Чтение онлайн

Рольфу потребовалось некоторое время, чтобы дать на этот вопрос честный ответ.

— Да.

Серый кивнул. Затем с прояснившимся лицом он склонился к своему посоху — который плавно прыгнул к нему в руку.

— Теперь немного помолчи, пока я буду вызывать джинна. Он странное существо даже для своего племени, раздражительное и не слишком понятливое. Но он должен нам послужить, хотя его не волнуют ни Восток, ни Запад, ни люди, ни демоны.

Этот призыв завершился быстрым кивком. Сделав несколько точно выверенных движений над разложенными игрушечными инструментами и нарисованными линиями, Серый быстро произнес несколько тихих слов, которых Рольф не смог разобрать. В воздухе перед колдуном вспыхнуло пламя, оно шипело, испускало едкий дым и сопровождалось быстрым стуком, будто ударяли какими-то невидимыми, но грубыми и тяжелыми предметами. Раздался голос джинна, то скрипучий, будто трескающееся дерево, то с металлическим звяканьем.

— Я явился, как было велено, господин. Что прикажешь?

Серый развернул свой чертеж и вытянул его вперед по направлению к огненному видению, одновременно приказывая:

— Прежде всего нужно создать четыре огромные полые сферы, подобные тем, что представлены здесь…

Голос джинна загремел, прерывая его.

— Ты говоришь нужносоздать? Это значит, что ты не станешь мне мешать?

В голосе Серого зазвучали повелительные нотки:

— Это значит, что я приказываю! Я приказываю тебе сделать это, и поторопись! Шары должны быть вот какими…

Джинн больше не стал с ним спорить, но его шипящее сияющее изображение стало молчаливым — очевидно, он слушал пояснения. Через мгновение после того, как Серый закончил уточнять свой приказ, из ничего возникли четыре грубых металлических глыбы, каждая с полчеловека. В следующий момент глыбы раскалились докрасна. И сейчас же послышался оглушительный скрежет и удары невидимых молотков.

К нескольким солдатам, которые стояли поодаль, наблюдая за происходящим, присоединялось все больше их товарищей, привлеченных перспективой увидеть нечто необычайное, связанное с магией. По лагерю к этому моменту, несомненно, уже ходило несколько версий того, что произошло на совещании в палатке Томаса. Рольф, в свою очередь, отступил на несколько шагов и зажал уши, чтобы приглушить шум. Металлические блоки светились жаром и расплющивались, поддаваясь могучему воздействию джинна. Они превратились в огромные листы раскаленного металла, которые затем начали сами собой сворачиваться в сферы.

Когда сферы, каждая размером с небольшой домик, почти полностью замкнулись, джинн оставил их остывать на песке. Тем временем он получал от Серого описание платформы летательного аппарата и веревок для ее прикрепления.

— Да будет так! — заключил Серый.

Джинн снова принялся за дело, вытягивая из дыма длинные витки волокон. Работая, он ворчал:

— Вряд ли ты понимаешь, что значит достать все эти материалы и выполнить всю ту работу, которую ты мне поручил. Это ведь не берется из пустоты, как ты понимаешь.

— Пустота, — резко произнес Серый, — это то, что мне нужно внутри сфер, — когда судно будет готово, мы поднимемся на борт и все будет готово к полету. Тогда я прикажу опорожнить и заварить их.

Джинн издал звук, чем-то напоминающий скрип разбитой ветряной мельницы. Рольфу потребовалось некоторое время, чтобы понять, что это был смех.

— Пустота! Ты не понимаешь, что приказываешь, — прошу прощения, чего ты хочешь, господин.

— Упрямый болван! — Теперь на лбу у Серого вздулась вена. Рольф отметил про себя, что колдун не отличался терпением. Серый продолжил:

— Под пустотой я понимаю отсутствие воздуха, вакуум; то, во что вскоре превратишься ты сам, если слишком разозлишь меня!

Джинн, очевидно, не считал это пустой угрозой, так как работа ускорилась, и на некоторое время его ворчание наконец прекратилось. Казалось, множество невидимых рук свивают волокна в крепкие канаты и прикрепляют их к возникающей корзине. Она была такого размера, чтобы свободно вместить человека три-четыре, с поручнями на уровне груди, сплетенными из гибких, очень легких с виду волокон. Каждый из четырех углов квадратной корзины был привязан несколькими веревками к одной из металлических сфер. Их громады потрескивали, остывая, и почти целиком заслоняли собой корзину. По указке Серого в центре была установлена мачта и натянуты паруса и вымпелы. Вода и провизия, на этот раз более привычным для людей способом, также были доставлены в корзину.

Стало совсем темно, когда Серый был наконец удовлетворен подготовкой к полету. Сам он первым забрался в корзину, с некоторой осторожностью перекинув ноги через ее край.

— Теперь ты, мастер Рольф, если желаешь. — И Рольф, ощущая почти в равной степени нетерпение и нежелание, молча прыжком оказался на борту.

Томас и еще несколько человек подошли поближе, чтобы пожелать успеха путешественникам и вблизи наблюдать за тем, что должно было произойти в следующий момент. Когда прозвучали последние добрые напутствия от тех, кто собрался вокруг металлических шаров, Серый жестом призвал к тишине. Повернувшись лицом к дымящему и светящемуся изображению джинна и показывая рукой на сферы, он выкрикнул:

— А теперь пусть они полностью освободятся от воздуха и других паров, и затем будут заварены наглухо!

Внезапно вокруг корзины зазвучал квартет шипящих звуков. Источником шипения были четыре отверстия, оставленные в сферах. Рольф почувствовал, как его волосы раздувает струя воздуха. Он крепко ухватился за поручень корзины, ожидая первого толчка при взлете.

И почти сразу все четыре огромных шара сами собой дернулись. Но не для того, чтобы подняться в воздух. Вместо этого шипение воздуха перешло в звон и пронзительный скрип металла, а сферы стали перекатываться по песку, сжимаясь, сминаясь и деформируясь сами собой. Сфера, находившаяся перед Рольфом, смялась словно под ударом могучей невидимой дубины; она издала оглушительный звон, прогибаясь сама по себе внутрь. Затем все четыре сферы с громким стоном насилуемого металла стали сотрясаться и сплющиваться, совсем как кожица брошенного в огонь плода. Их темные громады опадали; Рольф увидел, как Томас с остальными бросились врассыпную, не слишком озабоченные тем, чтобы сохранить достоинство, как если бы они безоружные наткнулись вдруг на засаду противника. Рольф перебросил ногу обратно через край корзины и готов был и сам броситься наутек, но везде, казалось, было одинаково опасно. Между тем корзина продолжала прочно стоять на песке, раскачиваясь только из-за прорвавшегося наружу яростного гнева Серого. Колдун исторгал потоки брани, а Рольф изо всех сил старался уклониться от его яростно жестикулирующих рук.

Тишина воцарилась так же внезапно, как и была нарушена. Металлические сферы, теперь превратившиеся в смятые искореженные обломки, лежали неподвижно. Тирады Серого прекратились, и некоторое время стояла полная тишина. Затем послышался легкий смешок со стороны наблюдавших за происходящим солдат, смешок, который умер в зародыше, когда Серый бросил в ту сторону разящий, словно клинок, взгляд. Темнеющая возле факелов толпа начала редеть и рассасываться. Многие, оказавшись поодаль, тут же, похоже, давали выход своим чувствам.