Чтение онлайн

Изо всех сил напрягая наотрез отказывавшиеся выпрямляться ноги и упираясь в крутой склон лыжными палками, мы почти успели подняться на вершину кургана, когда выскочившие из леса егеря спустили собак с поводков. Думаю, они были слишком разозлены гибелью товарищей, иначе никогда бы не решились на столь необдуманный поступок.

Даже не обернувшийся на звук выстрелов Ермолов продолжил забег к крепости. Я же без лишней спешки опустился на одно колено, поймал в прицел первую из несшихся вверх по склону собак и плавно потянул спусковой крючок. Картечь швырнула здоровенного пса – не чистокровного ротвейлера, но что-то типа того – в снег. Да уж, на таком расстоянии грех промахнуться. Чистый тир, да и только…

Спокойно переломив ружье, я вытащил стреляную гильзу, вставил новый патрон двенадцатого калибра и подстрелил вторую гончую. Вот тут до егерей и дошло, что еще немного, и они рискуют остаться без собак. Раздался длинный свист, и рвавшиеся вверх по склону холма псы бросились под защиту высоких зарослей зимней крапивы.

К этому времени егеря стали палить куда интенсивней и, решив не искушать судьбу, я поспешил вслед за Ермоловым. Тот как раз успел отыскать один из полузанесенных снегом проходов, ведущих во внутренний двор, и яростно махал мне руками. И чего суетится, спрашивается? Все под контролем…

Толчок в спину я почувствовал, когда уже почти добрался до сложенных из массивных каменных блоков крепостных стен. Сначала ничего не понял, а потом меня качнуло и на ногах удалось удержаться, только упершись о выставленные вперед лыжные палки.

– Твою мать! – выругался ухвативший меня за плечо и буквально втащивший в узкую щель прохода Шурик. – Куда тебя?

– А хрен его знает. – Я прислонился к стене и, стянув меховушку, завел руку за спину. Пальцы наткнулись на что-то теплое и липкое. Приплыли…

– Ну-ка, ну-ка, – бесцеремонно крутанул меня Шурик и, громко хмыкнув, вытащил из рюкзака замятую консервную банку. – Саморазогревающиеся, говоришь?

– А пуля где? – немного успокоился я.

– Потом найдешь, – Ермолов осторожно выглянул наружу, выпустил несколько коротких автоматных очередей и вновь скатился обратно. – Залегли, суки! Не отставай.

– Ты куда? – На ходу пытаясь отдышаться, я нагнал Шурика. Тот уже добежал до конца узкого, занесенного снегом коридорчика, но вместо того, чтобы свернуть во внутренний дворик, принялся тыкать лыжной палкой в сугроб, наметенный ветром на ведущей в подземелье лестнице. – Жить надоело?

– Какие варианты? – Убедившись, что спуститься вниз труда не составит, Шурик, даже не дожидаясь моего ответа, полез в темный провал.

– Через двор! – разозлившись, крикнул я вслед. – Проходим через крепость напрямик, а там до Границы рукой подать!

– Не смеши мои тапочки, – остановившись, обернулся Ермолов. – Нас здесь уже обложили, как лис в норе, какая Граница? Да и серый иней на внутренних стенах, говорят. Зубы покрошатся на фиг. Андестенд?

– Пошел на фиг, англичанин хренов, – выругался я и начал спускаться. А куда деваться? Другой альтернативы нет…

Честно говоря, мне подземелья еще под Лысой горой надоесть успели. И вот – опять. Хотя вообще – подвалы крепости ничуть не напоминают катакомбы под горой. Там камень едва отесан – тут гранитные блоки один к одному подогнаны. Даже лезвие ножа в щель не воткнешь. И просторней здесь. А на нижних этажах, пацаны рассказывали, и вовсе в некоторых коридорах до сих пор магические светильники гореть продолжают. Вроде как гимназисты идею своих колдовских фонарей с них слизали.

– Живее давай! – Перепрыгнув последнюю ступеньку, Ермолов разорвал надвое какую-то бумажку и прилепил ее половинки на стены по обеим сторонам прохода. – А то нагонят.

– Так и так нагонят. – Я прошел мимо, с интересом наблюдая, как Шурик аккуратно расправляет ладонью на шершавом камне неровно оборванные листки. – Что еще за наскальное творчество?

– А чтоб не догнали, – недобро улыбнулся Шурик. – Собачек они твоими стараниями с поводка заранее спускать побоятся, но наверняка на поводках вести будут. Вот проводнику голову и снесет. Ну а нам только о зверюгах позаботиться останется. Внизу снега нет – хрен какой следопыт выследит.

– Стоп! Что значит внизу?! – забеспокоился я, нагоняя вновь рванувшего по коридору Шурика. – Ты куда собрался, Сусанин?

– Да не ори ты. – Ермолов остановился у какой-то дыры в полу. – Рюкзак давай.

– Чего делаешь?! – в голос взвыл я, когда он принялся скидывать в провал наши пожитки. – Совсем опух?

– Спустимся – заберем, а тащить с собой их незачем, – объяснил мне здоровяк. – И не трясись ты – этим летом сюда на учения мотались. Ходы еще не все забыл.

– Сколько народу потерялось? – уточнил я, покосившись на стены, покрытые обледенелой коркой какой-то осклизлой гадости.

– Трое, – сознался Шурик и, желая замять эту неприятную для него тему, вновь заторопил меня. – Ходу, ходу!

– А чего самим так не спуститься? – стараясь не отстать, поинтересовался я у Ермолова.

– Одного так и потеряли, тоже самый умный был. Говорили же: не лезь – так нет, не послушал. Задохнулся на хрен, – после долгого молчания соизволил ответить Ермолов и включил заблаговременно вытащенный из рюкзака фонарик. – Ничего не чувствуешь? У меня, блин, аж мурашки по коже.

– Не, нормально все, – прислушавшись к своим ощущениям, откликнулся я и подошел к темному пролому, вокруг которого валялись куски выломанных из стены гранитных плит. – Взрывали, что ли?

– Да не лезь ты вперед батьки. – Шурик оттащил меня назад и, направив в пролом луч фонаря, переступил через вывалившийся из стены блок. – Никто ничего не взрывал, с чего взял?

– Само вывалилось, что ли? – хмыкнул я и принялся изучать провал внутренним взором. А то так сунешься непонятно куда – потом костей не соберешь.

– Давай короче, – позвал меня Шурик и, освещая путь фонариком, двинулся дальше.

– Иду, – поморщился я, пытаясь избавиться от странного гула в голове. Что интересно – гудение появилось, стоило лишь повнимательней вглядеться в темноту пролома. Странно это – как спустились, интенсивность магического излучения на убыль пошла. Даже защитные барьеры ослабить пришлось, чтоб в себе излишнюю энергию не таскать. А тут будто колотушкой в темечко тюкнули. Аж зубы заломило.