Чтение онлайн

— Почему вы не послушались? — В голосе Гроувнора не было участия. — Защитные экраны в стенах этого помещения несут в себе большой энергетический заряд. Выстрел вибратора ионизировал воздух, и вы получили электрический удар, который одновременно уничтожил энергию вашего заряда. Надеюсь, ожог не слишком сильный?

Кент уже взял себя в руки. Он был бледен, напряжен, но спокоен.

— Вы еще ответите за это, — прошипел он. — Когда все узнают, что один человек хочет силой осуществить свои идеи… — Он замолк, затем властно обратился к своим головорезам: — Идемте, мы и так потеряли здесь много времени.

Через восемь минут после их ухода появился Фендер. Гроувнору пришлось терпеливо объяснять ему, что он уже здоров. И еще дольше пришлось убеждать в этом Эггерта, которого вызвал ассистент. Гроувнора не беспокоило возможное разоблачение — для этого необходимо было тщательное расследование. В конечном счете они оставили его в покое, посоветовав еще день-другой не покидать своего отдела. Гроувнор уверил их, что будет строго следовать их инструкциям. Он на самом деле намерен был сидеть на месте. Впереди у него были нелегкие времена, и отдел некзиализма будет его крепостью. Он не знал, что могут против него предпринять, но здесь ему бояться было нечего.

Примерно через час после того, как ушли медики, звякнуло в почтовом желобке-приемнике. Это было послание Кента, извещавшее о созыве совещания по просьбе Эллиота Гроувнора. Приводились выдержки из его первой записки Кенту, и ни слова не было о последовавших затем событиях. Послание заканчивалось словами:

В конце послания, предназначенного самому Гроувнору, была собственноручная приписка Кента:

В назначенный час Гроувнор настроился на контрольный пункт. Как только появилось изображение, он обнаружил, что видит все помещение как на ладони, а сигнал его коммуникатора выведен на большой экран над массивным контрольным щитом. Его десятикратно увеличенное лицо смотрело с экрана на собравшихся в зале. И Гроувнор подумал, что впервые его присутствие на совете столь заметно.

В зале собрались почти все руководители отделов. Как раз под экраном Кент беседовал о чем-то с капитаном Личем. Видно, их беседа подходила к концу, потому что он взглянул на Гроувнора, угрюмо ухмыльнулся и повернулся лицом к немногочисленной аудитории. Гроувнор заметил, что его левая рука забинтована.

— Джентльмены, — начал Кент, — без всяких предисловий я хочу предоставить слово мистеру Гроувнору. — Он снова взглянул вверх, на экран, и снова у него на лице промелькнула странная ухмылка. — Мистер Гроувнор, прошу вас.

— Джентльмены, около недели назад у меня накопилось достаточно данных, чтобы утверждать, что против нашего корабля орудует чуждый нам разум, находящийся в этой галактике. Мои слова могут звучать несколько панически, но это всего лишь горький факт, который я постараюсь изложить вам в своем понимании на основе доступной мне информации. Я долго ломал голову над тем, как убедить вас, что такая угроза действительно есть и такой разум существует. Одни из вас примут мои доводы, другие, не имеющие знаний в соответствующих областях, решат, что мое заключение голословно. Я изучил проблему и долго думал, как убедить вас, что мое решение является единственно верным. Одним из аргументов в его пользу будет сообщение о проделанных мною экспериментах.

Он не упомянул об условиях, к которым пришлось прибегнуть, чтобы его выслушали. Несмотря на все происшедшее, он не хотел еще дальше обострять отношения с Кентом.

— Для начала я попрошу выступить мистера Гурли. Думаю, что вас не слишком удивит, если я скажу, что все началось с вашего автоматического аппарата С-9. Пожалуйста, расскажите об этом своим коллегам.

Начальник отдела связи посмотрел на Кента, тот пожал плечами и кивнул. И все же Гурли заговорил не сразу.

— Нельзя со всей точностью сказать, когда включился С-9. Чтобы дать вам некоторое представление о нем, скажу, что это экран, который включается автоматически, когда плотность пыли в окружающей среде становится опасной для движения корабля. Известно, что в любом данном объеме плотность пыли с увеличением скорости тоже увеличивается. Тот факт, что С-9 включился незадолго до того, как эти ящеры возникли в контрольном пункте, был отмечен сотрудниками моего отдела. — Гурли откинулся на спинку кресла и заключил: — У меня все!

— Мистер фон Гроссен, что обнаружил ваш отдел, исследуя пыль, попавшую на экран в этой галактике? — спросил Гроувнор.

Тучный фон Гроссен поерзал в кресле, потом, не вставая, произнес:

— Да ничего такого особенного или характерного мы не обнаружили. Она немного плотнее, чем в нашей собственной галактике. Мы собрали ее на ионизированные пластины. Вещество в основном оказалось довольно простым. В нем присутствуют элементы в чистом виде и следы множества соединений, которые могли образоваться при конденсации, а также небольшое количество свободного газа, главным образом водорода. Беда наша в том, что пыль, которую мы получили, почти не имеет сходства с космической пылью в том виде, в котором она присутствует в пространстве. Но получение ее в естественном состоянии нам пока не удавалось. Процесс формирования структуры пыли был, видимо, очень продолжителен, и нам остается только гадать, как она ведет себя в космосе, — физик беспомощно развел руками. — И это все, что я пока могу сказать.

Гроувнор не выпускал инициативу из рук:

— Я мог бы и дальше расспрашивать руководителей отделов о том, что каждому из них удалось обнаружить. Но, мне кажется, я могу подытожить их открытия, не будучи к кому-либо несправедливым. Два отдела — мистера Смита и мистера Кента — столкнулись примерно с теми же проблемами, что и мистер фон Гроссен. Мистер Смит, насытив атмосферу клеток пылью, помещал туда животных. Животные не проявили никаких признаков беспокойства, так что он провел испытание на себе. Мистер Смит, есть у вас что-нибудь добавить?

Смит качнул головой.

— У меня нет доказательств, что это форма жизни. Допускаю, что самым верным для получения истинных образцов был наш выход на спасательном катере в космос, где мы открыли все наружные люки, потом снова закрыли их, снова наполнили катер воздухом. Химический состав этого воздуха изменился весьма незначительно, ничего существенного не произошло.

— Таковы факты, — сказал Гроувнор. — Я тоже, помимо прочего, вывел спасательный катер и впустил в него пыль из пространства через люки. Меня интересовало главным образом то, чем же эти пылинки питаются, если это форма жизни. И вот, наполнив помещение катера воздухом, я сделал его анализ. Потом я убил двух маленьких животных и снова повторил анализ воздуха. Образцы воздуха до и после эксперимента с животными я отослал мистеру Кенту, мистеру фон Гроссену и мистеру Смиту. Были зафиксированы незначительные расхождения. Однако их можно отнести на счет аналитических ошибок. Но мне хотелось бы попросить мистера фон Гроссена рассказать, что он там обнаружил.