Чтение онлайн

— Мы убиваем железных людей!

— Да, — сказал Уриэль слабым голосом. — Мы убиваем.

— Император доволен?

Уриэль внимательно осмотрел руины зала Мортициев. Адская лаборатория прекратила существование, жертвы причудливых и страшных экспериментов наконец-то обрели покой. Озеро крови превратилось в пыльный кратер, наклонная платформа, ведущая к Демонкулабе, превратилось в массу сдавленного, перекрученного и сплавившегося железа. Что же до самой Демонкулабы, то её более не существовало. Уриэль почувствовал, как с его плеч свалился наконец тяжкий груз смертельной клятвы. Она исполнена.

— О да, — сказал Уриэль. — Император доволен. Вы сделали Императора очень, очень довольным.

Лорд Бескожих выпрямился в полный рост и ударил огромным кулаком по крепкой груди. Его выжившие сородичи последовали примеру своего вожака и стали ритмично бить себя в грудь, выкрикивая:

— Пле-мя! Пле-мя! Пле-мя!

Неожиданно для себя Уриэль тоже начал бить себя кулаком в грудь и кричать: «Пле-мя! Пле-мя! Пле-мя!» Пазаниус смотрел на него с явным беспокойством, но Уриэль целиком отдался первобытному порыву и не замечал недоумения друга.

Когда радость немного поутихла, лорд Бескожих обратил своё внимание на выживших Железных Воинов, которые тоже начали приходить в себя.

Лорд Бескожих повернул свою огромную голову к Уриэлю и спросил с голодным блеском в глазах:

— Мясо?

Сердце капитана не дрогнуло, и он медленно кивнул.

— Мясо, — подтвердил Ультрамарин.

Выжившие воины были самыми могучими бойцами из Великой роты Хонсю, но даже они не могли выстоять против Бескожих. Началась резня.

Доспехи в мгновение ока срывались с Железных Воинов, их мускулистые тела представляли собой лакомую пищу для Бескожих. Одним ударом лапы они проламывали грудные клетки и с довольным урчанием погружали челюсти в живую плоть.

Уриэль помог Пазаниусу встать на ноги.

— Так что мы делаем теперь? — спросил сержант, утомлённо прислонясь к груде валунов и вытирая пыль и пот с лица.

— Не знаю, — честно ответил Уриэль. — Мы сделали то, ради чего прибыли сюда. Мы исполнили нашу смертельную клятву.

Пазаниусу было очень больно, но он улыбнулся. Казалось, с его плеч, наконец, упала гора, которую он носил столько времени, и теперь он снова может радоваться жизни, как прежде.

— Так здорово снова увидеть, как ты улыбаешься, мой друг, — сказал Уриэль.

— Да, давненько я себя не чувствовал так хорошо.

— Наша честь восстановлена, — радостно проговорил Уриэль.

— Я знаю, — ответил Пазаниус. — И я не думаю, что мы её когда-то теряли.

— Конечно, — согласился Уриэль. — Если бы только можно было рассказать всем на Макрэйдже, что мы выполнили свой долг…

— Я не надеялся бы на это. Вряд ли кто-нибудь когда-нибудь узнает о произошедшем здесь.

— Да уж. Я тоже не питаю иллюзий, — ответил Уриэль. — Но это не так уж и важно. Мы с тобой знаем, и этого более чем достаточно.

— Ты прав, капитан.

— Раньше я уже говорил, что ты не обязан называть меня капитаном.

— Раньше, — подчеркнул Пазаниус, — но мы с честью выполнили наше задание, и теперь ты снова мой капитан.

Воины пожали друг другу руки, довольные тем, что выжили и оправдали надежды, возложенные на них Орденом, и выполнили миссию, с которой были сюда отправлены. То, что они по-прежнему находятся в порабощённом демонами мире, за тысячи световых лет от дома, было уже не важно. Им было просто хорошо от осознания, что они добились своего.

Не важно, что с ними будет дальше, их долг исполнен. Всё было кончено.

К ним приблизился лорд Бескожих, дожёвывая чью-то ногу.

— Куда идти теперь? — спросил он. — Уходить?

— Уходить? — грустно переспросил Уриэль. — Как? У нас нет выхода. Шахта завалена. Мы не можем выбраться отсюда.

Лорд Бескожих искоса посмотрел на Уриэля, словно не мог поверить, что посланник Императора мог ляпнуть такую глупость. Он показал на что-то за спиной капитана и произнёс:

— Машина большого железного человека уезжает!

Сначала Уриэль вообще не понял, о чём идёт речь, но когда проследил за указующей лапой лорда Бескожих, то увидел тёмный силуэт адского локомотива, который медленно, но верно двигался к обрамлённому черепами тоннелю — из пещеры можно было выбраться, правда, в другое измерение. Мерцающая красным дверь всё ещё была открыта, и хотя осиротевший поезд все увереннее набирал скорость, ещё можно было успеть запрыгнуть в вагон, если поторопиться.

— Привёз сюда большого железного человека, — сказал лорд Бескожих. — Увезёт и нас тоже.

Уриэль и Пазаниус переглянулись.

— Как тебе такая идея? — спросил Уриэль, на губах его играла еле заметная улыбка.

— Я думаю, что куда бы он нас ни отвёз, там всё равно не будет хуже, чем здесь, капитан, — сказал Пазаниус, отталкиваясь от груды валунов.

— Надеюсь, ты прав.

— Ну, мы можем рискнуть и прыгнуть в неизвестность или остаться здесь, где всё известно наперёд: нас рано или поздно придавит горой, которую так невзлюбил Торамино.

— Хороший довод, — согласился Уриэль; поворачиваясь к лорду Бескожих. — Собирай племя. Мы уходим.

Лорд Бескожих запрокинул голову и издал пронзительный крик.

Через секунду все Бескожие собрались возле вожака. Их осталось меньше дюжины. Уриэль вновь ощутил угрызения совести. Ардарик Ваанес был прав, говоря о том, что если не все, то подавляющее большинство Бескожих погибнут здесь.

Вентрис кивнул:

— Хорошо, сматываемся отсюда!

Хонсю думал, что он мёртв.

Но когда стало ясно, что это не так, он решил, что ослеп.

Всё, что он мог чувствовать, — боль. Всё, что он мог услышать, — тяжёлые раскаты артиллерийского обстрела. Он сел, чувствуя, что его глаза словно чем-то залеплены, и нащупал непослушными пальцами вакуумную защёлку латного воротника. Стянув шлем с головы, комендант понял, что глаза вроде бы целы, но залеплены запёкшейся кровью.