Чтение онлайн

Он начался достаточно скромно, после двух столетий Темных веков. Молодой человек, по имени Джон Холланд отправился в деревню Н'Орелан и начал копаться в городских развалинах. Он нашел остатки библиотеки и, что было почти невероятно в те времена, он умел читать. Сначала он учился сам, но вскоре к нему присоединились и другие. Так появилась Академия.

Горожане решили, что студенты — колдуны и волшебники, но по мере того, как знание росло, колдуны и волшебники стали синонимами, того, что в вашем веке называли учеными.

— Понятно! — пробормотал Коннор, и подумал об Эвани, Волшебнице. — Понятно!

— Н'Орлеан, — сказал его очаровательный лектор, — стал центром Просвещения. Холланд умер, но Академия жила и однажды молодой студент по имени Теран увидел видение. Некоторые из древних знаний открыли свои секреты. В видении он смог возродить древние Н'Орлеанские электростанции и системы канализации, чтобы дать городу все необходимое!

И хотя не было подходящего источника топлива, он и его группа трудились над машинами, которым были несколько веков, считая, что электричество можно будет добыть, если оно понадобиться.

Так оно и произошло. Человек, по имени Эйнар Олин, принялся бродить по всему континенту в поисках, — и наконец снова открыл! — величайшее достижение Древних. Снова была открыта атомная энергия. Н'Орлеан возродился в своей древней жизни. Из равнин и гор приходили тысячи, только для того, чтобы посмотреть на Великий Город и среди них было трое, изменивших историю.

Прежде всего, светловолосый Мартин Сейр и черноволосый Хоакин Смит, со своей сестрой. Некоторые называли ее сатанински красивой. Сейчас ее называют Черным Пламенем — ты слышал об этом?

Коннор покачал головой, его глаза упивались красотой женщины леса, которая привлекала его таким образом, что он никогда бы не поверил, скажи ему об этом кто-то другой.

На мгновение насмешливое выражение снова появилось на лице девушки, и затем внезапно оно исчезло и она пожала своими белыми плечами и продолжала:

— Эти трое изменили все течение истории. Мартин Сейр занялся биологией и медициной, когда поселился в Академии с монастырским уставом, и его гений сделал первое новое открытие, добавленное к знанию Древних. Изучая эволюцию, экспериментируя с жестким облучением, он открыл стерилизацию и потом — бессмертие!

Хоакин Смит занялся изучением социальных наук, государством, экономикой, психологией. У него была мечта — восстановление старого мира. Он был — точнее есть — колоссальным гением. Он взял бессмертие Мартина Сейра и сменял его на силу. Он сменял у Йоргенсена бессмертие на ракеты, движущиеся на атомном топливе, у Кольмара на оружие, у Эрдена на резонатор Эрдена, который взрывает порох на мили вокруг. И затем он набрал армию и отправился в поход.

— Снова война! — воскликнул Коннор. — А мне казалось, что им уже надоели войны.

Но девушка не слушала его. В ее изумрудных глазах был свет, словно она видела видения — видения о славном нашествии.

— Н'Орлеан, — продолжала она, — поддавшись магнетическому влиянию личности Смита, с радостью сдался. Остальные города, в основном, сдавались, словно зачарованные, а те, которые решили сражаться были побеждены. Какие шансы у луков и ружей против летающих Треугольников Йоргенсена или ионных лучей Кольмара? И сам Хоакин Смит был удивительным существом. Даже жены убитых приветствовали его, когда он утешал их своими благородными манерами.

Америка была покорена через шестьдесят лет. Бессмертие дало Смиту, Повелителю, силу, и никто, за исключением Мартина Сейра и тех, кого он обучил, не были в состоянии вызнать его секреты. Тысячи пытались, некоторые объявили об успехе, но результаты их ошибок до сих пор населяют этот мир.

И вот наконец, Хоакин Смит получил свою Империю; не просто одну Америку. Он уничтожил уголовников и безумцев, он распространил свой родной английский на все страны, он построил Урбс — прекрасный, сверкающий, невероятный город — столицу мира, и здесь он правит вместе с Маргарет Урбс. Кроме того…

— Я думаю, мир, который он покорил, должен преклоняться перед ним! — воскликнул Коннор.

— Преклоняться перед ним! — воскликнула девушка. — Слишком многие ненавидят его, несмотря на все, что он сделал, и не только для своего века, но для всех веков — начиная с Просвещения. Он…

Но Том Коннор больше не слушал. Все его мысли, чувства, внимание, глаза, упивавшиеся ее красотой, были сосредоточены на этой девушке. Она такая прекрасная. И такой ум находился под пышной шапкой ее черных волос. На это должен быть только один ответ. Она должно быть богиня, возродившаяся к жизни.

Он страстно желал коснуться ее, коснуться лишь края ее прозрачного одеяния, но этого не могло произойти. Его сердце отчаянно билось рядом с ней — но преклонение перед ней заставляло его оставаться на месте.

— То, что вы рассказали мне, похоже не сон, — сказал он голосом, звучащим, словно издалека. — Вы сами — мечта.

Танцующий блеск насмешки снова появился в ее глазах цвета моря.

— Значит, будем считать нашу встречу мечтой? — тихо спросила она. Она мягко положила свою белую руку на его плечо и он вздрогнул. Прикосновение было подобно удару электрического тока — но не болезненным.

— Человек Древних, — сказала она, — ты можешь кое-что пообещать?

— Все что угодно, все что угодно, — живо сказал Коннор.

— Тогда обещай, что ты ничего не расскажешь, даже девушке-Сорняку, которая зовется Эвани, Волшебница, о том, что видел меня сегодня утром. Ни единого слова.

На мгновение Коннор заколебался. Будет ли это недоверие к Эвани, если он даст подобное обещание? Он не знал. Но он знал, что собирался сохранить в секрете встречу по другим причинам — словно нечто священное; нечто, что следует хранить, как воспоминание в глубине своего сердца.