Чемпион
Шрифт:
Но она ничего не слышала, и, освобожденные от стеснявшего их веса ребенка, фазаны тучей вырвались из коляски, их было пятьдесят или шестьдесят, не меньше.
Большие коричневые птицы затмили все небо, неистово хлопая крыльями, пытаясь взлететь повыше.
Мы бегали взад и вперед по дороге, размахивая руками, чтобы их распугать.
"Убирайтесь," - кричали мы. "Кыш, кыш!" Но они были еще слишком сонными, чтобы обращать на нас внимание, и через полминуты все опустились и расселись на моей заправке, как рой саранчи. Все было покрыто фазанами. Они сидели - крыло к крылу - на краю крыши, на бетонном козырьке над колонками; не меньше дюжины сидело на карнизе окна в офисе. Некоторые расселись на банках с машинным маслом, другие пытались устроиться на капотах подержанных автомобилей. Один петушок с роскошным хвостом величественно расселся на бензоколонке. Довольно много из них просто копошилось у нас под ногами, распушивая перья и моргая маленькими глазками. Они еще как следует не проснулись.
Через дорогу от нас, за грузовиком с кирпичами и машиной бакалейщика уже успела образоваться небольшая пробка. Люди открывали двери и выходили на дорогу, чтобы получше разглядеть, что происходит. Я посмотрел на часы. Было без двадцати девять. "С минуты на минуту, - подумалось мне, - большой черный автомобиль появится на этой дороге со стороны города, и это будет "роллс", а из-за руля будет выглядывать лоснящееся лицо Виктора Хейзела, фабриканта колбас и пирожков."
– Они его чуть насмерть не заклевали!
– кричала Бесси, прижимая орущего ребенка к груди.
– Вы идите домой, Бесси, - сказал Клод, бледный, как мел.
– Закрываемся, - сказал я, - повесь табличку. Сегодня заправка не работает.