания фюрера. Полная капитуляция не будет шагом авторитета, так как не будет решения моего правительства.

ДУХАНОВ: Значит, правительство будет под охраной русских штыков? Интересно!

КРЕБС: Вопрос о полной капитуляции может быть решен через несколько часов, если собрать все правительство в Берлине.

ЧУЙКОВ: Если вы не согласны на капитуляцию, значит вы хотите драться до последнего?

КРЕБС: У меня других возможностей нет. После ликвидации группировки у вас не останется легального партнера.

ЧУЙКОВ: Генерал наверное знает заявление трех союзников о полной капитуляции Германии?

КРЕБС: До сих пор вам не с кем вести разговор. Нет легального партнера. Дениц находится не в Берлине и еще ничего не знает, а мы без него не можем прийти к окончательному решению.

ДУХАНОВ: Рейхсканцлер имеет право в решающие минуты принимать решения.

КРЕБС: Нет, это может на себя взять только президент. Неудобно, чтобы Дениц принял это известие по радио. Кроме того, радиостанция в Берлине разбита.

ЧУЙКОВ: У вас есть радиопередатчики. Мы знаем, где они находятся.

КРЕБС: Только если мы быстро сообщим Деницу, нам удастся создать новое правительство. Иначе Гиммлер примет свои меры, что-либо предпримет одновременно. Эта попытка переговоров имеет целью, чтобы в Германии осталось легальное правительство.

ЧУЙКОВ: Прошу не беспокоиться, ни один из союзников не будет вести отдельных переговоров.

КРЕБС: Я боюсь, что англо-американцы будут вести отдельные переговоры.

ЧУЙКОВ: Мы взаимно верим друг другу, мы, союзники. Сепаратных переговоров не выйдет.

КРЕБС: Мы хотим помощи Советского Союза, чтоб создать легальное правительство и тогда вести со всеми переговоры.

ЧУЙКОВ: Я как военный хочу скорее разделаться с берлинским гарнизоном.

КРЕБС: Если будем сопротивляться, то, конечно, мы погибнем.

ЧУЙКОВ: Не сегодня завтра мы вас раздавим!

КРЕБС: В Германии создастся тогда анархия.

ЧУЙКОВ: Какое влияние имеет это правительство и его клочок земли? Я предлагаю капитуляцию. Сопротивление здесь — безумие.

КРЕБС: Я познакомил вас с моим поручением, других полномочий у меня не было. (Звонит Жуков, Чуйков докладывает. Жуков предлагает послать одного офицера обратно, чтобы успокоил, что долго не возвращается делегация.)

КРЕБС: Я предлагал паузу в бое.

ЧУЙКОВ: Немецкие солдаты стреляют, мы отвечаем. Лучший выход из положения — это капитуляция. Иначе перебьем!

КРЕБС: Полная или частичная?

ЧУЙКОВ: Берлинского гарнизона. Тогда можно будет разговаривать с кемлибо.

КРЕБС: Я не уполномочен, не вправе. Оставшиеся члены правительства будут уничтожены.

ЧУЙКОВ: Снаряд и пуля не будут разбирать, где член правительства.

КРЕБС: Я беспокоюсь в интересах заключения мира, а не только в своих.

ЧУЙКОВ: Приходится опять сослаться на заявление трех руководителей держав — мир после капитуляции.

КРЕБС: Полная и действительная капитуляция может быть проведена лишь легальным правительством.

ДУХАНОВ: Но Германия капитулирует де-факто.

КРЕБС: Это будет не капитуляция, а захват.

ЧУЙКОВ: Да, оккупация на основе войны.

КРЕБС: Вопрос войны решен, но нужно легальное правительство. (Приезжает генерал армии Соколовский.)

СОКОЛОВСКИЙ: Где подлинное завещание Гитлера?

КРЕБС: Тремя лицами унесено за Берлин в три пункта. Пункты могу назвать после того, как спрошу.