Чтение онлайн

— Че стоим, кого ждем?

— Не чуешь разве? — перекрывая завывания ветра, проорал мне Егоров. — Не пойму, что за вонь.

Оттянув от лица вязаную шапочку, я принюхался и действительно уловил какой-то знакомый запах. Не могу сказать, что шибко противный, но и наслаждаться им всю ночь удовольствия мало. Лучше бы другое место для ночевки подобрать, вот только не дело за спиной такие загадки оставлять.

— Ничего не слышите? — Мне почудился легкий скрип, который выбился из монотонного гудения вьюги.

— Ветер это, — уверенно предположил Смирнов. — Ты про запах лучше скажи.

Запах, легкий скрип. Точно же мне кто-то об этом рассказывал! Еще б вспомнить — кто и по какому поводу. Запах, который, несомненно, кажется знакомым, скрип, перебивающий даже завывания вьюги.

Серки!

— Замрите и не шевелитесь. Чтоб ни звука… — прошипел я удивившимся странному приказу парням. Впрочем, ни переспрашивать, ни спорить со мной они не стали.

Стараясь не переминаться с ноги на ногу, я завертел головой, внимательно осматривая высокие сугробы. Серки — это такие хитрые твари, которые под снегом лазы устраивают. Тут, чуть зазеваешься — хрясь, и ногу по колено оттяпали. И как я сразу этот запах не узнал?

Неприятный скрип, от которого по спине побежали мурашки, стал немного громче и, вскинув ружье, я всадил заряд картечи в снег между нами и стеной дома.

И, конечно, промахнулся — мгновение спустя серая тень взметнулась вверх прямо от крыльца пятиэтажки. Второй раз я выстрелить не успел: две короткие автоматные очереди слились в одну, и подстреленный хищник свалился на снег.

— Отбой, — перезарядив ружье, махнул я рукой лихорадочно оглядывавшимся парням. — Серк это. А раз шкура серебром отливает, значит, самец.

— Ну и? — Егоров носком ботинка пихнул мертвого зверя в голову и, разглядев торчащие из пасти клыки в палец длиной, повернулся к Смирнову. Тому, впрочем, на клыки было плевать — удерживая автомат одной рукой, он уже что-то негромко бубнил в рацию. Видать, Генералову о происшествии докладывает.

— Самцы на свою территорию зимой никого не пускают, только ближе к лету к самкам уходят. — Я поднялся на крыльцо и осторожно заглянул в дверь подъезда. — Фонарик есть у кого? Вот и давайте вперед, я прикрою.

Как я и предполагал — в доме никого живого не оказалось. Мертвых, по счастью, тоже не было. Да и серками в подъезде не воняло — и сквозняки помещение протягивают, и норы у этих тварей запросто на десять метров под землю уходить могут. Так что другого места для ночевки искать не пришлось. Проверив подъезд, мы поднялись в одну из квартир на четвертом этаже, снег на лестничную клетку быстренько покидали да окна по моей настоятельной просьбе брезентом затянули. Не сказать, чтобы пятизвездочные апартаменты получились, но по сравнению с ночевкой на улице — просто курорт.

— Зря это, — неодобрительно покосился на брезент защелкнувший карабин на батарее центрального отопления Смирнов и кинул бухту длинного троса под окно. — Запалимся только. И в спальниках бы переночевали.

— Брезент черный, в темноте хрен разглядишь, — не согласился с ним я. — Да и кто ночью по заброшенному поселку шастать станет?

— Оставляем как есть, — поставил точку в этом споре Генералов. — Егоров, поставь сигналки между первым-вторым и третьим-четвертым этажами. Смирнов прикрываешь.

— Нижнюю не маскировать? — уточнил Егоров.

— Да. И пролет к пятому этажу перекрой. Черкесов, заступай на караул. Смена раз в два часа. Якубов, Брыльский на кухню. Прикрываете пост на входе. Смена раз в полтора часа. Все ясно? Исполняйте.

Далеко не сразу отдышавшись, я внимательно осмотрел комнату — простая бетонная коробка, даже линолеум не постелен — и, не обнаружив ничего подозрительного, прошел на кухню. И здесь нормально все. Серками, правда, немного воняет, но это не смертельно. Заглянув на обратном пути в ванную и туалет, вернулся к оставленному в коридоре рядом с входной дверью рюкзаку и закинул его на плечо.

Ну что — надо бы и мне приткнуться куда-нибудь.

Протиснувшись мимо вставшего у выхода караульного, я вошел в комнату и, решив далеко не проходить, расстелил подстилку. Здесь, по крайней мере, от окна не так тянет. Да и дверь входную контролировать проще.

Как ни странно, сразу спать никто не завалился. Петр уже увлеченно реанимировал свой ненаглядный ноутбук, Алина бродила по комнате и, макая в баночку с зеленой краской кисть, выводила по углам какие-то непонятные символы. Магии в ее действиях не чувствовалось, но, как говорится: чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало. Пусть рисует, так хоть мозги заняты.

Подчиненные Генералова без излишней суеты раскладывали на полу прорезиненные подстилки, а командир то и дело припрягал их к общественно-полезному труду. Убедившись наконец, что все его распоряжения выполнены, Владимир проверил караульных и приказал доставать горелку. И это правильно — немного согреться не помешает, да и чай горячий в самый раз будет. 

— Может, двухкомнатную хотя бы займем? — недовольно пробормотал Брыльский. — Чего в полуторке ютиться?

— Ничего: в тесноте, да не в обиде. — Налив себе в жестяную кружку кипятка, Генералов высыпал в него пакетик растворимого какао. — Воздух быстрее прогреется. И вообще — смени Якубова, пусть ужинать идет.

— Так точно, — помрачневший Брыльский утащил свои пожитки на кухню.

— Как самочувствие? — Генералов присел на корточки рядом с ругавшимся себе под нос Волковым. Тот как раз вытащил аккумуляторы ноутбука и осматривал сплавившиеся контакты.

— Сдох, — в сердцах бросил Волков.

— Твое самочувствие как? — уточнил Владимир.

— Я — нет, — буркнул парень и, достав из сумки набор инструментов, принялся трясущимися от усталости руками снимать корпус ноутбука. — Пока.

— Алина, ты как? — поднялся на ноги Генералов и отхлебнул какао.